Калинов мост
Шрифт:
– Ловлю вас на слове, Серапион Павлинович, и жду с нетерпением.
Удовлетворенные зрители стали расходиться, а мы с господином Поклюйским перешли от проблем творческих к проблемам сугубо деловым.
– Вы получили деньги, господин продюсер?
– Да. Вы очень оперативно работаете, господин Чарнота. Я вами восхищен. Кстати, мы ведь перешли на «ты».
– Извини, – спохватился я. – А Аполлон готов к перемещению?
– Безусловно. Задержка будет только с техническим обеспечением. Ты же видел наши декорации и бутафорию.
– С декорациями проблем не будет, «Ил» уже стоит на взлетной полосе. А кто у тебя отвечает за техническое обеспечение и спецэффекты?
– Костя Прищепкин.
Поклюйский щелкнул пальцами, и один из сопровождавших его шести охранников тут же бросился выполнять указание шефа. Дабы скрасить ожидание, Серапион Павлинович предложил нам по бокалу вина. Предложение было с благодарностью принято как мною, так и сопровождавшими меня лицами. Вино, впрочем, оказалось так себе, и, будучи виноделом с большим стажем, я это отметил.
– У вас есть свои виноградники? – удивился Поклюйский.
– Да. В Апландии. Я непременно угощу тебя хорошим вином, Серапион Павлинович, как только мы покончим с нашими делами.
Наш разговор прервал охранник, тащивший за собой нетрезвого гражданина в рабочей спецовке. Гражданин не отличался богатырским ростом, но глазки у него были смышленые и плутоватые.
– Я тебя уволю, Костя, – построжал лицом продюсер. – Мне надоело терпеть твои пьяные выходки.
– Так ведь по сто граммов всего приняли, Серапион Павлинович. Этот дракон у меня год жизни украл. Мы как его увидели, так сразу и попадали с ребятами.
– Подожди Прищепкин, ты что несешь? Это же наш дракон.
– Дракон приблудный, Серапион Павлинович, это я вам как на духу. Хорошо хоть Аполлоша с ним совладал, а то я уже хотел звонить в МЧС.
– С кем приходится работать! – развел руками Поклюйский. – Собирай бригаду и пакуйте оборудование. Чтобы через три часа все было готово к погрузке. И дракона не забудьте.
Прищепкин, слегка протрезвевший под грозным начальственным оком, отправился выполнять распоряжение продюсера, а мы прошли в служебное помещение, дабы обсудить с Серапионом Павлиновичем детали предстоящего путешествия. Собственно сам Поклюйский был готов ехать и на край света и даже за край. Проблема была как раз в Аполлоне. Светозарный бог в последний момент мог заартачиться, наплевать на контракт и пуститься во все тяжкие. Именно поэтому мною совместно с генералом Сокольским был разработан план перемещения вышеназванного лица сначала за пределы Москвы, а потом и за пределы нашего мира. Для этой цели мне выделили самолет, который и должен был доставить нас на заброшенную базу, расположенную где-то на побережье Тихого океана. Что это была за база, кому она принадлежала, я вникать не стал. Главное, там была взлетная полоса и ангар, где мы могли разместить оборудование и пересидеть непогоду. Поклюйский клятвенно заверил нас, что Аполлон прибудет к самолету ровно через три часа. Что же касается оборудования, то тут никаких гарантий Серапион Павлинович нам дать не мог.
– Ты же видел моих работничков, Чарнота. Хорошо если они к утру управятся.
– Ничего, – махнул я рукой. – Мы их простимулируем.
Собственно, громоздкое оборудование нам было ни к чему. Но нам важно было, чтобы у Аполлона на первых порах не возникло никаких подозрений. Я пока что не имел ни малейшего представления о том, каким мозгами обладает юнец, появившийся на свет всего лишь неделю назад, и насколько он искушен в интригах. Но рисковать мы, естественно, не имели права. Я отправил профессионального управленца Борю Мащенко на подмогу к Прищепкину, а для солидности приставил к нему компетентного товарища Михаила, способного одним своим присутствием вправить мозги захмелевшим не ко времени подсобным работникам сферы искусства. В контакт с Аполлоном я вступать не собирался, ибо Светозарный бог видел меня
– Мне кажется, вы напрасно вступили с ним в контакт, Чарнота. Я имею в виду, эту вашу несостоявшуюся дуэль на сцене.
– К сожалению, сие от меня не зависело, – сказал я, подсаживаясь к монитору. – Магия, товарищ генерал, ничего не поделаешь. Не забывайте, мы имеем дело с богом, обладающим немалыми возможностями. Кстати, вы осмотрели место гибели дракона?
– Да, эксперты уже вернулись. Они обнаружили там дохлую ящерицу, размерами не более десяти сантиметров.
– Обезглавленную ящерицу? – спросил Ключевский.
– Да. А как вы догадались?
– Я думаю, что эта ящерица сыграла в спектакле роль дракона, а дракон, как вы знаете, был обезглавлен. Уже то хорошо, что мальчишка понимает разницу между искусством и реальностью. В противном случае, мы бы не досчитались многих сотен ни в чем не повинных людей.
– Он что же, способен перебросить в Москву настоящего дракона?
– Не знаю, – пожал плечами Марк. – но я бы не удивился, если бы это было действительно так.
– А вот и он, – сказал Василий, указывая на экран.
Надо сказать, что на фоне поживших и много чего повидавших продюсера и драматурга, Аполлон смотрелся самым обычным московским парнем в джинсе и кроссовках. Рост его вряд ли превышал метр восемьдесят, что же касается сложения, то оно было близким к тому идеалу, который нам предложили древние греки. Этот парень мне кого-то здорово напоминал, но я никак не мог вспомнить, кого именно.
– Да он на тебя похож, – криво усмехнулся Василий. – Вылитый Вадим Чарнота в неполные двадцать лет.
В подтверждение своих слов, капитан достал из бумажника две фотографии и бросил их на стол. Одна из них была моя, дембельскоя, невесть какими путями попавшая к компетентным товарищам, на второй красовался Аполлон Гиперборейский. Сходство действительно было разительным, настолько разительным, что я даже приуныл.
– А как у этого парня с документами? – спросил заинтересованный Сенечка.
– Документы у него в полном порядке, – сказал Сокольский. – Он якобы воспитывался в детском доме. В графе «родители» у него прочерк. Но его очень хорошо, едва ли не с младенческого возраста помнят воспитатели. Есть масса фотографий, где он изображен вместе с другими воспитанниками в разные периоды созревания.
– Бред, – не поверил Сенечка. – Я же собственными глазами видел, как он вылупился из цветка.
– У нас есть анализ его крови, – продолжал Сокольский. – Мы получили его вчера. Врачи утверждают, что этот Аполлон ничем не отличается от обычного человека.
– Вы что же заставили его пройти медкомиссию?
– Ему нужен был заграничный паспорт. Естественно, мы воспользовались оказией и проверили его по всем параметрам.
– Он не протестовал?
– Нет. Очаровал, представьте себе, комиссию.
– Очаровал? – вскинул правую бровь Ключевский.
– Я понимаю ваше сомнения, Марк, но его проверяли в том числе и с помощью приборов, а их ему вряд ли удалось заколдовать. Кстати, вам тоже не мешало бы пройти медицинское освидетельствование. Ваше неподобающее человеку обличье было зафиксировано на видеокамеру и вызвало неоднозначную реакцию у руководства. Вы меня понимаете, господа? Кроме того, мне хотелось бы знать, является ли этот юноша вашим сыном, Чарнота, на генетическом уровне или нет.