«Какаду»
Шрифт:
«Еще не сейчас. Еще несколько метров».
Я услышал за собою смех и с удивлением оглянулся.
— Не повезло тебе, а? — спросил майор с искорками иронии в глазах. — Вот и конец приключения. Говорил я, что это может плохо кончиться.
— Что делать? Попался. Придет время, и ты получишь свое, каналья…
— О, не так скоро!
— Все равно сдохнешь…
— Ты раньше.
— Это мы еще увидим.
— Не доживешь и до утра.
— Дерьмо!
— Тебя прикончат.
— Но не в эту ночь.
— Прикончат
— Плевать мне на них. Можешь, им это сказать.
— Сам это им скажешь!
— Я им еще не то скажу, скотина!
— Ты твердый орешек, да? Но хватит ли сил выдержать все до конца? Они найдут способ превратить в тряпку и такого пижона, как ты.
— Обо мне не заботься. У меня хорошая школа.
— Не вздумай бежать, — предостерег майор и снова засмеялся. — За каждым углом тебя ждет смерть.
— Мы стоим в общей очереди. Только неизвестно, чья подойдет скорее.
— А неприятно умереть в такую ночь?
— Я был к этому готов. Умереть можно и в канун рождества. Но и ты, подлец, тоже в конце концов сдохнешь!
Мы приближались к углу Пиярской.
«Сейчас. Сейчас я брошу ему под ноги чемодан».
— Стой! — крикнул майор.
Я тихо выругался, однако, чтобы не вызвать у него подозрений, послушно остановился, обернулся, поглядел на пустую, засыпанную снегом улицу и заметил грузовик — тот самый, мимо которого мы прошли на углу Вокзальной площади, он медленно и тихо, с потушенными фарами, полз вслед за нами; я глянул на огромные и мрачные с затемненными окнами дома на противоположной стороне улицы, в квартирах этих домов, наверно, как раз сейчас люди садились за праздничные столы.
«Черт бы их всех побрал!».
Я повернулся к майору и спросил с нетерпением:
— Чего мы ждем?
— А куда ты спешишь, приятель?
— Давайте кончать эту игру, — сказал я. — До гостиницы уже недалеко…
А грузовая машина все приближалась и приближалась, я заметил двух парней, которые стояли на подножках по разные стороны кабины, держась за дверцы, и ждал, когда они проедут, их присутствие расстраивало мои планы.
«Они едут так, будто в кабине не нашлось места».
Да, — согласился рассеянно майор. — Кончим эту игру. Вы свободны. Можете идти домой.
Я отвел взгляд от грузовика и, пораженный, уставился на офицера.
— Я вынужден был вас ударить, — спокойно объяснил майор. — К сожалению, не было другого выхода. Надеюсь, вы не будете на меня в обиде. Впрочем, я действовал только в ваших интересах. Согласитесь, что ситуация была довольно сложная. Мне удалось, однако, убедить сотрудника гестапо, что вы — вор, а чемодан, с которым у вас было столько хлопот, принадлежит мне. Конечно, он мне сразу же поверил. Тем более, что я не жалел оплеух…
Я
— Проклятие! — выругался я. — И долго вы будете таким образом забавляться?
— Можете идти домой, — тихо произнес майор. — Я же сказал, что помогу вам.
— Да, но это было в поезде.
— Вы свободны.
Я наклонился и поднял свой чемодан.
— Вы спасли мне жизнь.
Майор молчал.
— И все же вам не следовало так говорить со мной, когда мы вышли из вокзала.
— Я говорил это не всерьез.
— Вы играли с огнем.
— У меня вовсе не было намерения затягивать эту ситуацию.
— К счастью…
Грузовик неожиданно затормозил, не далее чем в метрах десяти от нас, я оглянулся и заметил бегущих в нашу сторону людей — я сразу узнал их, это были Рысь и Серый.
— Ребята, не стреляйте! — закричал я сдавленным голосом. — Не стреляйте, ради бога!…
Но было уже поздно, раздались два коротких, сухих, как удары бича, выстрела, и офицер бесшумно осел на тротуар. Его пистолет глухо стукнул о мостовую, а слетевшая с головы фуражка покатилась по обледеневшему тротуару и застряла в сугробе.
— Скорее, Хмурый! — обратился ко мне Серый. — Давай чемодан!
Я стоял неподвижно и, тупо уставившись в землю, искал на лице майора хоть какие-нибудь признаки жизни.
— Хмурый! — заорал Рысь. — Поторопись!
Я поднял револьвер майора и только потом взял чемодан; с помощью Серого мы втащили его в машину, забрались сами под брезентовую покрышку, и грузовик резко рванул с места.
— Чисто сработано, а? — заговорил дрожащим от волнения голосом Рысь.
— Да.
— Не надеялся, небось, что мы тебя встретим.
— Нет, — ответил я. — Нет.
— Что с тобой происходит, дружище? — спросил Серый. — Ты все еще переживаешь?
— О, да. Я все время думаю об этом.
— Мы прибыли в самый раз, верно?
— Да.
— Ты, наверно, думал, что окончательно влип?
— Ты угадал, друг.
— На этот раз действительно дело выглядело скверно.
— Скажи, Хмурый, как это ты выбрался с перрона?
— Оставь меня в покое, Рысь.
— Что с тобой, приятель? — спросил Серый. — Ты выглядишь так, будто только что похоронил брата.
— Я думал, что на этот раз уже не выкарабкаюсь.
— Но мы здорово разделали этого фрица.
— Да.
— Куда он тебя вел?
— В гостиницу.
— Зачем?
— Я должен был отнести его чемодан.
— Это он так разрисовал тебе физию? Ты весь в крови.
— Да.
— На перроне была заварушка?
— Мне немного от него влетело. У офицера был тяжелый чемодан, а я не хотел нести его в гостиницу.
— Смешная история, ей-богу. Молодчик сам попал в наши руки.