Калейдоскоп

Стил Даниэла

— Совершенно верно.

Сэм закурил и с терпеливым видом прислонился к стене дома, в котором, как он полагал, жила девушка. Он подумывал, не войти ли внутрь, но решил пока воздержаться. Вдруг она снова выйдет? Ему некуда торопиться, он может и подождать.

Артур, раздраженный его упрямством, пытался убедить друга более разумно распорядиться свободным временем, но все было напрасно. Сэм не собирался никуда уходить. В итоге Артур сдался и решил ждать с ним; с одной стороны, он не хотел оставлять Сэма одного, а с другой — сам проявлял интерес к девушке.

Их терпение

было вознаграждено. Меньше чем через час девушка появилась из подъезда с какими-то книгами в руках. Волосы у нее теперь были распущены, и она выглядела, пожалуй, еще привлекательнее. Она их тут же увидела и сделала шаг назад, но быстро передумала и с гордо поднятой головой зашагала по тротуару.

Когда она проходила мимо, Сэм, чтоб привлечь ее внимание, легонько коснулся ее руки. Сначала казалось, что девушка шарахнется в сторону, но она остановилась и, гневно сверкая своими зелеными глазами, посмотрела на него. Взгляд был красноречив. Она, по-видимому, сознавала, что не имеет смысла ему что-то говорить, поскольку он все равно не поймет и, более того, просто не захочет понять.

— Мадемуазель, вы не желали бы с нами перекусить?

Сопровождая свои слова всем понятным жестом, Сэм продолжал проникновенно смотреть ей в глаза, словно желая убедить, что не собирается ее обидеть или воспользоваться ситуацией. Сэму просто хотелось глядеть на нее… видеть ее… а может, дотронуться, если повезет.

— Oui? — спросил он с надеждой. Красавица парижанка покачала головой:

— Non. О'кей?

Ее французский акцент прозвучал так мягко, что Сэм улыбнулся. Артур наблюдал за ними, не в силах выдавить ни слова по-французски. Присутствие этой девушки словно лишило его дара речи.

— Нет…

Она повторила жест Сэма и покачала головой.

— Почему?..

Сэм мучительно пытался вспомнить, как это будет по-французски.

— ..Pourquoi?

Он вдруг в страхе посмотрел на ее пальцы. Может, она замужем? Может, ее супруг очень ревнив? Но кольца на безымянном пальце не было. Она выглядела очень молодо, хотя, конечно, в это военное время могла быть вдовой.

— Parce que…

Она говорила медленно, чтобы американец понял, хотя не слишком на это надеялась.

— ..Je ne veux pas.

— Она говорит, что не хочет, — шепнул Артур.

— Почему?..

Сэм, похоже, обиделся:

— ..Мы же хорошие ребята. Только ленч… еда… Он снова жестами изобразил прием пищи.

— ..кафе… о'кей?.. Пять минут?..

Сэм поднял вверх растопыренную пятерню.

— ..О'кей?

Он поднял руки вверх, демонстрируя беззащитность и миролюбие, но девушка снова отрицательно покачала головой. Было ясно, что ей все это надоело: и приставания солдат, и чужеземцы, хозяйничающие на ее родине.

— Нет немцы… Нет американцы… Нет… Нет кафе… Нет…

Сэм молитвенно сложил руки, и казалось, он вот-вот расплачется. То, что она не ушла, а осталась стоять и слушать его — это уже было кое-что. Он показал на себя, а потом на Артура:

— Северная Африка… Италия… Теперь Франция… — И языком жестов попытался изобразить стрельбу и ранение Артура в руку. Затем снова взмолился:

— Одна

чашка кофе… пять минут… пожалуйста…

Она опять покачала головой, но на этот раз почти с сожалением:

— Non…je regrette…

И, отвернувшись, быстро пошла прочь. Друзья глядели ей вслед. Даже Сэм не стал на этот раз ее преследовать, понимая, что это не имело смысла. Но когда Артур собрался уходить, Сэм не двинулся с места.

— Пошли, старик, она ушла и не желает нас видеть.

— Меня это не волнует… — ответил Сэм, словно разочарованный школьник. — Может, она передумает, когда вернется.

— И разница будет только в том, что на этот раз она приведет с собой папашу и семерых братьев, которые повыбивают нам зубы. Она сказала нам «нет», причем совершенно серьезно, так что давай не терять зря времени. В Париже полно женщин, горящих желанием продемонстрировать свою благодарность героическим освободителям.

— Ну и черт с ними… — Сэм был невозмутим. — Они мне даром не нужны… А она особенная.

— Ты прав, черт подери, она действительно особенная девушка.

Артур наконец в самом деле разозлился.

— Она сказала, чтобы мы шли куда подальше. И лично я намерен последовать ее совету, как бы ни были красивы ее ноги. Ты идешь или нет?

Сэм на мгновение замешкался, не зная, на что решиться, а потом с явным сожалением поплелся за другом. Однако куда бы они ни пошли в этот день, все его мысли были только о рыжеволосой зеленоглазой девушке с рю д'Арколь. В ней было что-то незабываемое, и после ужина он, оставив Артура за столом с тремя подругами, тихо выскользнул из ресторанчика, намереваясь прогуляться по улице, на которой она жила, просто чтобы быть к ней поближе.

Сэм понимал, что поступает глупо, но ничего не мог с собой поделать. Он хотел увидеть ее еще раз, пусть даже издалека. Дело было не только в ее внешности, но еще в чем-то, чего Сэм не мог конкретно выразить или понять, как не мог противостоять желанию познакомиться с ней или хотя бы повидать…

Он зашел в небольшое кафе напротив ее дома, заказал чашку кофе, который все здесь пили без молока и сахара, и сел за столик, не спуская глаз с ее подъезда.

К своему изумлению, Сэм вскоре действительно увидел ее шедшей по тротуару все с той же сеткой, заполненной книгами. Она медленно поднялась по ступенькам крыльца, поискала в кошельке ключ, обернулась через плечо, словно желая убедиться, что никто ее не преследует.

Сэм вскочил, высыпал на столик горсть монет и бросился к ней через улицу. Девушка ошеломленно глядела на него, и казалось, что она сейчас убежит, но она взяла себя в руки. В оккупированном Париже ей приходилось иметь дело с гораздо худшими типами. На этот раз в ее взгляде было меньше гнева, а больше обычной усталости.

— Бонжур, мадемуазель, — произнес Сэм робко. Незнакомка покачала головой с видом матери, укоряющей сына-школьника.

— Pourquoi vous me poursuivez?

Сэм не имел понятия, что она сказала, и Артура не было под рукой, но оказалось, что она больше знает по-английски, чем он поначалу думал. Своим низким, с хрипотцой голосом девушка повторила: