Калейдоскоп

Жан Гуля

На Жёнушку он сердиться не стал. Он никогда не мог на неё сердиться. Тем более, сейчас. Они всерьёз "начали над этим работать". Так в их окружении говорили о попытках зачать ребёнка. Конечно, после стольких лет брака. Пора уже. Некоторые Жёнушкины подружки успели обзавестись ни одним ребёнком, и, даже, от разных отцов. Среди своих, хотя какое кому до этого дело, начали прикидывать - у кого-то из них, что-то не в порядке? Не станешь же объяснять всем и каждому, даже очень "своим", что были у них другие планы, другие приоритеты. Учёба, работа, путешествия. И вот, наконец, они решились. Может быть, Жёнушка

уже беременна? Вот было бы замечательно! Им обоим претило заниматься сексом по расписанию. Было в этом что-то... ну... не совсем то, что им нравилось. А если уже - значит - да здравствует свободная любовь!!!

Шошо всмотрелся в исхудавшее, бледное личико. Что? Очень больно? Где? Потерпи. Ещё немного - подъезжаем. Шошо затормозил у приёмного покоя.

– Без направления врача? Температура? Рвота?

Медсестра не спешила принимать Жёнушку.

– Пойдите с начала к участковому.

Шошо всегда старался сдерживаться, находил общий язык. Но сейчас он взорвался.

– Мы никуда не уйдём. У моей жены сильные боли.

– Ждите. Ваше дело.

Пришли две другие сестрички. Ритуал утренних приветствий и передачи дел оказался на удивление деловым и коротким. Шошо посмотрел на часы. Конечно! Пересменка! Это надо же так попасть! И тут началось! Приняли что-то бормочущего старика, парня с поломанной ногой, вопящую толстуху, еле прикрытую халатом в розовых цветочках.

– Поедем домой. Пожалуйста.

Потянула Шошо за рукав Жёнушка. Я больше не могу здесь сидеть.

Её серое личико, покрытое бисеринками пота, было сплошная боль и страдание.

– Посиди. Я скоро.

Дежурный врач, молодой парень, так и не передохнувший после ночного дежурства, попытался успокоить Шошо. Но, когда было очень надо, Шошо умел добиваться своего.

– Ладно. Только быстро.

– Где болит.., Когда..., как..., а здесь...?

Быстро, но внимательно, врач осмотрел Жёнушку. Задал несколько, как показалось Шошо, не относящихся к делу вопросов.

– Надо сделать анализы. Вы, пока, полежите. Дадим обезболивающее.

– Обезболивающее? Но, если я беременна...

Забеспокоилась Жёнушка.

– Беременна? Ах, да - беременна...

Как будто сразу не поняв, о чём его спрашивают, протянул врач.

– Надо разобраться. Сделаем анализы. Отдыхайте пока. Всё образуется.

Смущённо улыбнулся, обращаясь к Шошо, врач.

Обезболивающее подействовало быстро. Когда Шошо вошёл в палату, куда её перевели, Жёнушка, чему-то ласково улыбаясь, дремала. Шошо снова позвонил на работу, предупредил, что в больнице с женой. Пока ничего не известно. Но сегодня, скорее всего - он прикинул время– уже не появлюсь.

Через

пару часов Ляля проснулась отдохнувшая и повеселевшая.

– Мы - домой. Спасибо.

Засобиралась Жёнушка.

Но их не выписали. Тот же молодой врач - интерн пригласил в ординаторскую. Даже тогда они ещё ни о чём не начали подозревать. В ординаторской им представили ещё двоих: мужчину - какого-то профессора и милую женщину неопределённого возраста.

– У Вас неважные, прямо скажем, очень плохие анализы. Мы переводим Вас в отделение. Необходимо всё уточнить. Мы проведём дополнительные проверки и тесты. Нужно Ваше согласие.

– Что с ней? Какой диагноз?

– Пока ещё не всё ясно... Нужно время...

– Говорите, пожалуйста, всё, как есть.

Жёнушка, казалось, готова была выслушать всё, даже самое... Но, когда это "всё" - конечно, с оговорками о необходимости уточняющих анализов, процедур и прочего, было сказано - она мгновенно сникла. Шошо не мог этого вынести.

– Как вы смеете такое говорить! Она молодая женщина. Мы собираемся завести ребёнка!

Сколько и какие слова он наговорил тогда, Шошо не помнил. Но в какой-то момент женщине, она оказалась социальным работником, удалось остановить его. И Шошо вдруг осознал, что Жёнушка не проронила ни слова. Его бойкая, острая на язык жена - как будто окаменела.

– Поезжайте домой. Отдохните. Обдумайте всё, что мы сказали. И возвращайтесь. Не тяните.

Напутствовал их профессор.

– Мой телефон. В любое время, с любым вопросом - звоните.

Шошо автоматически взял, протянутую женщиной карточку.

Всю обратную дорогу они промолчали. Они вернулись в свою старую квартиру, в свою новую жизнь.

– Я не верю.

Первое, что сказала Жёнушка.

– У меня ничего не болит. И возвращаться туда я не собираюсь. Давай всё забудем.

– Хорошо.

Шошо ни о чём не мог сейчас думать. Он, тоже, отказывался поверить, признать. И готов был согласиться с Жёнушкой в чём угодно.

– Что за вопрос! Мы сделаем так, как ты хочешь!

– Не смотри на меня так!

– Как, так?

– Ты думаешь, что я скоро умру, и жалеешь меня!

– Ох, и глупая же ты. Ни о чём таком я не думаю. С чего бы это! Они и сами ничего толком не знают. Просто пугают. Перестраховываются.

– Так ты думаешь, что надо вернуться?

– Да не думаю я так. Больше делать мне нечего. Я, вообще, думаю, куда бы нам поехать поужинать. Дома-то у нас, хозяйка, шаром покати.

Чего уж - Жёнушка не очень любила готовить. И сейчас Шошо специально "задел" её самолюбие хозяйки. Ему хотелось отвлечь Жёнушку от этих страшных мыслей. Он слишком хорошо знал её. Конечно, думает. Конечно, не сможет забыть. Как о таком можно не думать? Как такое можно забыть! Холод поднимался из самых глубин его существа. Вот-вот доберётся до сердца. Он не может, не должен позволить себе бояться. Шошо улыбнулся