Каменный дождь
Шрифт:
— Отец Дитфрид, — подалась я чуть вперёд, — как насчёт сделки? Откровенность на откровенность.
— Чтобы ставить условия, нужно обладать козырями, леди, — улыбнулся инквизитор. — У вас есть такие?
— Это жест вежливости, — улыбнулась я в ответ. — Мы пришли сюда по собственной воле, рассчитывая получить нужную нам информацию. Вы расскажете нам, что на самом деле происходит в стране. Мы расскажем, кто мы и как тут оказались.
— А если меня не устраивает подобная сделка?
— Мы уйдём, — развела я руками. — И смею заверить, помешать нам вы не сможете.
— Это угроза? — лицо Дитфрида стало жёстким.
—
Инквизитор откинулся на спинку стула и пожевал губами. Теперь всё зависело от того, воспримет ли он сказанное серьёзно или попытается диктовать свои условия.
— Вы или превосходный лицедей, или полностью уверены в том, что говорите, — медленно произнёс он после паузы. — Хорошо. В конце концов, ничего необычного вы пока не просите. Но если вы и в этот раз попытаетесь юлить, я приложу все силы, чтобы пригласить вас на более близкое знакомство. Там и проверим, насколько реально ваше заявление, фройляйн.
— Надеюсь, это было не оскорбление? — холодно уточнила я.
— Что вы. Так переводится слово «девушка» с одного из древних наречий, ходивших на этих землях. Церкви повезло сохранить в веках некоторые старые документы и словари. Но большей частью это случайные бумаги, не имеющие реальной культурной ценности. Итак, кто из нас начнёт говорить первым?
— Давайте вы, на правах гостеприимного хозяина, — улыбнулась я, возвращаясь к добродушному тону разговора.
Реальность превзошла наши ожидания. Согласно истории инквизитора, Церкви, как единой организации, более не существовало. В день, когда была уничтожена Виена, в Святой Земле был убит Верховный Понтифик и часть Круга кардиналов. Сделано это было руками новообразованной Церкви Истины, отколовшейся от Святого Престола около года назад. С тех пор в стране шла вялотекущая война за власть. Уцелевшие кардиналы и архиепископы, отбросив догматы, старались подмять под себя как можно больше власти и почти всё внимание уделяли грызне между собой, а не новому ордену, постепенно набирающему силу.
— Откуда взялась эта новая Церковь мне неизвестно, — подвёл итог инквизитор. — Я обычный старший дознаватель, мой чин и сан невысоки. В Ордене Закона ходили слухи, что это как-то связано с древним храмом, который нашли несколько лет назад, но не более.
Я незаметно переглянулась с Идой и получила от неё крохотный кивок. Ведьма считала, что он не врёт. По крайней мере в той части, что решил рассказать. Оставалось лишь догадываться, сколько информации Дитфрид замолчал, но и этого было достаточно.
— Мне больше нечего сказать, — с нажимом произнёс он. — Ваша очередь.
— Мы собираем информацию, отец Дитфрид, — я решила сказать ему правду. Почти всю. — Двадцатого августа нечто уничтожило столицу Империи Ирв и в тот же день границы страны перешла ваша армия, вооружённая загадочным оружием. Наш наниматель считает, что в уничтожении столицы замешана Святая Земля. Он хочет узнать, что тут происходит на самом деле.
— Армия вторжения? — удивление инквизитора было вполне искренним. — Церковь… Прежняя Церковь не отдавала такого приказа. В Ордене бы знали, таков порядок. Имени вашего нанимателя вы, разумеется, не знаете?
— Вы же понимаете, — слегка усмехнулась я. — Даже если бы мы знали имя, договор вряд ли допустил бы его
— Допустим. Я согласен, совпадение странное, а в свете произошедшего в нашей стране я даже соглашусь, что это дело рук Церкви Истины. Но всё таки, не маловато ли у вашего нанимателя предпосылок для того, чтобы подозревать Святой Престол?
Быстро прикинув, стоит ли углубляться в эту тему, я решила поставить точку. Пытливый дознаватель мог ухватиться за случайную ниточку, невольно поданную ему вместе с дополнительными деталями, и попытаться за неё потянуть. И нельзя было предугадать, к чему это может привести.
— Понятия не имею, — как можно естественнее пожала я плечами. — Нам поставили задачу, кратко описали детали, выдали аванс и отправили на задание. По каким-то своим соображениям, добираться сюда нам приказали через Авенхарт и Лавинию.
— Поэтому мы и пришли сюда через Церих, — Ларт плавно подхватил мою речь, уловив, что главное я уже высказала. — Корабль высадил нас на побережье и мы направились в сторону ближайшего города.
— Но города уже не было, — задумчиво кивнул инквизитор. — Что же, звучит убедительно. Но теперь встаёт другая проблема. Вы, дети мои, шпионы. Пересекли границу незаконно, да ещё и с целью сбора информации. И что я теперь должен с вами делать?
Я даже не успела собраться с мыслями, как Ларт ловко выкрутился из положения:
— Насколько я помню, внешние угрозы не входят в круг обязанностей инквизиции.
Дитфрид улыбнулся и кивнул:
— Вы правы. Я могу лишь доложить о вас в Тайную Службу, дальнейшее не моя забота.
— А вы доложите? — уточнила я.
— Кому? — удивился дознаватель. — Государство рассыпалось на городские баронства, с окопавшимися в них кардиналами и высшими сановниками. Им хватило ума закрыть границу, но они так и не смогли договориться, кто из них будет контролировать войска и прочие службы.
— Мне казалось, что единая религия должна делать людей сплочённее, — заметила я. — Особенно если это служители этой самой религии. Но с ваших слов всё выходит иначе.
Инквизитор некоторое время молчал.
— Это сложная тема. Я с радостью вступил бы с вами в диспут но не уверен, что вам это нужно. Скажу лишь вот что, фройляйн, вера двулика. Она оставляет лазейки и допущения в толковании религии как таковой. Полагаю, именно из этого и выросла эта Церковь Истины. Нет никакой общей веры для всех, у каждого она своя. И вера в единого Бога не подразумевает, что люди будут разделять убеждения друг друга. Полагаю, вы не знаете, что в Ордене Закона нет верующих?
— Что? — этот вопрос ввёл меня в серьёзное смятение.
— Вы не ослышались, — улыбнулся инквизитор, — среди нас нет истово верующих людей. Да, изначально мы точно так же обучаемся в духовной семинарии, получаем сан. Но мы Орден Закона, мы смотрим на Церковь и мирских обывателей со стороны. Среди нас нет религиозных фанатиков, как это было ещё лет триста назад. В своё время Понтифик Фердинанд преобразовал Орден так, чтобы мы могли видеть разницу между настоящей ересью и обычными заблуждениями. Мы ревностно относимся к своей работе и соблюдению Закона Божьего, это правда, но это работа. Теологические споры нам чужды. Безусловно, и среди нас есть глубоко набожные люди, но они держат свою веру при себе, не допуская её влияния на рабочий процесс.