Камиль. Залог
Шрифт:
Она плавит и дурманит мой мозг похлеще любой наркоты.
Нет. Зависимости от женщины я себе никогда не позволю, но вот брать ее до хриплых криков, это можно.
Давлю Ясне на поясницу. Прогибается. Трусики натягиваются и через тонкую ткань видно шикарную попку. Шлепаю по ней. Кукла снова вздрагивает, тихо вскрикивая от неожиданности.
Ну а как ты хотела, девочка? Все по-взрослому!
Стягиваю трусы по ягодицам, оставляю кружево на бедрах. В этом тоже есть свой секс. Выглядит очень вкусно. И сжатые розовые губки, которые скоро будут
— Ну чего ты дрожишь? — сминаю ягодицу, оставляя на ней красные следы от своих пальцев. — Я же не делаю тебе больно.
Скольжу пальцами по попке, поглаживаю мягкие губки. Сухая опять совсем. Не хочет. Это я сейчас поправлю, но сначала надо снять с ее ночную сорочку.
Поднимаю девочку. Стоит передо мной на коленях. Трусики сползают по ногам ниже. Снимаю с нее одежду. Длинные волосы, заплетенные в косу, не мешают мне любоваться идеальными изгибами ее тела. Словно вылепили. Для меня.
Прижимаю к себе спиной. Обеими ладонями накрываю грудь, трусь о соски, сминаю полушария. Ее тело медленно просыпается, откликается на мои прикосновения.
— Ты же… Вы… — путается в словах, — Ты говорил, сегодня не придешь.
— Передумал. Как голодный зверь, пришел на твой сладкий запах, — впиваюсь зубами ей в шею.
Вскрикивает. В этот раз переходя в стон и совсем другую дрожь. Ее соски упираются мне в ладони. Поглаживаю, зажимаю между пальцами, прокручиваю, оттягиваю и резко отпускаю. Ясна сокращается всем телом от выстрела кайфа в низ ее живота.
Я знаю, девочка, как устроено женское тело. И всегда так или иначе получаю то, что хочу.
Толкаю ее в спину, чтобы вернулась на четвереньки. Заставляю прогнуться. Аппетитная попка призывно приподнимается вверх. Соблазнительно, конечно, но нет. Там я ее точно порву. Чтобы лишить эту малышку девственности еще и в заднице, надо больше времени. А я слишком нетерпелив на нервах, но кое-что мне все же очень хочется сделать. Невозможно не воспользоваться моментом.
Развожу упругие половинки, нахожу тугое колечко, вожу вокруг него подушечкой пальца.
— Прекрати трястись, я не сделаю тебе больно. По крайней мере, постараюсь.
Облизав палец, давлю на сжавшуюся дырочку, даже не пытаясь протиснуться глубже. Глажу, массирую. Веду по промежности к губкам, раскрываю и глажу ее там, размазывая капли проступившей влаги.
— Тело не обманешь, да, Ясна?
Намотав ее косу на кулак, тяну на себя, чтобы еще сильнее прогнулась. Приставляю член ко входу, и делаю рывок внутрь.
— Бля, как охуительно… — вырывается хриплое. — Дай мне эмоций, — тараню ее тело новым толчком. — Кричи, стони. Я хочу твоих эмоций!
Настоящих, блядь! Чистых! Я становлюсь жадным и голодным до них все сильнее. Чем глубже я внутри, в ее узкой тесноте, тем мне больше хочется. Все нервное напряжение стекает вниз и сосредотачивается в стояке. Он твердый до боли в паху и мышцах.
Буквально натягивая девчонку на себя, свободной рукой снова давлю на сфинктер. Массирую
Шиплю, шлепая Ясну по заднице. Больно. Слишком сильно стиснула.
Оставляю в покое ее попку, отпускаю косу и рывком покидаю ее тело. Роняю на кровать. Переворачиваю. И да, черт возьми! Я ебаный маньяк, но меня вставляет то, что я вижу.
— Как же мне не хватало жизни в этом аду, — хриплю, устраиваясь у нее между ног и губами собираю соленые слезы.
Мне непонятно, почему она плачет. Я уверен, что не делаю ей больно. Но капли чистых бриллиантов блестят на щеках, и я собираю их губами, чувствуя, как дрожу теперь вместе с ней.
— Ты одуряюще прекрасна, куколка, — двигаюсь в ней медленно, с оттяжкой. Хочу продлить этот момент, но ни хрена не выходит.
Оргазм подкатывает слишком быстро. Ясна кусает губы, я целую в них и до меня доходит, что я впервые за последний год трахаю женщину без резины.
— Черт! — сжав зубы, дергаюсь назад и добиваю себя рукой, обильно кончая малышке на живот. — Башку теряю с тобой, — тяжело дыша откатываюсь на спину, понимая, что она не кончила. Лежит рядом, прикрывается руками, сдвигает ноги и тихо шмыгает носом.
Я догадываюсь, откуда слезы. Боится. Она все еще меня боится. Завтра проведу с ней весь день, пусть привыкнет. Может потом ее слезы будут не от страха, а от удовольствия?
Отдышавшись, раскрываю свою сжавшуюся в комок куклу и ласкаю ее пальцами, толкаясь внутрь и сминая клитор до ее всхлипов. Она долго сопротивляется собственному удовольствию, но физика берет свое.
— Смотри на меня сейчас, — стараюсь просить, но выходит все равно приказ.
Ясна послушно распахивает глаза, смотрит в мои. Ловлю в них ее оргазм, пульсирующий под моими пальцами. Красиво… чертовски красиво кончает. По-настоящему. Искренне.
Понимая, что до Индиры я сегодня опять не дойду, закрываю глаза, прижимая к себе свою куклу. Тут буду спать. Хорошо мне. Спокойно.
Глава 14
Камиль
Совсем все дела на сегодня я отменить не могу, но обещание, данное кукле, надо сдержать. И подарок она заслужила. Ночь выдалась отличной не только потому, что секс с ней был шикарен. Я успокоился и выспался. Это практически недоступная мне роскошь. С ней вдруг стало получаться. Интересный спецэффект у Залога.
Ясна еще спит с высохшими на щеках дорожками слез. Целую девочку в лоб. Даже не дергается.
Улыбнувшись, тихо выбираюсь из кровати, натягиваю штаны, рубашку накидываю на плечи и выхожу, плотно прикрыв за собой дверь. В коридоре натыкаюсь на Самиру.
— Первый выход в свет на аукцион, где продают женщин? — она строго смотрит на меня, как на нашкодившего пацана. — Ты девочку добить решил, чтобы не мучилась?
— Предлагаешь и дальше держать ее в вакууме? Восемнадцати лет в изоляции было недостаточно? — даже не бесит сейчас. Успокоительное «Ясна» имеет долгоиграющий эффект.