Как я играю!
Шрифт:
– Отец! – в один голос закричали Жэвер и Дэмор и бросились к Ватрангу, вся грудь которого была перебинтована, но который, к огромному счастью, был жив и даже не отказывался от удовольствия пить пиво!
– Вот она, злая умышленница! – закричал начальник стражи. – Хватайте эту мелкую!!!
Ловить Ксану бросились сразу четыре стражника. Одному она швырнула в лицо гномий камзол, второму врезала носком туфельки под коленную чашечку, третьему попыталась вцепиться ногтями в лицо, но тот увернулся и перехватил ее правую руку, четвертый стражник схватил за левую. Каждый потянул ее руки на себя, и маленькая лекпинка, поднятая в воздух и раздираемая на две
Выскочивший из-под лестницы профессор Малач моментально оценил ситуацию и ударом в ухо поверг одного из обидчиков Ксаны на пол. Другой, не успевший отпустить продолжавшую визжать лекпинку, заработал удар кулаком в нос. Малач схватил подвернувшуюся под руку табуретку, взгляд его метнулся в поисках очередной жертвы и упал на начальника герптшцогской стражи. Господин Еноварм втянул голову в плечи, прикрываясь руками, но на сей раз для него все обошлось. Еще одна табуретка раскололась о голову Малача. И это было дело рук одного из учеников профессора – среднего сына Ватранга, господина Дэмора. Младший сын, господин Жэвер, подскочил к пошатнувшемуся эльфу и сделал тому подсечку, после чего оба гнома набросились и стали вязать потерявшего сознание профессора, который меньше часа назад был объявлен в розыск самим герптшцогом Ули-Клуном.
Не прошло и пяти минут, как нагрянувшие гости покинули таверну старины Бо. Первым шел господин Еноварм, за ним – прихрамывающие либо утирающие с лиц кровь стражники, которые несли на носилках бесчувственного профессора Малача, еще один тащил под мышкой связанную по рукам и ногам лекпинку Ксану, замыкали процессию Жэвер и Дэмор, на плечи которых опирался еле переставляющий ноги господин Ватранг.
– Эй, эй, а кто за пиво, что выпил ваш батюшка, платить будет? – крикнул им вослед опомнившийся старина Бо. – И за просты…
– Заткнись! – рявкнул на него средний сын.
– И скажи спасибо, что мы твою таверну по бревнышкам не разнесли! – зло добавил младший и хлопнул входной дверью так, что она едва не сорвалась с петель.
– Вот и погостили, – вздохнула Зуйка, появившаяся за спиной у хозяина таверны «В гостях у дедушки Бо».
Глава тринадцатая
ВОПРОСЫ ПРОПИТАНИЯ
Вождь шестого клана карликовых гоблинов Мель-Назл не торопился принимать решение, которого с нетерпением ждало все племя. Ничего, пусть подождут, а он подумает еще некоторое время. Из-под полуприкрытых век он поглядывал то на двух связанных великанов, что лежали у входа в пещеру, то на своего внучатого племянника Хе-Назла, просидевшего рядом с ними на камне всю ночь и все утро. В отличие от пленников, то и дело елозивших и издающих невнятные звуки через закрывающие их рты повязки, Хе-Назл сидел без движений и молча. Вождь прекрасно понимал, каких усилий это стоило всегда непоседливому племяннику, и лишний раз убеждался в правильности выбора сделать того своим преемником.
– Значит, третий был такой же большой? – едва слышно произнес вождь.
Хе-Назл, уверенный, что старик все еще спит, вздрогнул и едва не свалился с камня, на котором сидел.
– Да, такой же! – выпалил он. – Только без волос на голове, и тот великан был какой-то очень быстрый. Он очень быстро убежал…
– И, говоришь, в руке у него была…
– Палка. Длинная палка с какой-то штукой на конце!
– А на Ледяной реке ты видел…
– Зверя! Большого черного зверя с длинным черным хвостом. Но он был в одежде, такой же одежде, как и на этих великанах!
– Но откуда
Хе-Назл озабоченно нахмурился. Несколько последних часов он чувствовал себя героем, но только что старый вождь заставил посмотреть на случившееся по-другому. А вдруг его подозрения оправдаются?!
– Мы, мы должны… нам нужно все узнать… у них… – Молодой каг показал на великанов дрогнувшим пальцем.
– Да! – выкрикнул вождь. – Сначала мы все узнаем, а уж потом решим, съесть их, просто принести в жертву богам или… отпустить.
– Отпустить? – удивился Хе-Назл. – Так много еды?
– Кто знает, может, лучше все-таки поголодать, чем нажить себе лишних врагов? – с сомнением покачал головой старик. – Давай-ка сними повязку с лица того, толстого.
Молодой каг осторожно приблизился к пленнику, кончиком длинного ножа поддел повязку и отступил, продолжая держать нож на вытянутой руке, нацеленной в лицо великану.
– Давай! – тут же изрек пленник. Затем, сделав три глубоких вдоха, продолжил: – Давай, зарежь меня! Обалдели уже совсем, карапеты зеленые! По голове бьют, связывают, тащат куда-то, голодом морят! Может, вы еще скажете, что съесть меня хотите? Давай, ешь меня, ешь!
Каги растерянно переглянулись. Мель-Назл неплохо понимал общешиманский язык и в свое время научил ему некоторых молодых кагов, в том числе и племянника. Однако без практики общения Хе-Назл почти не воспринял слов великана, понял лишь, что тот вроде бы одобряет их действия и требует, чтобы его съели. Вождь воспринял его слова примерно так же, но он зато хорошо знал, что великаны-люди очень хитры и коварны и верить их словам надо с большой осторожностью.
– Ты правда хочешь, чтобы мы тебя съели? – спросил вождь из своего угла.
– А! Понимаете человеческий язык! – обрадовался великан. – Конечно, хочу! Давайте, ешьте меня живьем! Только знайте, что я – великий маг и магистр Ордена монахов-рыболовов Женуа фон дер Пропст и что каждый съеденный кусочек моего тела будет жить в вас своей жизнью, и этим кусочкам очень не понравится, что их отделили от других кусочков…
Великан многозначительно замолчал. Не торопился высказать свои мысли и Мель-Назл. Наверное, потому, что в его мыслях началась настоящая паника. Племянник рассказывал, что великан вызвал молнию, всего лишь щелкнув пальцами. Значит, он действительно маг, и даже если хитрит, говоря о кусочках своего тела, то стоит ли рисковать и есть его? Вождь кивком головы подозвал племянника, чтобы тот помог ему подняться, подвести к толстому великану и усадить на камень. Подумав еще немного, Мель-Назл неторопливо заговорил:
– Если твои слова правдивы, маг и магистр, то мой народ не станет тебя есть…
Женуа фон дер Пропст никак на это не отреагировал.
– Мы съедим твоего приятеля!
Мель-Назл сказал пару слов на гоблинском языке молодому кагу, тот послушно кивнул и опустил повязку на подбородок спиннингиста-первокурсника Итдфика, лежавшего рядом с магистром. Итдфик, словно выброшенная на берег рыба, принялся хватать ртом воздух. Старик же, пристально на него глядя, спросил:
– Ведь такой молодой… человек не может быть магом?