Каменный принц
Шрифт:
О, она чувствовала себя так невероятно замечательно. То, что она сделала, то, что она сказала, не смущало ее. Она упивалась им и своей сила над таким доминирующим мужчиной. За окном звезды мерцали ярко, как маленькие бриллианты, разбросанные по черному бархату. Мир, казалось, замедлился. Все, включая воздух и тихое щебетание сверчков, заставляло прочувствовать этот момент с благоговением.
Ее пальцы гладили грудь Джорлана, проводя пальчиком по его мышцам. На его ребрах с каждой стороны было по четыре параллельных царапины,
Ей нравилось осознавать, что это она оставила их на нем, это как тонкое напоминание о ее присутствии. Она вздохнула, звук получился хриплым, напомнив ей с каким исступлением он ласкал её грудь. Эту ночь она будет помнить всю жизнь. Напоминать будет каждый звук, каждый запах, каждое ощущение. Господи, она уже снова жаждала продолжения, близости и вознесения на небеса. Она жалела, что не знала этих ощущений раньше. Но она запомнила каждую мелочь, и никто не сможет заставить ее забыть.
Синдром Первого Свидания забыт. Отлично, теперь она страдает от Синдромом Сравнения.
У Кейти не было сил и желания беспокоиться об этом. Объятия Джорлана согревали её, погружая в негу, и Кейти уже ни на чем не могла сосредоточиться, кроме этого удовольствия. Жар Джорлана окутывал её, опьянял.
Она только закрыла глаза, когда Джорлан вдруг сказал:
— А теперь, маленькая ведьмочка, мы поговорим.
— О чем? — Она всё ещё не открывала глаза, её голос прозвучал сонно и хрипло.
Он перекатился на неё.
— О том, почему ты не сказала, что была девственна?
Она открыла глаза. Кейти совершенно не была готова к такому разговору, но Джорлан был настроен серьезно. Она поняла, что он не отстанет от неё, пока она не ответит.
— И когда же я должна была сказать тебе, что я девственница?
— После нашего первого поцелуя. Сразу после того, как мы чуть не занялись любовью в ванной комнате. Во время нашей поездки к Мон Грейгу.
— Хорошо, хорошо, возможность у меня была.
— Айе, была.
— Я всего лишь не хотела выглядеть неопытной.
Он с пониманием кивнул.
— Но почему я?
— Я так и не встретила правильного мужчину — до встречи с тобой.
Выражение его лица стало задумчивым.
— Я думаю, это не вся правда, а только её часть.
Он был очень проницательным, черт бы его побрал.
— Неужели за тобой не ухаживал ни один мужчина из твоего мира? — спросил он.
— Вообще-то ухаживали. Некоторые пытались.
— И потерпели неудачу. — Чисто мужская гордость светилась на его лице.
— Все они прокалывались каким-то образом?
Вопрос был риторическим, но она ответила на него:
— Проблема была не в них, а во мне. Мне чего-то не хватало, и ни в одном из них я не смогла найти этого.
Он все меньше и меньше хмурился по мере того, как он обдумывал её слова.
— Чего же тебе недоставало?
— Заинтересованности.
По его лицу медленно
— Я просто… ну… мне нужен был мужчина, который был бы выше меня.
Его улыбка стала ещё шире.
— Это про меня.
— И мне нужен был мужчина, который бы заставил меня почувствовать себя женщиной, а не мальчишкой.
Он поцеловал её глаза так нежно, что его прикосновение было подобно прикосновению бабочки.
— И я это сделал.
— Да, но я не закончила. Мне нужен был мужчина, который бы полюбил меня, несмотря на мой рост, мой характер и несмотря на мои неженские интересы.
Он легонько прижался губам к её губам.
— Именно из-за всего этого я тебя желаю.
— Правда? — Её сердце сбилось с размеренного ритма. — Это правда?
— Как ты можешь во мне сомневаться? — Он склонился над ней. Она ощутила его возбуждение между своих бедер, хотя он и не входил. Тело Кэти тут же отозвалось, разгоняя воспламенившуюся кровь по венам с силой горной реки. Но он не шевелился, не продолжал ласк, а стал задумчивым и печальным.
— Мы не продолжим, пока ты не расскажешь мне о своей жизни.
Её губы дрогнули. Так он понял, что она предпочла бы не рассказывать. О, Господи, как она хотела, чтобы он не спрашивал. Она хотела, чтобы он продолжать видеть в ней сексуальную, восхитительную женщину. Но если он узнает какой неженственной она была, он потеряет к ней интерес.
— Я устала. Почему бы нам не продолжить этот разговор утром?
— Ней. Расскажи мне то, что я хочу знать. Сейчас.
— Или что? Ударишь меня? — Она задышала тяжело и часто. Чувствовать его так близко, но не внутри, одновременно возбуждало ее и разочаровывало. И тогда он ввел в игру свои пальцы, лаская её и таким образом заставляя потерять разум.
— Я не буду тебя бить, катиа, я буду возбуждать тебя. Всегда — Его губы изогнулись, подрывая ему грозный вид. — Ты сказала, что тебе нужен мужчина, который бы видел тебя настоящую, но как, по-твоему, я должен это сделать, если ты не хочешь посвящать меня в свою жизнь?
Как она могла отказать этому мужчине? Кейти вздохнула.
— Что ты хочешь знать?
— Всё, — ответил он.
И Кейти рассказала ему о своей жизни. Он слушал внимательно и усмехался над всеми её детскими шалостями. Она рассказала ему о своих страхах, надеждах и мечтах.
Он стал таким серьезным и печальным, что она была готова закончить свой рассказ, но она решила рассказать все, прежде чем ее нервы не выдержат.
— Мне не нравятся ленты для волос или платья с оборками. Я не люблю длинные ногти, потому что они раздражают. Мне нравится инструменты и футбол, быстрые машины и джинсы. — Она глубоко втянула в себя воздух. — Когда моя машина ломается — и я имею в виду двигатель и трансмиссию, а не только шины, — я не отвожу её к механику.
Я делаю ремонт сама.