Калинов мост
Шрифт:
– Это мой замок, – выкрикнул в заключение Шаузель, – будьте вы трижды прокляты.
– Вашим он будет только через двести лет, дорогой сир Антуан, – мягко поправил я зарвавшегося интригана, – а сейчас объясните нам, как вы сюда попали, и кто эта красивая девушка, скромно стоящая у стола?
– Это моя дочь, сир Вадимир де Руж. Предупреждаю вас, вы ответите за насилие.
– Собираетесь жаловаться в святую инквизицию? – полюбопытствовал Марк.
– Собираюсь, – вскинул голову сир Антуан. – И буду очень удивлен если вам удастся избежать костра.
– Я вынужден вас огорчить,
– Не морочьте мне голову, синьор де Руж, неделю назад я лично говорил о вас с монсеньором Паулино де Каприо, и он безоговорочно обещал мне свою поддержку.
– Выходит, это монсеньор Паулино прислал вам тех чудных созданий, что едва не сожрали нас в прихожей? Как же вы низко пали, сир Антуан. Продать душу дьяволу – это тяжкий, несмываемый грех, искупить который можно только костром.
Сеньор де Шаузель смутился. Похоже, он действительно не отдавал себе отчет, что находится сейчас хотя и в своем замке, но не в своем времени. Вот только непонятно, кому и зачем понадобилось перемешать его в прошлое. Скорее всего, это сделала Анастасия. Не исключено, что ей помог в этом новорожденный бог Аполлон Гиперборейский.
– Кто привел в замок эту девушку?
– Я здесь родилась.
Наши взоры невольно обратились на красавицу, произнесшую эти слова. Галантный Марк де Меласс даже отвесил ей изящный поклон:
– Надеюсь, сударыня, вы не осудите нас за непрошенное вторжение.
– Осужу, – надменно вскинула изящную головку девица. – Вы убили моих людей.
– Осмелюсь вам напомнить, прекраснейшая из прекрасных, что нам противостояли не только люди. Это вы вызвали монстров из адских глубин?
– И что с того? – нахмурилась красавица. – Это мой замок, и я вправе защищать его всеми имеющимися в моем распоряжении средствами.
– А где ваши родители?
– Они умерли. Мама умерла пять лет назад, а отец погиб во время предыдущего штурма. Я узнала людей, которых вы привели с собой, князь, это они убили моего отца.
– Ваша мать была родом с острова Рюген?
– Да.
– Это она научила вас магическим заклятьям, способным поднять из темных глубин жутких монстров?
– Я впитала их с материнским молоком.
– Вы знаете этого человека? – указал я пальцем на Анри де Шаузеля.
– Я не знаю, как он попал в мой замок, но он объявился здесь два часа назад.
– Я протестую, – взвился незадачливый рыцарь. – Ведь вы же отлично знаете сеньор де Руж, что я родился в этом замке. А эту девушку прислала Анастасия.
– Зачем?
Шаузель промолчал, я уже собирался прибегнуть к услугам расторопного Ясного Сокола, но тут слово взяла девушка:
– Этот человек меня сватал.
– Да быть того не может, – удивился Марк. – У него же есть невеста.
– Он сватал меня за другого. Его зовут Светозар.
– Но ведь Светозар твой брат! – возмутился коварством благородного Антуана простодушный Войнег.
– У меня не было брата, – нахмурилась девушка. – Я единственная дочь своих родителей.
– И Светозар никогда не жил в этом замке?
– Нет. Но он всегда был моим суженым. Так говорила моя мать.
– А что вы делали у магического кристалла?
– Этот
– Нехорошо, сир Антуан, обманывать наивную девушку, – обернулся я к Шаузелю.
– Я ее не обманывал, – недовольно буркнул завистливый рыцарь. – Вы отлично знаете, что Аполлон Гиперборейский воспрял из пепла два дня назад.
– Почему же он сам не пришел за невестой?
– Спросите об этом у Анастасии.
– А когда вы последний раз видели графиню де Вильруа.
– Накануне того самого великого события. Она сказала, что скоро придет очень красивая девушка. И что я должен ждать ее в этом зале вместе с магическим кристаллом. А потом произнести над ним заклинание.
– И вы его произнесли?
– Да. Если бы вы мне не помешали, сир де Руж, то через несколько минут эта девушка соединилась бы с женихом Аполлоном Гиперборейским, и мир бы преобразился.
Все-таки я поторопился, поздравить Антуана де Шаузеля с блестящими актерскими данными, этот человек был сумасшедшим, как, впрочем, и все прочие великие реформаторы и преобразователи. Увы, преображение мира всегда сопряжено с большими потерями как для человечества в целом, так и для отдельных его представителей. В данном случае к отдельным представителям можно было смело причислять нас с Марком, ибо сир Антуан не стал скрывать, что брак Марьи Моревны и Аполлона Гиперборейского грозит приверженцам храма Тьмы неисчислимыми бедами. Меня в данном случае заботило другое: Великий Ширгайо, верховный жрец храма Световида почему-то дал нам неверную информацию. Я обратился по этому поводу за разъяснениями к Войнегу, но Ясный Сокол в ответ лишь пожал плечами. Судя по всему, доблестный витязь не был посвящен в тайны волхвов.
– Вам придется отправиться с нами, – сказал я девушке.
– Куда?
– Я переправлю вас к отцу, настоящему отцу, и там вы совместными усилиями определитесь, стоит ли вам выходить за Светозара или подождать более достойного жениха.
– Моим истинным отцом является бог Световид, моим названным отцом был Пьер де Шаузель. Я не знаю о ком вы говорите, сир де Руж.
– В таком случае, я познакомлю вас с верховным жрецом вашего отца. Такой расклад вас устроит.
– Вы не оставляете мне выбора, – нахмурилась девушка, – но я подчиняюсь насилию.
Все-таки приятно иметь дело с разумными людьми, умеющими сохранять чувство собственного достоинства даже в критических ситуациях. К сожалению, сир Антуан де Шаузель к числу таких людей не принадлежал и не нашел ничего лучше, как закатить истерику. Ему, видите ли, не хотелось покидать родной замок, а то, что это замок двухсотлетней давности, он в расчет брать не хотел. У меня возникло горячее желания махнуть рукой на этого узника времени и оставить его здесь на растерзание горгулий, которые наверняка сейчас прячутся по темным углам замка Шаузель, но, во-первых, я гуманист по природе, а во-вторых, я опасался, что ведьма Анастасия сумеет вытащить из прошлого своего непутевого жениха вместе с хранящейся в его мозгах эксклюзивной информацией о вмешательстве в колдовской процесс хорошо известного ей сира Вадимира де Ружа.