Как я родилась
Шрифт:
Я не заметил, в какой именно момент она подошла к самому краю скользкой крыши. Было в этом что-то мистическое: почти невидимый тонкий силуэт на фоне совершенно черного неба и завывание ветра в трубе дымохода.
Она позвала меня. Я подошел, стараясь не смотреть вниз.
– Кир, смотри как красиво!
– сказала она, показывая на мерцающие внизу огни города.
– Когда я смотрю вот так с крыши на ночной город, а вокруг только дождь и ветер, мне кажется, что все это принадлежит только нам двоим! Что еще надо для счастья?
Я поцеловал ее в
– А у меня для счастья все есть.
– Что ты имеешь ввиду?
– У меня есть ты…
Я редко говорил ей подобные вещи. А сейчас эти слова прозвучали откровением даже для меня самого.
– А если меня не станет?
– спросила она и подошла еще ближе к краю.
– Криска, не говори глупостей!
– засмеялся я, а сердце сжалось от страха.
Она повернулась ко мне. Мокрые волосы облепили лицо, а огромные глаза сверкали каким-то странным блеском.
– Кирилл, я серьезно! Что, если меня не станет?
И в тот момент я ясно представил себе, как она оступается и падает вниз. Мне стало жутко. Я схватил ее за руку и притянул к себе. Так страшно, как в ту минуту мне не было никогда! Я изо всех сил прижал ее к себе, целовал ее лоб, щеки, губы и говорил что-то о том, что люблю ее, что, если ее не станет, я тоже не смогу жить. По моему лицу текли капли дождя, неожиданно теплые. Я понял, что плачу. Я плакал от переполнявших меня чувств. В тот момент я ни на секунду не сомневался в своей любви.
– Ладно, милый, прекрати. Все хорошо, - говорила Кристина.
В ее глазах не было больше того странного, немного дикого огонька. Были только любовь и нежность.
– Кристина! Ты сумасшедшая!
– сказал я.
– Прости. Я просто не думала, что ты всерьез способен за меня испугаться.
– Кристина, я боюсь даже представить, что может существовать жизнь, в которой нет тебя.
Она погладила меня по щеке, нежно поцеловала и сказала только:
– Спасибо.
Мы молчали. Я стоял, все еще боясь ее отпустить. Ночь. Дождь. Крыша. Темный город внизу. И она рядом. Теплая, уютная, родная. Ее волосы пахли сладкими духами и сигаретным дымом.
– Крис, давай поженимся, - сказал я.
Она засмеялась.
– Я серьезно.
Она внимательно посмотрела на меня. Постепенно выражение недоверия на ее лице сменилось счастливой радостью.
– Давай, - прошептала она.
Мы действительно решили пожениться. Не смотря на то, что и мои, и ее родители были против и категорически отказались нам помогать материально. Друзья не верили и отговаривали Кристину. Даже мой Сашка сказал:
– Крис, ты замечательная девушка. Зачем тебе этот рас…дяй?
Но кто пытался отговорить Кристину, тот плохо ее знал. Она была абсолютно счастлива. Никакие доводы типа “ты заслуживаешь большего” и “он тебе не пара” на ее не действовали. Отмечать свадьбу мы не планировали: денег не было совсем. Но Кристину это не волновало. Она просто была счастлива, она хотела кричать об этом на весь мир. И чем счастливее она была, тем больше меня
Я уже всерьез начал подумывать о том, чтобы как-то отложить роспись. Ну хотя бы, пока не закончим учебу, но не знал, как сказать об этом Кристине.
А тем временем началась осень. В середине октября мы должны били расписаться. А мне становилось все страшнее с каждым днем. Я понимал, что, по сути, ничего не изменится: мы давно жили вместе, бюджет был тоже общим, по сути, мы уже года три женаты. Но если ничего не изменится, зачем тогда вообще нужна эта свадьба?
Что я могу ей дать, спрашивал я себя. Ну какой из меня муж? Я был еще совсем пацаном, не понимал, что такое ответственность, что такое забота о ком-то. Это Крис заботилась обо мне. Пока меня это устраивало, но я понимал, что это не правильно, что после свадьбы и сам должен буду… Что? Я не знал, что и как должно измениться, но не хотел и боялся этих перемен. Я просто не был к ним готов.
Решение пришло само собой. Я увидел объявление о работе заграницей.
Кроме Сашки, я не сказал никому ни слова. Знал, что Кристина не согласилась бы меня отпустить. Она скорее пошла бы на две или три работы, лишь бы я остался с ней. И я решил сбежать. Заработаю денег, вернусь к ней героем, подарю настоящее обручальное кольцо, отпразднуем настоящую свадьбу. Так думал я, зная, что на самом деле не вернусь. Она не примет меня. Предательства Кристина не прощала.
И я сбежал. В Англию. Потом Испания, Америка, Польша, снова Англия… Жалел ли я? Нет. Как бы плохо ни было, я не жалел о том, что уехал.
Я думал о ней каждый день. Все эти девять лет. Но ни разу не поинтересовался даже, а что же с ней сейчас. И что было тогда…
Дождь прекратился. За окном светлело. И я стал узнавать забытые очертания унылого серого пейзажа. Мы подъезжали к Харькову.
***
Кристина с трудом выныривала из тяжелого, страшного сна. Открыв, наконец, глаза, она вздохнула с облегчением, хотя сердце продолжало учащенно биться. Мистическим светом молния осветила комнату. Вздрогнув, Кристина проснулась окончательно. На часах светилось: 03.13. За окном завывал ветер, и по подоконнику громко стучали капли дождя. Кристина, ежась от холода, вылезла из кровати, закрыла балкон и нырнула обратно под одеяло. Но уже через полчаса оставила попытки снова заснуть.
Какое-то неясное предчувствие уже несколько дней беспокоило ее. Сегодня эта тревога вылилась в ночной кошмар, и от этого стало еще хуже.
Сам по себе сон Кристина практически не помнила, да и навряд ли его сюжет имел значение. Просто таким образом подсознание вытолкнуло из глубин памяти давно забытые образы прошлого. Совсем неудивительно, что они трансформировались в кошмар.
Чтобы отвлечься она включила компьютер, выбрала легкую и ненавязчивую комедию с неизменным “happy end’ом”. Конечно, это не помогло успокоиться окончательно, но все же, к тому моменту, когда сработал будильник, Кристина практически выкинула тревожные мысли из головы.