Камила
Шрифт:
У Василы-апы и матери Акмаля – Халисхан-апы нашлось много общих тем для бесед. Они подолгу сидели за пиалой чая и вели нескончаемые разговоры о детях, их семьях и судьбах. Васила-апа вспомнила своего Мансура. Младшая невестка Бернара – узбечка, но родилась в Москве, где живут и работают ее родители много лет. Училась вместе с Мансуром. После свадьбы остались жить в столичном городе. А в Ош приезжали лишь один раз – в позапрошлом году. А как хочется чаще видеть своего младшего, невестку, внуков. Если бы были крылья, сама полетела бы к ним…
***
– Максуд-ака,
– А кто спрашивает?
– Из больницы. Какой-то Акрамалиев.
Максуд быстро прошел к телефону и взял трубку:
– Я слушаю.
– Ассалом – алейкум.
– Ваалейкум – ассалом. Я слушаю вас, Закир Акбарович. Все в порядке?
– Слава Аллаху! Если помните, когда вы приходили в последний раз навещать Камилу, я говорил, что скоро ее выпишем.
– Да, да я помню.
– Так вот, мы ее сегодня выписали. Просьба, известите, пожалуйста, об этом ее родственников. Из села каждый день приезжала ее мать, но последние дни почему-то ее не было. Может быть, захворала…
– Не волнуйтесь, доктор, все сделаю, как надо. Большое спасибо за звонок. Я сейчас же приеду.
Пока Максуд разговаривал по телефону, невестки успели рассказать Севаре о трагедии, случившейся несколько месяцев назад. Сестра с обидой обратилась к брату:
– Разве так можно? Мы ведь вам не чужие. Вы нам ничего не сообщили.
– Да, сестренка, да. Но ты прости меня. Мы не хотели вас тревожить. Слава Аллаху, все позади. Кстати, сегодня ее выписали. Но, к сожалению, никто не приехал за ней. Я хочу привезти Камилу к нам домой. По дороге заеду в какой-нибудь магазин, куплю ей одежду.
– Можно я тоже с вами поеду? Ведь вы один не сможете купить девушке одежду!
– А что скажет Акмаль?
– И он с нами поедет. Я сейчас его позову.
По дороге в больницу они побывали в универмаге "Саидмухтар". Тщательно осмотрели все отделы и сделали много покупок – приобрели платья, несколько пар обуви, кофточку, золотые сережки и цепочку, колечко…
В палату Камилы с подарками вошла Севара. Увидев ее, Камила поднялась с кровати.
– Здравствуйте, вы ко мне?!
– Здравствуйте, вы Камила? Мы пришли за вами. Я сестра Максуда-ака. Он ждет вас внизу. Вот одежда. Переоденьтесь, пожалуйста, – попросила Севара, положив свертки с покупками на кровать.
Девушка, глядя на дорогие подарки, покраснела. Такой роскошной одежды она никогда не имела. Было стыдно принимать дорогие подарки, но и обижать отказом она не могла – Максуд-ака столько сделал для нее, что большего не мог бы сделать и родной отец.
– Апа, зачем так тратились? Мне очень неловко! Это вы зря. Сегодня – завтра мама приехала бы. Потерпела бы еще несколько дней в больнице.
– Не говорите так, сестренка. Не обижайте нас. Теперь мы вам не чужие. Не надо стесняться. Если захотите, мы вас сегодня
Когда Камила с Севарой вышли из больницы, их встретил Максуд с большим букетом цветов в руках. Когда он увидел красивую, модно одетую девушку, сердце его тревожно застучало, и сам он побледнел – ему показалось, что перед ним стоит Гуландом – так Камила была похожа на его возлюбленную. Нет, этого не может быть…
Камила сидела на сиденье машины, не зная, как себя вести. Ее, выросшую в кишлаке в скромной обстановке, сильно смущали и это внимание, и дорогие подарки. Платье казалось тесным, золотые украшения – тяжелыми. Хотелось ощущения свободы и уюта, какое давало привычное, простенькое ситцевое платье.
Когда они приехали и вошли во двор дома, где жил Максуд, первое, что бросилось девушке в глаза, был фонтан. Ей показалось, что она его когда-то уже видела. Но когда? Этого вспомнить не могла. В это время Дильфуза, зовя свою дочку, закричала: "Гуландом, где ты? Гуландом!" Камила, услышавшая имя матери, от неожиданности вздрогнула.
Глава 12
Камила, оказавшись в настоящем дворце, растерялась. Первой ей на встречу вышла Дильфуза. Она, улыбаясь, обняла девушку, бросила через ее плечо сердитый взгляд на Максуда. Какая-то неясная тревога закралась в сердце женщины, сразу же, как увидела Камилу. "Уж не та ли это девушка, что на фотографии из студенческого альбома Максуда-ака?" – спросила она сама себя.
Асрор, вышедший из дома вместе с Сиявушем, не мог оторвать взгляда от гостьи – девушка поразила его своей красотой и неподдельной скромностью.
– Добро пожаловать, милая, просим, – встретила гостью Васила-апа, протянув руки, чтобы обнять Камилу.
– Ах, какая девушка. Мне бы такую невестку! – невольно вырвалось у Халисхан-апы.
– Камилахан, идемте, сестренка, – пригласила засмущавшуюся гостью Севара, в душе разделяя восхищение свекрови.
Все вошли в дом. Во дворе остался только Асрор. Он был ошеломлен: "Разве можно быть такой красавицей?". Молодой человек тяжело вздохнул. Ему понравилось в ней все: и темные волосы, заплетенные в длинные мелкие косички, и густые черные брови, и тонкий стан.... Если бы еще вчера кто-нибудь в кругу его друзей сказал про любовь с первого взгляда, Асрор рассмеялся бы громче всех. А сейчас он почувствовал, что с ним что-то произошло, и он больше не сможет жить без этой девушки.
Зал для приема гостей занимал весь первый этаж дома – дворца. Роскошь его обстановки и отделки ослепили Камилу. Ее усадили на диван, покрытый бархатом. Остальные расположились в мягких глубоких креслах. После короткой молитвы, прочитанной Мардон-ака, Васила-апа спросила у девушки:
– Как чувствуете себя, доченька? Поправились? Последний раз я видела вас в больнице. Тогда вы были плохи. Слава Аллаху, теперь выглядите хорошо. Вы очень напугали нас тогда…
– Спасибо, бабушка, я вас опять потревожила. Я столько вам доставила хлопот…