Калгари 88. Том 4
Шрифт:
— Мало поставили, понимашь! Народ против! — весело крикнул Ельцин, перестав свистеть. Ответом ему были громкие аплодисменты и одобрительные возгласы болельщиков.
Арина пожала плечами, якобы выражая недоумение от низкой оценки, и пошла на трибуну к родителям. В принципе, оценили по делу. Оценки были из категории «очень хорошо», которая имеет диапазон от 5 до 5,9 баллов. Поставили по низу сегмента, но ведь и исполнение было неидеальным. Так что за такую оценку можно и порадоваться — Протасова с Бойковой откатали без ошибок,
Арина поднялась на трибуну, пробралась на ряд, где сидели родители, и села рядом, мгновенно покраснев — со всех сторон неслись поздравления, слова поддержки и пожелания удачи. Вот хоть разорвись! И с родителями посидеть охота, и ребят из школы вниманием не обделить — все так старались… И фигуристки… Соколовская с Малининой, сидевшие ниже, обернулись и помахали руками:
— Молодец, Люда!
Арина хотела постепенно всех по очереди поблагодарить, но в это время ожили мощные динамики ледовой арены.
— Объявляется перерыв 10 минут для подготовки льда! — объявил информатор. — После этого продолжатся соревнования по исполнению обязательных фигур в категории юниорок. Выступит последняя группа участниц.
— Люська, пошли в буфет! — нисколько не стесняясь присутствующей публики, крикнула Анька. — Пошли! Я щас очередь займу!
При волшебном слове «буфет» Арина вдруг почувствовала голод, словно обрушившийся ниоткуда. Ну да, завтракала-то в 9 часов, а сейчас уже почти половина первого. А сколько всего произошло за прошедшее время… Следовало подкрепиться. До проката Соколовской ещё почти час, да и там пока ещё до столовой доедешь…
— Может в буфет сходим? — спросила Арина у Дарьи Леонидовны. — Ребята зовут!
— Нет, что ты, Люда, мы пока не хотим! — покачала головой мама, как всегда, решая за отца. — Мы только что пообедали, перед приездом сюда, в столовой дома отдыха. А ты иди, малютка, сходи, покушай. Ты деньги, что мы тебе дали, не потеряла?
— Не, ма, не потеряла! — Арина пощупала кармашек в сумке. Там лежало 10 рублей, выделенных родителями на поездку. Достала рубль и положила в карман спортивных штанов.
По несчастному виду Соколовской можно было догадаться, что ей тоже сильно хочется в буфет со всеми, за компанию, но увы… По стартовому листу скоро её выступление, поэтому даже небольшой перекус мог привести к потере координации. Увеличение веса, возрастание артериального давления и уменьшение эффективной силы мышц из-за поднятия диафрагмы и уменьшения притока кислорода… Организм начинал бы тратить энергию на переваривание пищи, а не отдачу её в мускулатуру.
— Сумку покараульте! — попросила Арина родителей и пошла к выходу с арены.
На выходе из сектора стоял молодой милиционер. Сизая шинель, сизая цигейковая шапка-ушанка. Он с интересом смотрел на происходящее вокруг — похоже, первый раз находился в оцеплении. Увидев Арину, хотел что-то
— Доброго дня! — приветливо поздоровалась Арина. — Вам автограф?
— Автограф? — растерялся милиционер. — Нет! Хотел спросить у вас, сколько время. У меня в часах завод кончился, а я прошляпил. Сейчас стою, не знаю, который час. Табло отсюда не видно.
— Эмм… Завод кончился? — недоумённо спросила Арина и посмотрела на свои часики Чайка, подаренные за второе место чемпионата Екатинска. — Сейчас тринадцать часов тридцать одна минута.
Милиционер поблагодарил, Арина пошла в буфет, по пути гадая, что значит «в часах кончился завод». Неслыханно и странно! Какой ещё завод??? И спросить-то не у кого, вдруг опять опозоришься.
Буфет располагался на втором этаже ледовой арены, и туда уже стояла толпа страждущих, которые с большим недовольством восприняли, что к Аньке, занявшей очередь заранее, подвалили ещё четверо подростков. В буфет, кроме Аньки и Арины, решили сходить Максим, Стас и Малькова.
— Девочка! Ты не обнаглела случаем? Целую команду привела! — нахмурив брови, спросил мужик в самовязанном сером свитере и кроличьей шапке. — Мы тут из-за вас весь перерыв проторчим!
Другие посетители тоже стали возмущаться, и Арина хотела уже уйти в конец очереди, однако Аньку так просто было не пронять:
— Дяденька! А я очередь заняла на Люду Хмельницкую! Вот она! — озорница показала на Арину. — Она только что каталась! Она фигуристка! А мы её помощники!
— Аааа… — как будто оттаял мужик, с интересом посмотрев на Арину. — Тогда ладно. Проходите.
Арина со стыда готова была под землю провалиться, а Аньке хоть бы хны. Смеётся.
— Иди сюда! Чего ты там застыла! — крикнула она. — И вы чё там встали?
Выбор, конечно, тут был приличный, не сравнимый с екатинским буфетом в кинотеатре, куда ходили с Максом. Хоть в этом буфете в основном зрителям предлагали беляши, чебуреки и пироги с разной начинкой, но продавались и бутерброды. С печенью трески, яйцом под майонезом, со шпротами и огурцом и даже с красной и чёрной икрой. Были и относительно горячие блюда — сосиска с картошкой и зелёным горошком, шницель с макаронами, минтай в кляре. Большой выбор молочного — кефир, ряженка, сметана, молоко.
А ещё больше Арина удивилась, когда увидела на полках за продавщицей рядом с банками сока бутылки с пивом. А ещё целые ряды сигарет!!! Сигареты и спиртное на стадионе! Это катастрофа! Арина не могла поверить своим глазам и даже махнула перед ними рукой, словно прогоняя некое наваждение. Но нет. Виденное перед собой не было ни миражом, ни неким мороком. Это самая настоящая реальность!
Глазастая Анька заметила манипуляции Арины и с удивлением посмотрела на неё:
— Ты чего?
— Там… Эмм… Пиво! И сигареты! — показала пальцем Арина.