Кампания Тьмы
Шрифт:
– Какой кошмар!– всплеснула крылышками фейка.– Слава богу, что больше он вам не угрожает.
– О чем ты? Ты всерьез полагаешь, что он погиб под тем камнепадом?– усмехнулась Гвендолин.
– Конечно. И хотя все очень испугались, когда начался грохот, но я видела, что кроме вас из ущелья никто не выходил.
– Да?– переспросила колдунья и почему-то погрустнела.– Ну, значит, так оно и есть.
Солнце поднялось уже высоко. Его лучи проникали через окна зеркальной башни и, миллионы раз отразившись от сотен зеркал, наполняли всё внутри приятным теплым светом. В это время к башне подъехал рыцарь на белом коне и в золоченых доспехах.
– Великолепная Гвендолин, выйди и одари меня хоть частью своей дивной красоты.
– Посмотри, кто там,– приказала колдунья фейке.
– Вы к моей госпоже,– тоненьким голосочком спросила Джамин, сев на край окна.
– Да,– ответил рыцарь.– Передай ей, что приехал Д’Левенталь. И даже если она сейчас не готова принять меня, то я всё равно поднимусь.
В тоже мгновение фигура его засветилась и обратилась светящимся шаром, разбрасывающим вокруг себя мерцающие искорки, который медленно поплыл через вход в Зеркальную башню. Напуганные фейки попрятались за цветочными горшками и в зарослях плюща, увивающего стены. Между тем колдунья воспарила над ванной, щелчком пальцев заставила воду на себе моментально испариться, а сама, набросив белоснежную тунику, вальяжно легла на диван.
Искрящийся шар вплыл в верхнюю комнату башни и снова обратился в человека. На этот раз на Левентале был светлый камзол, а волосы были собраны сзади в хвост золотой лентой, сплетающейся с белыми прядями наподобие косы.
– Ну, здравствуй, Гвендолин,– произнес он, садясь в кресло напротив колдуньи,– я так давно тебя не видел.
– Да, ты давно не навещал свою двоюродную сестричку, милый мой братец,– с игривой улыбкой заметила колдунья.
– Весьма прискорбно,– задумчиво сказал Левенталь,– что кланы светлых магов сейчас разрозненны. Многие вообще не помнят своих корней… Но я сегодня пришел не для того, что бы рассуждать о судьбах наших не столь многочисленных родственников. Тут неподалеку была схватка, я почувствовал это. Редко когда используется такая сильная магия. Ясно, что ты там участвовала, и, похоже, что не вышла победительницей. Меня интересует, кто был тот другой?
– Он погиб,– ответила Гвендолин.
– Сомневаюсь. К тому же я чуть не наткнулся на него сегодня.
– Ты говоришь правду?
– Как я могу врать моей любимой сестрёнке,– усмехнулся Левенталь.– Я вижу, что ты рада этой новости?
– Вовсе нет,– надулась Вечная Гвендолин.– Всюду Проклятый – мой враг, и я всей душой желала бы его смерти.
– Всюду Проклятый? Неужели ты удостоилась чести сразиться с самым загадочным существом, которое когда-либо носила эта земля… Я даже завидую тебе.
– А тебя-то он почему так интересует?
– Все просто, дорогая моя сестрёнка,– сказал маг, пересаживаясь рядом с Гвендолин.– Если ты не забыла, то я представляю Гильдию Магов Солнца, а, следовательно, отвечаю за любое проявление Сил Зла по эту сторону Нефисфарлака. Мы достаточно знаем о Всюду Проклятом и понимаем, что его появление нельзя расценивать, как нарушение договора, но…
– Что?
– Он принес оттуда одну вещь… Меч Тьмы. И раз уж это древнее оружие оказалось на нашей территории, то мы должны приложить все усилия для его уничтожения. Видишь этот камень?– Левенталь, показал на большой изумруд в золотой оправе, висящий у него на шее,– Он чувствует Меч Тьмы и вообще всяческое зло. Подчиняясь воле этого камня,
– И всё же… Почему Гильдия Солнца выбрала именно тебя?
– Ну, потому, что я наиболее подходил для этой миссии. Меч, как ты знаешь, проклят. И легко может убить того, кто к нему прикоснется. Любое существо Света, безусловно, постигла бы такая участь. Но я… Я сродни Всюду Проклятому. Стоя в стороне от Зла и Добра, я не черпаю из них энергию. Мой источник куда более сложен и обширен…
Левенталь нежно провел рукой по щеке колдуньи, которая сразу обагрилась смущенным румянцем, в то время, как все порезы и ссадины на её теле вдруг затянулись и исчезли.
– Любовь?
– Да,– кивнул маг,– любовь во всех её проявлениях: от самой тонкой нежной влюбленности, до грязнейшей сладострастной похоти. Пока на этой земле есть жизнь, то у меня будет достаточно сил.
– Как это низко… питаться чужими эмоциями,– произнесла Гвендолин, превозмогая вдруг накатившее на неё вожделение.
– Возможно, но, слава Небесам, что старики из Гильдии Солнца ещё не выжили из ума и умеют мыслить прагматично. И, думаю, что не менее прагматично, будет взять тебя с собой. Ты согласна?
– Да,– простонала колдунья, в то время как Левенталь вдруг стал гладить её по бедру, постепенно поднимаясь всё выше.– Но… Что ты делаешь?
– А разве тебе это не нравится?
– Да… Но…
– У тебя ведь давно не было мужчины, правда?
Губы двух светлых магов слились в страстном поцелуе, и маленькая Джамин, весь разговор незримо присутствовавшая где-то за цветочным горшком деликатно отвернулась и выпорхнула в окно.
В эти часы дневной зной уже раскалял крыши Ольвенгарда, но в главной башне Святейшего Ареопага царила прохлада, так же как и во всем городе магов, словно усыпанном фонтанами и искусственными водопадами. Город находился несколько в стороне от основных дорог и географически образовывал с Трингардом и Королевством эльфов правильный треугольник, тем самым, замыкая магическую структуру, созданную с образованием тремя народами Совета Предгорий. В последствие к Совету присоединились так же два гномьих города Квотерланд и Андерквот, а так же мелкие деревушки и городища, разбросанные по предгориям. Но особое привилегированное положение и лидерство трех образующих городов в Совете по-прежнему оставалось беспрекословным.
По выложенному светлой плиткой полу зала неспешной походкой шли двое. Первый, слегка согнутый от времени старик, облаченный в белую мантию, Верховный Маг Света Перистофен. Второй – человек довольно юных лет, но уже награжденный почетной возможностью носить посох, Магистр Трёх Стихий Велантий.
– Как проходит задуманное нами предприятие?– хрипловатым голосом спросил старик.
– Вчера я получил с голубем послание от Рыцаря Света. Он вышел на след темного меча, но пока не нашел того, кто им сейчас обладает,– ответил Магистр.
– Это хорошо. Надеюсь наш представитель сможет справиться со Всюду Проклятым или хотя бы уничтожить темное оружие.
Велантий удивленно посмотрел на Верховного Мага:
– Что Вы имеете в виду, говоря «хотя бы»?
– Сила Всюду Проклятого, или Тёмного Всадника, как его называют на той стороне неисчерпаема, а источник её никому неизвестен. Он очень сильный противник, я бы даже сказал слишком сильный…
– При всём уважении к Вам,– произнес Магистр,– я не могу понять, как Святейший Ареопаг ещё не установил источника силы этого… хм… существа.