Канашибари
Шрифт:
Минори сидела, подобрав под себя ноги и явно о чем-то задумавшись. Привстав, я сделала несколько маленьких глотков воды, чувствуя, как пересохло горло.
Минори посмотрела в сторону выхода.
— Может, прогуляемся? — предложила она. Я вскинула бровь.
— Хочешь устроить экскурсию?
Подруга проигнорировала мой мрачный тон. Она делала так достаточно часто.
— Я не могу сидеть на одном месте… — протянула Минори, беспокойно постукивая пальцами по сиденью. Девушка прикусила губу, а потом вздохнула. — В голову лезут всякие мысли… Да и скучно… А еще лучше узнать побольше об этом месте.
Я
— Хорошо. Все равно делать нам больше нечего… А до следующего кайдана больше двух дней.
Минори вскинула голову. Мне показалось, она слегка побледнела.
— Ты думаешь, это правда? — голос подруги стал тише. — Нам придется проходить… кайданы… раз в три дня? Но сколько? До какого момента? Неужели пока мы не…
Минори не договорила и с тяжелым вздохом уронила голову на ладони. Я села рядом и неуверенно положила ладонь ей на плечо.
— Не знаю, Минори, — проговорила я. — Но мы выясним. Не переживай, мы справимся.
Минори выпрямилась, расправила плечи и кивнула. С гордой осанкой и спокойным лицом она уже больше напоминала привычную себя.
— Пойдем, — сказала подруга, встав на ноги и подхватив свой пиджак. — Ай, ноги затекли…
Подождав, пока Минори справится с болью в ногах и обуется, я собрала остатки нашей еды в толстовку и вышла на улицу, а подруга пошла вслед за мной. Солнце было уже ближе к горизонту, окрашивая небо в теплые оттенки.
— Нужно успеть найти новое укрытие до того, как стемнеет, — произнесла я, оглядываясь. — Тут точно еще немало людей, и не думаю, что все они настроены дружелюбно. А в таком месте вряд ли действуют привычные нам законы.
Минори побледнела и стала более настороженной. Такая мысль явно не приходила ей в голову.
— Как думаешь, мы можем выиграть в тобаку оружие? — спросила она. Я с сомнением пожала плечами.
— Я все равно не умею им пользоваться.
— Я тоже. Но если мы тут надолго, можно научиться… Да и один вид оружия может отбить у кого-то желание связываться с нами, — заметила Минори.
В её словах был смысл, и я решила, что позднее стоит попытаться узнать, возможно ли сыграть в тобаку на оружие, но важнее, все-таки, были еда и вода. Того, что у нас было, нам не хватит надолго, поэтому придется играть еще раз.
Какое-то время мы молча шли по пустынной улице, а затем Минори вытащила из толстовки пачку мармелада, чтобы перекусить. Я съела несколько штук, но на самом деле не любила подобные сладости. Зато подруге фруктовый мармелад всегда нравился.
— Надеюсь, в следующий раз мы выиграем мелонпан [44] , — пошутила Минори, вспомнив свою любимую сладость. Я слабо улыбнулась. То, что у Минори слегка поднялось настроение, было хорошим знаком. Мне бы не хотелось, чтобы её отчаяние мешало нам. Мне и самой было страшно и тревожно, но я могла справиться с собой, а вот что делать, если в уныние впадет Минори, я не знала. Чужое горе всегда пугало меня.
44
Мелонпан (яп. ?????) — сладкая сдобная булочка, сверху покрытая тонким слоем теста для печенья и внешним видом напоминающая дыню, однако в традиционном исполнении не имеющая дынного
Мое настроение оставалось мрачным, и вид заброшенных зданий с явными следами разрушения лишь усугублял тяжелые чувства.
— Может… — Минори явно замялась, но я внимательно посмотрела на неё, и подруга продолжила, — может, мы сможем найти выход из этого города?
Я задумалась. Выход из города… Возможно, это была неплохая идея, ведь не могли же мы быть заперты в одном городе? За его пределами должно что-то быть.
— Можно попробовать… Только кто знает, как долго придется идти.
— Не успеем до темноты, продолжим завтра, — предложила Минори, и я согласно кивнула. Мы пошли вперед, и мне показалось, что напряжение внутри меня немного спало. У меня появилась цель, и цель эта вызывала любопытство и… каплю надежды. Я всегда была любознательна и сейчас не видела ничего плохого в желании узнать больше. Что касается надежды… я приказала себе не надеяться зря. Иначе потом будет только больнее.
В какой-то момент я заметила, что застройка стала менее плотной, между домами появилось больше пространства. Впереди на фоне уже потемневшего неба стали проглядывать какие-то огни.
— Минори, смотри!
— Вижу… — протянула подруга обеспокоено. — Пойдем, посмотрим!
Она ускорилась, и я поспешила за ней.
Спустя около десяти минут мы оказались на окраине этого заброшенного города. Перед нами простиралось полупустое пространство с редкими мертвыми деревьями. Не было ни асфальта, ни каменной кладки — лишь обычная, местами каменистая земля.
Это пустое пространство тянулось на пару десятков метров вперед, а затем обрывалось. И за обрывом простиралось огромное поле, окутанное густым туманом. Этот туман становился еще плотнее вдалеке, и было невозможно увидеть, есть ли там хоть что-то.
Это поле… Оно все было усеяно множеством крупных фонарей. Это были андоны — бумажные фонари на бамбуковом корпусе. И абажуры всех андонов были глубокого синего цвета.
— Красиво… — протянула Минори.
— Некоторые не горят, — заметила я. Внутри большей части фонарей горели мрачные красные огни, однако часть андонов потухла.
— Что это за место… — прошептала Минори и шагнула назад. В её голосе послышался страх, который быстро сменил первую реакцию — восхищение. Мне и самой стало не по себе от вида этих фонарей. Подходить к ним ближе категорически не хотелось. Вид множества огней, плавающих в густом тумане, был мрачным и зловещим. От этого зрелища у меня мороз бежал по коже.
— Вы когда-нибудь слышали о сотне страшных историй?
Глава 4
???
Мы с Минори резко обернулись.
Позади нас стоял мужчина на вид чуть старше тридцати лет. Он остановился метрах в пяти от нас и держался достаточно расслабленно. Его взгляд пробежался по нашим с Минори лицам, ни на ком не задерживаясь.
Я внимательнее всмотрелась в незнакомца, пытаясь оценить, представлял ли он опасность.
Его лицо притягивало взгляд, хотя мужчину нельзя было назвать красивым в привычном понимании этого слова. Было что-то привлекательное в чертах его лица — высоких и острых скулах, в носе с высокой переносицей, тонких губах и больших глазах.