Шрифт:
Глава 1
... И вот я сижу на ветке этого треклятого дерева и никак не могу унять голос возмущения, рождающийся где-то в желудке и упорно желающий высказаться погромче. Казалось, плыву неспешно себе по течению реки Времени, и ничто меня не трогает и не беспокоит. И вот на тебе... Все закрутилось так быстро, что шиш поймешь, как все и началось-то...
...В тот день в таверне "На перепутье" народу было не протолкнуться. Тяжелое колесо, подвешенное на тяжелых цепях к потолочной балке, роняло восковые капли с натыканных на него огарков. Стены дрожали от громового хохота местных работяг, потягивающих пиво огромными кружками, да от довольно нестройных
Как обычно, я сидела за самым дальним столом в углу. Вот уже вторую неделю я торчала в этой дыре, называемой Черной Топью, небольшом городишке посреди бескрайних хлябей и влажных лесов Семира. Ночевать в амбаре на подгнившей и сырой соломе было еще можно, но вечера я пыталась провести в относительном комфорте, в тепле и желательно хмельном угаре. С последним были проблемы, так как местный "самовар" был на ножах с моим организмом, а много пить пива не получалось. Пока я выдувала половину щербатой кружки, хозяин таверны уже выбрасывал за порог последних клиентов и, многозначительно поглядывая в мою сторону, начинал замусоленной тряпкой возить по столам, смахивая ленивых мух и зевая во всю пасть.
Так вот, в этот памятный, леший бы его побрал, день хорошенько закутавшись в плащ и натянув капюшон на самый нос, я лениво потягивала пивко и мусолила в пальцах обглоданную индюшиную кость, изредка бросая быстрый взгляд на разношерстную публику. За высокой стойкой пышнотелая девка разливала пиво, одновременно умудряясь подмигивать мужикам в запыленных рубахах, примостившихся рядышком. За столами сидела братия попочтеннее (или побогаче, кто их там разберет?), наливаясь хмельным вином и заедая оное несметным количеством мяса и хлеба. О гномах я уже упоминала.
Внезапно мне показалось, что не все в этом милом заведении добродушно накачиваются перед отходом ко сну. Обычно в этих краях мало обращают внимание на странных посетителей. Само название таверны уже говорило о том, что кто угодно мог забрести и отдохнуть под этой гостеприимной крышей. Да и граница недалеко. Нарываться на тайного посланца Вершителей либо бродягу-чародея не хотелось никому. А тут меня просто ощупывал чей-то назойливый взгляд. Подняв глаза, я быстренько окинула взглядом сидящих за столами. Вроде все люди как люди, тролли как тролли, эльфы как эльфы... Ага, поймали тебя, поймали! Кто-то, так же схоронившись в противоположном углу, как и я в своем, буравил взглядом мой капюшон. Мне как-то сразу это не понравилось. И недаром, как выяснилось позже.
Вообще меня буравить никому не советую. Ни взглядом, ни мечом, ни стрелой... Обычно от таких действий я начинаю злиться, кровь ударяет в виски, и потом за мою голову родственники обещают золотые горы, напоить смельчака до умопомрачения и дочку в жены впридачу. Причем чем девка страшнее, тем охотнее ее предлагали. При таких раскладах я только теряла душевный покой и быстренько меняла место постоя, ведь смельчаков жениться находилось ну очень мало.
Имя мое мало кому известно, в лицо меня знают вообще единицы, но в определенных кругах мои специфические услуги очень и очень требуются. Причем далеко не бесплатно.
Я встала, подхватила полупустую кружку и оттеснила от стойки вконец ошалевшего от выпивки и прелестей дородной разливальщицы плюгавенького мужичка. Опершись локтями на стойку и якобы внимательно изучая узор осевшей в кружке пены, я попыталась краем глаза рассмотреть незнакомую фигуру с глазами-буравчиками. Кроме резкой боли в глазу, ничего я этим не добилась. Правда, мои маневры фигуру не порадовали - капюшон нервно дернулся мне вслед, да так и
Все три варианта казались мне просто гениальными, особенно после выдудленной кружки пива. С сожалением я отбросила первый как просто невыгодный (а вдруг это просто застенчивый очередной клиент? Окочурится ж к лешему!), второй вариант просто был неинтересен отсутствием демонстрации моей молодецкой удали, а вот третий был очень привлекателен хотя бы тем, что со спокойной душой можно было потолковать наедине о неприличном поведении наглеца.
Пока я злорадно предвкушала, как этот нахал (или нахалка) будет хрипеть, тщетно взмахивая руками и силясь освободить горло от удавки, с треском распахнулась дверь таверны, и сердитый шум верхушек столетних деревьев, окружавших стоящую на отшибе домину, ворвался в помещение вместе с грозовой ночной сыростью.
Их было трое, и выглядели они довольно устало. Вполне прилично одеты, теплые штаны и высокие шнурованные сапоги, правда, плащи довольно пыльные. Видно, что с дороги. Однако для мирных путников они были уж очень хорошо вооружены. Я успела рассмотреть колчан и лук у одного из них, похожего на эльфа изумрудно-зелеными косы...хм...миндалевидными глазами, кинжал в кармашке на сапоге у другого (явно еще есть, знаю я таких сволочей!). Мечи были у всех, причем ножны отличались тщательностью проработки - гравировка могла служить образцом для подражания по точности исполнения ... и - о ужас!
– символики.
Когтистая лапа, дубовый лист и плющ.
В следующее же мгновение хмель покинул мою несчастную голову, а перед глазами всплыли какие-то алые круги, потом траурные шары...
Я резко отвернулась к стойке, закатив глаза и затаив дыхание. Ну на кой вы сюда притащились??!! Питейных заведений им мало...
Тем временем мужчины уже подошли к столу, в углу которого восседала так нагло рассматривающая меня фигура, и довольно непринужденно плюхнулись на дубовые скамьи, вытягивая ноги и расшнуровывая плащи. Тут же подлетевшей девке был отвешен увесистый, но одобрительный шлепок, под громкий гогот заказан поднос с едой и кувшин с самым лучшим вином. А чтоб вы подавились или захлебнулись, упырицу вам в жены...Очень медленно отвернувшись, я тенью заскользила вдоль стойки, подметая пол плащом, очень надеясь затеряться между честным людом и благополучно улизнуть через дверь.
Этот, в капюшоне, не был потенциальным клиентом. И просто зевакой тоже не был. Он был одним из них. Тех, кто не боится тьмы и с безумным блеском глаз срываются в погоню за жертвой. Тех, кто присягнул Каменным Кругам и их кровожадным жрецам в верности. Тех, чьи яды и охранно-розыскные услуги давненько славятся среди вельмож Большого Мира. И, наконец, тех, у которых совсем недавно я сперла три рецепта отборнейших ядов и от которых надеялась укрыться в этой дыре.
О Луна, засти им глаза! Пусть пьют, едят, не надо им упыриц в постели, пусть только не смотрят... Ага. Гад в капюшоне резко вскочил на ноги, гортанно проорав что-то на моравском наречии, и указал в мою сторону увесистым мечом. В глазах его сотоварищей-варраков зажегся тот самый безумный огонек. Мгновение понадобилось им на принятие вертикального положения и освобождения мечей из зазвеневших падающих ножен...