Как стать волшебником

Дуэйн Диана

Действительно, тенью маячила любимая космическая ручка, но, может быть, ей это только показалось?

– Никогда не думал, что Нью-Йорк так ужасен, – сказал Кит.

Нита напрягла зрение. Трудно было что-либо разобрать. Весь город окутала темная пелена. Это был не просто туман, а вязкая смрадная завеса. Нельзя было различить движения машин, и куда-то исчезло привычное сверкание огней. Лишь два огонька мерцали в глубине Манхэттена. На восточных Пятидесятых пульсировал, пробиваясь сквозь сталь и камень, узкий луч, острый до боли в глазах. А к югу острова, прямо

в гуще офисов и банков, зажегся другой огонек. Он равномерно дышал и вспыхивал, словно далекое светящееся сердце. Крохотный, еле мерцающий огонек.

– Но все-таки, как оказалась здесь моя ручка? – повторила Нита. Она всматривалась в лежащее под ними темное изломанное пространство, прислушиваясь к зловещей тишине, словно таящей в себе опасность замершего перед броском дикого зверя. И душное небо опускалось на нее всей своей непонятной тяжестью. И чувствовалось что-то недоброе во всей этой мрачной тишине, во всей этой духоте и неподвижности. И каким-то шестым чувством Нита ощутила присутствие ЧЕГО-ТО живого и наблюдающего за ними, злорадно ожидающего их следующего движения. – Кит, что это? – тревожно спросила она.

– ОНО знает, что мы здесь. ОНО подстерегает нас, – срывающимся голосом ответил Кит. – Этого не должно было произойти, если, конечно, мы ничего не напутали в заклинании. Но стоит этой… Неизвестной Силе захватить нас, нам никогда не вырваться. Это я знаю.

Кит забормотал что-то, лихорадочно вспоминая все символы и знаки заклинания.

А Нита с трепетом наблюдала за ним, чувствуя присутствие страшного и непонятного, этой Неведомой Силы, которая, казалось, тянулась к ней, ленивая, зыбкая, мертвящая. Трясущимися руками девочка перелистывала страницы книги, тоже пытаясь найти спасительный ответ.

– Кит, смотри, тут сказано: «Если вы нарушили равновесие, исказили в какой-то части заклинание, то рискуете привлечь опасную Силу». А вдруг это и есть та, другая Сила, Кит? – шептала Нита. – Вдруг мы вступили в поле ее влияния и она настигает нас?

Нита чувствовала всем телом огромную, голодную тьму, вздымающуюся к ним вверх мутным желтоватым от слабого света облаком. Она вдруг нашла нужную страницу.

– Слушай, Кит, – воскликнула она, – надо в заклинании сделать дыру, достаточно большую, чтобы в нее могла проникнуть дружеская Сила! Мы должны попробовать, мы обязаны использовать этот шанс!

Нита видела, что Кит болезненно напрягается, пытаясь вызвать в памяти нужные слова и символы.

– Хорошо, – наконец откликнулся он. – Но я не уверен. А вдруг случится что-нибудь ХУДШЕЕ?

– Что может быть страшнее всего ЭТОГО? – торопила его Нита, с ужасом ощущая, как это голодное и ненасытное ЧТО-ТО надвигается на них неотвратимой тяжестью.

Глаза Кита сузились. Он решительно сжал кулаки и проговорил:

– Кое-что я выудил из своей дырявой памяти. Деваться некуда, придется попробовать.

– Начинай, начинай, – торопила его Нита. – Главное, скажи, что делать мне.

– Приготовься, – хрипло сказал Кит и стал мысленно произносить заклинание.

И чудо произошло. Пространство, а вернее, тьма стала рваться на части.

Мерцающая линия горизонта сломалась, а свинцово-серое небо, Словно раздираемая ветром занавеска, всколыхнулось и расползлось на лоскуты. И подкрадывавшееся к ним НЕЧТО, казалось, колеблется, остановившись и замерев в замешательстве.

– Бей! – крикнул Кит. – Кулаком! Прямо перед собой!

Нита ткнула рукой в пространство, и оно вдруг подалось, разрываясь с полотняным, треском. Нита уже орудовала двумя руками, стараясь разодрать это невидимое полотно, сделав дыру как можно шире.

– Она.. оно поддается! – воскликнул Кит. – Давай! Давай!

И Нита толкала, била, нажимала до тех пор, пока все тело ее не занемело от боли. И когда силы уже окончательно покинули ее, Кит выкрикнул короткий резкий слог, словно бы швырнул его в пространство, как в распахнутую дверь.

В единое мгновение их закрутило, завертело. Казалось, что они очутились в самой сердцевине гигантского смерча и их несет, несет, влечет в неведомую сказочную страну Оз. Такие смертельной силы смерчи срывают крыши с домов, уносят стены, словно лепестки цветов, сметают все с поверхности земли. Ребят окутывали клубы едкого дыма, оглушали хриплые и пронзительные звуки злобных голосов.

Но вот Нита почувствовала, как живительный свет пробивается сквозь этот вихрь мрака и воя. Ее затопили волны мелькающих и сменяющихся мгновенно образов. Уловить эти видения, запечатлеть в памяти было невозможно, но она чувствовала, ясно понимала, что это образы и лики других вселенных, неведомых планет, иных времен. Она крепко зажмурилась и старалась заслониться от этой круговерти словами заклинания.

Кит, она это ясно чувствовала, стоя или, вернее, плывя рядом с нею, тоже мысленно перебирал символы Волшебной диаграммы. Они торопились, они захлебывались короткими слогами, труднопроизносимыми и как бы цепляющимися за язык, застревающими в гортани.

И в то же время они видели, как мрак и туман втягиваются в дыру, образовавшуюся в пространстве. В эту дыру всасывались, мелькая перед их глазами, большие и маленькие предметы, какие-то существа, горящие в полутьме огненными росчерками, отрывки слов и символы. И все это лилось беспрерывным потоком, словно струи воды в воронку водостока. Что-то застревало, с трудом и почти слышимым скрипом протискивалось, раздирая или растягивая края дыры. Но вот что-то неясное, расплывчатое и в то же время имеющее в точности размер и форму дыры закупорило ее, остановив сумасшедшее кружение.

Ребята почувствовали облегчение. Но Нита вдруг ощутила, что около них появилось – или появился? – непонятное существо, что-то крохотное, но явно живое. Она прижалась к Киту и прошептала:

– Чувствуешь?

– Ага. Оно, по-моему, слишком огромно.

– А мне кажется таким маленьким…

– Думаешь, нам удастся выбраться отсюда до того, как этот КАК-ЕГО-ТАМ…

Непонятное и уже не такое страшное КАК-ЕГО-ТАМ затряслось в бессильном гневе с такой яростью и силой, что Нита и Кит почувствовали его пульсирующую, удаляющуюся вибрацию каждой мышцей тела.