Калинин
Шрифт:
Усилия Российской организационной комиссии давали свои плоды. Вскоре был восстановлен Петербургский комитет партии. Условия и характер работы руководящего партийного органа тогда были, конечно, совсем не похожи на сегодняшние. Достаточно сказать, что во всей петербургской организации в то время насчитывалось не более ста двадцати большевиков. Из них двадцать два — в Выборгском районе. ПК создавался в эти годы так: заводские ячейки посылали своих представителей в районные комитеты, а те, в свою очередь, тайным голосованием избирали свои исполнительные комиссии. Из представителей этих комиссий и создавался Петербургский комитет, также
При ПК создавались различные комиссии для проведения легальной и нелегальной работы. Была, например, группа подпольщиков-техников, занимающихся созданием и работой нелегальных типографий. Большую работу вела межклубная комиссия, пропагандистская коллегия и др. От Выборгского района в Петербургский комитет, кроме М. И. Калинина, входил еще В. В. Шмидт. От других районов членами ПК были многие давнишние друзья Михаила Ивановича — Правдин, Иванов, Митревич, Ермаков, а также новые знакомые — Подвойский, Бадаев, Дерябина.
Ванюшка Иванов по-прежнему работал на Путиловском. Митревич — в трамвайном парке, Костя Бедняков — на Орудийном. Связь с ЦК и Лениным осуществлялась через Александра Васильевича Шотмана, которого друзья прозвали «Дипломатом», поскольку он без конца разъезжал за границу и обратно.
Несмотря на самые строгие меры конспирации, провалы были довольно частым явлением. Однако вплоть до начала первой мировой войны Петербургский комитет работал беспрерывно.
Собирались чаще всего у Иванова, где разрабатывали планы очередных действий.
Наученный горьким опытом, Калинин особенно предостерегал друзей против бессмысленного бравирования, учил конспирации.
— Мы, генералы революции, должны руководить боевой армией так, чтобы неприятель не знал, где находится главная действующая сила…
Эти «генералы революции» умели не только конспирироваться и громить ликвидаторов. Это были обыкновенные люди, которые любили собраться вечерком за бутылкой пива, потолковать о романах Л. Толстого и рассказах А. Чехова. Любили пошутить, посмеяться, отпустить в адрес друга острое словцо. Правдин обычно награждал всех кличками. Калинина, например, прозвал «деревенским кулаком». Как-то Михаил Иванович приехал в Питер и зашел к Митревичу. Остановился на пороге в поддевке и валенках. Правдин глянул на него — и улыбка во весь рот. Приняв позу оратора, заговорил, обращаясь к товарищам:
— Смотрите, братцы, вы имеете перед собой деревенского кулака, с которым нам потом придется воевать.
Калинин, сбросив шапку, в том же тоне ответил:
— Вам, представителям пролетариата, нужно гордиться тем, что вы имеете в своих рядах представителя деревенщины — этого ближайшего своего союзника в будущем, без которого далеко никуда не уйдете…
В начале 1912 года состоявшаяся в Праге VI конференция большевиков заочно выбрала Калинина кандидатом в члены ЦК и ввела в состав Русского бюро ЦК, созданного для руководства практической революционной работой в России. Конференция, проходившая под руководством Ленина, изгнала из партии оппортунистов, меньшевиков-ликвидаторов и покончила с формальным объединением большевиков в одной партии с меньшевиками. По предложению Ленина был решен вопрос об издании ежедневной большевистской газеты.
Петербургский
Революционное движение в России разрасталось с каждым днем.
Весна 1912 года принесла большевикам большую радость. 22 апреля (5 мая) вышел первый номер новой партийной газеты.
Называлась эта газета «Правда».
Калинин как-то повстречал знакомого еще по Путиловскому заводу Николая Полетаева — официального издателя «Правды». Поинтересовался у него, как придумали такое яркое, хорошее название.
Полетаев рассказал. Инспектор типографии, выдававший разрешение на название газеты, уверял, что все названия, предложенные нами, заняты. Просматривая списки разрешенных газет, Полетаев натолкнулся на название «Правда». Под ним выходила некая газетенка религиозно-нравственного содержания. Жаль было оставлять такое название за этим изданием. Но как быть? Выручил инспектор:
— А вы съездите к издателю и поговорите.
Полетаев поехал и за двадцать пять рублей выкупил у «неподкупного» синодского чиновника название, ныне известное всему миру.
Получив первый номер «Правды», Владимир Ильич решил перебраться из Парижа поближе к России в Краков. В Кракове было удобнее работать. Польская полиция враждовала с русской. Все русское для нее было ненавистно: царь, правительство… И, уж конечно, полиция. Можно было надеяться, что ни слежки, ни тайной цензуры за перепиской, как во Франции, не будет.
В Кракове все оказалось так, как и предполагал Владимир Ильич. Даже лучше, чем предполагал.
Сюда как-то проездом из Парижа в Питер явилась Инесса Арманд — старая приятельница Ленина, знакомая еще по французской эмиграции. Два дня Ильич обговаривал с ней адреса, явки, планы. Предусмотрели все столь точно и подробно, что уже через несколько дней после ее отъезда стали поступать письма — подробные, деловые, обнадеживающие.
Из этих писем Ильич узнал о «генералах революции», что собирались за Нарвской заставой и именовали себя ПК — Петербургским комитетом. Потом пришло известие о создании Северного областного бюро. Ильич внимательно следил за ходом партийной работы в Питере и знал о делах и думах Калинина и его друзей, может быть, даже больше, чем они предполагали.
Большое значение Ленин придавал очередным выборам в Государственную думу. Это подтвердил и Шотман, приезжавший на короткое время в Краков.
По новому избирательному закону рабочим разрешалось на своих собраниях выбрать лишь уполномоченных, которые избирали выборщиков. Выборщики же лишь намечали кандидата от рабочих. Избирали кандидата на губернском избирательном собрании выборщиков, где господствовали помещики и капиталисты.
Задача состояла в том, чтобы на собраниях уполномоченных от рабочих принимались решения, обязывающие каждого выборщика снимать свою кандидатуру в пользу партийного кандидата.
Калинин понимал, что с ликвидаторами найти общий язык по поводу кандидата в депутаты будет трудно. Но все же решил попробовать. Вместе с Правдиным, Ивановым, Митревичем созвали совещание выборщиков. Собрались в лесу, вечером. Спорили до хрипоты. И не пришли ни к какому соглашению. Ну что ж, этого и следовало ожидать! Калинин сказал, обращаясь к товарищам: