Канашибари
Шрифт:
Прошло несколько секунд, и я, наконец, отвела глаза и пошла дальше. Кадзуо схватил меня за запястье:
— Возвращаясь к началу разговора… Можешь никому не доверять. Но знай: если что, я тебя подстрахую.
Когда я развернулась, чтобы увидеть выражение лица Кадзуо, он уже отпустил мою руку и, развернувшись, пошёл в сторону своего спального мешка.
Я смотрела ему в спину, до сих пор чувствуя прикосновение ледяных пальцев к своему запястью. И не понимала: мне злиться, радоваться или насторожиться.
Встряхнув
С новой силой нахлынули воспоминания о ночи в доме, полном ёкаев. Летающая голова, пытающаяся впиться мне в горло, изуродованное лицо Кучисаке-онны, держащей в руках острые ножницы, хищный оскал Дзёрогумо и стая ее пауков…
Меня передернуло. По коже пробежали мурашки. Я невольно огляделась, представляя, как сейчас в палатку влетит нукэкуби, чтобы закончить начатое.
Так ещё и Кадзуо со своим странным поведением. Я тяжело вздохнула. Здесь и так слишком сложно, слишком опасно. Зачем вести себя так и запутывать все ещё сильнее?
Укрывшись с головой, я зажмурилась и приказала себе успокоиться. Дышать ровно. Расслабиться. И ни о чем не думать.
Я услышала тихий шорох и едва не подскочила. Но это была Йоко. Практически не издавая звуков, она легла на своё место.
Не знаю, почему, но так мне стало спокойнее. Палатка была небольшой, и я ощущала присутствие Йоко, слышала ее ровное дыхание. И, успокоившись, наконец провалилась в сон.
Глава 14
??
Вырвавшись из сна, я едва не вскрикнула, резко сев в своём спальном мешке. Противные щупальца кошмаров ещё не отпустили меня, и сердце продолжало бешено колотиться. Мысли путались, и я даже не могла толком вспомнить, что мне снилось, чтобы постараться успокоиться. Хотя утешение было бы слабым — кошмары вызвало не мое воображение и не просмотр фильма ужасов перед сном. Страшные сны были лишь отголоском кошмаров наяву.
Я зажмурилась и глубоко задышала. Не было ни малейшего желания снова ложиться спать. И оставаться в палатке — тоже. Мне стало душно в замкнутом пространстве, и я поспешила выбраться наружу. Но меня остановил голос Йоко.
— Хината?
Спросонья голос Йоко звучал слегка хрипло, девушка с трудом разомкнула глаза. Видимо, её кошмары не мучили. Или же необходимость восстановиться после болезни была сильнее.
— Прости, что разбудила, — тихо отозвалась я, ругая себя за эгоизм. Я даже забыла, что рядом кто-то был.
— Ничего, — Йоко зевнула. Её блестящие светлые локоны слегка спутались, а глаза покраснели, но даже так девушка была похожа на изящную фарфоровую куклу. Я невольно провела рукой по собственным волосам, боясь представить, как выгляжу со стороны.
Потянувшись, Йоко
— Кошмары?
Её голос был серьезным, но при этом мягким. Я лишь кивнула и поспешила выбраться на свежий воздух.
Йоко, снова зевнув, вылезла из палатки вслед за мной.
Оглядевшись, я поняла, что было достаточно рано: солнце не успело далеко уйти от горизонта, а небо было бледным и ещё только наливалось красками.
Мы умылись росой, и я с глубоким сожалением подумала о зубной пасте и шампуне. Йоко помогла мне привести волосы в относительный порядок, а затем поправила и свои локоны.
Неподалёку у потухшего костра сидел Ивасаки. Араи, видимо, ещё оставался в палатке. Спальный мешок Кадзуо был пуст.
Оглядевшись, я заметила, что Кадзуо куда-то направлялся и слегка нахмурилась. Мне не хотелось лезть к парню с лишними расспросами, но одновременно хотелось знать, куда он собрался. К счастью, вместо меня любопытство проявила Йоко:
— Кадзуо-сан, куда ты?
Он обернулся, едва заметно поморщившись. Помолчав пару мгновений, парень ответил:
— Нужно достать ещё еды. Сыграю в тобаку, — с этими словами Кадзуо снова развернулся.
— Подожди, — слегка раздраженно окликнула его я. Не знаю, почему, но такое поведение Кадзуо меня разозлило. Опять отправился один, не сказав никому ни слова…
Парень посмотрел на меня, слегка приподняв бровь.
— Я с тобой, у двоих больше шансов победить.
Кадзуо, странно на меня посмотрев, задумался.
— Справлюсь сам. Или хочешь поставить на кон что-то своё? — с легкой усмешкой уточнил парень.
— Хината права, — вмешался подошедший к нам Ивасаки. — Здесь и так слишком опасно, зачем рисковать? Могу пойти я.
— Да, иди, и желательно потеряйся где-нибудь по пути, — донёсся из палатки голос Араи.
Кадзуо едва слышно вздохнул, покачал головой и, развернувшись, бросил:
— Пойдём, Химэ.
Йоко фыркнула, сдерживая смех. Ивасаки закатил глаза, но промолчал. А я пошла за Кадзуо, уже жалея, что предложила помощь. Сейчас мне хотелось, чтобы парень поставил в тобаку свой голос — и проиграл.
Однако я ничего не сказала, не желая показывать, что меня зацепило поведение Кадзуо. Вчера еще говорил про доверие…
Мы молча углубились в город, отдаляясь от его окраины. Полуобвалившиеся заборы, покрытые паутиной трещин стены, выбитые стекла и накренившиеся столбы — вид был уже привычным и даже однообразным в своих хаосе и запустении.
По пути нам встретились несколько человек. Двое, покрытые грязью и, кажется, кровью, явно недавно пережили кайдан и сейчас с опустошенным выражением лиц отдалялись от места его проведения. Ещё трое шумели в одном из магазинов, видимо, в поисках чего-то полезного.