Как стать королевой

Вуд Алекс

— Мой па, он же король Гильерм Пятый. — Анри по-свойски хлопнул мужчину по плечу.

Ив поразилась тому, насколько по-разному могут выглядеть похожие люди. Его величество Гильерм Пятый вполне отвечал представлению Ив о европейском монархе — подтянутый, хорошо одетый, с удлиненным породистым лицом и манерами прошлого века. Небольшая остроконечная бородка очень ему шла, а в глазах светился недюжинный ум. Старомодное пенсе украшало его нос, а строгий костюм-тройка вполне отвечал представлению Ив о том, как должен одеваться современный монарх.

— Анри,

что подумает наша гостья? — Король с улыбкой покачал головой. — Смею вас уверить, мисс Карпентер, что обычно церемония знакомства в Моралии происходит более торжественно.

— Умереть от скуки можно на вашей церемонии, — рассмеялся Анри. — А я проголодался.

— Тогда прошу к столу. Вы позволите, мисс Карпентер?

Король слегка согнул руку в локте. Ив осторожно взяла его под руку. Голова у нее кружилась. Она шла к изысканно сервированному столу под руку с настоящим королем и чувствовала, как он пожирает ее взглядом… Ив никогда еще не осознавала настолько остро, что она красива и достойна восхищения.

— К сожалению, моя дорогая супруга страдает от приступа мигрени и не сможет присоединиться к нам за ужином, — сказал король с сожалением, отодвигая для Ив стул с высокой резной спинкой.

— Как жаль, — прошептала она еле слышно, не испытывая на самом деле ни малейшего сожаления.

С королевой Моралии она с удовольствием или без него познакомится позднее, а пока насладится обществом ее сына и мужа.

В столовой были еще двое. Невысокая пухлая женщина в строгом темно-сером костюме, который неловко сидел на ее пышногрудой, плотно сбитой фигуре, и мужчина, при одном взгляде на которого у Ив перехватило дыхание. У окна, за тяжелой непроницаемой портьерой стоял сегодняшний незнакомец и улыбался.

— Дорогая мисс Карпентер, позвольте познакомить вас с баронессой фон Гольтенхарт, — сказал его величество.

Ив с трудом отвела глаза от красавца у окна и посмотрела на пухлую даму.

Та без обиняков схватила Ив за руку и затрясла ее изо всех сил.

— Ох, рада познакомиться, вы такая хорошенькая, глаз не оторвешь, просто картинка, я и не думала, что среди американок есть такие шикарные девушки, была уверена, что парижанки лучше всех, но вы просто прелесть…

По-английски баронесса говорила бегло, но с ужасным акцентом. От ее произношения волосы вставали дыбом, а ударения она расставляла так, что Ив не понимала и половины слов. Правда, сомневаться в том, что она говорит приятные вещи, было невозможно. Лицо баронессы очень располагало к себе — круглое, румяное, с ямочками на щеках и небольшими задорными ярко-голубыми глазами.

Ив легко представила ее в живописном костюме молочницы на швейцарской ферме. И светлые озорные кудряшки, и простота в общении гораздо больше подошли бы молочнице, чем баронессе.

— Грета — фрейлина моей супруги, — продолжил король церемонно.

Ив невольно улыбнулась. Старомодное «фрейлина» так плохо сочеталось с румяной физиономией пухлой Греты!

— Ты не хочешь представить меня нашей очаровательной гостье? — раздался неторопливый мужской голос,

и Ив моментально забыла и о фрейлинах, и о молочницах.

— Конечно, Рэндольф. — Его величество натянуто рассмеялся. — Мой двоюродный брат, Рэндольф Пикард, герцог Моралийский.

Прекрасный незнакомец склонился перед Ив в поклоне. Герцог, подумала Ив, обмирая. Кузен короля. Самый настоящий принц.

— Счастлив наконец познакомиться с вами.

Ив улыбнулась. А уж как она счастлива!

В ярком электрическом свете столовой ее принц выглядел старше, чем утром в комнате. Под глазами, у рта, на лбу залегли глубокие морщины. Тем не менее, он был обворожительно красив и сногсшибательно аристократичен. Он был сказочным принцем, но принцем из плоти и крови…

Сердце Ив заколотилось, а глаза невольно метнулись к рукам Рэндольфа. Ни одного кольца на длинных изящных пальцах. Ив почувствовала, что вот-вот потеряет сознание от счастья.

Неужели не женат?

***

Длинный прямоугольный стол был накрыт на пять персон. Во главе сел король, по его правую руку Анри, который корчил рожи при каждом «будь любезен», произнесенном отцом. Рядом с Анри устроилась улыбчивая баронесса Грета, напротив, по левую руку его величества, Ив. Рэндольф сел напротив Греты и рядом с Ив.

Это было даже лучше, чем в мечтах. Прекрасная комната со старинной мебелью, изящно сервированный стол, блеск столового серебра, хруст накрахмаленных салфеток. Вертеть головой по сторонам было неприлично, но краем глаза Ив видела тарелки из тонкого фарфора с золотистой каймой, серебряные столовые приборы, разложенные в непонятном порядке, высокие прозрачные бокалы, массивные подсвечники с витыми свечами… Дворецкий в идеально сидящей темно-зеленой ливрее подавал блюда, о которых Ив даже не слышала, а трое мужчин наперебой оказывали ей знаки внимания.

Поистине на сегодняшний вечер Ив стала королевой этого маленького мирка. Анри сыпал шутками, удачными и не очень, и не сводил с Ив глаз, проверяя на ней действие своего остроумия. Король изящно закручивал беседу вокруг Ив, интересуясь ее жизнью, работой и впечатлениями от Моралии. А Рэндольф… Рэндольф в основном молчал, но молчание его было гораздо выразительнее, чем болтовня Анри или любезности Гильерма. Ив не осмеливалась повернуться и посмотреть на него, но она видела его руки, холеные, с длинными пальцами, руки аристократа, руки любовника. К таким рукам хотелось прикоснуться. О таких руках хотелось мечтать.

Вот где кроется настоящая сексуальность, подумала Ив, а не в грубых ручищах Джерарда. Невозможно поверить, что эти два человека родственники. По сравнению с Рэндольфом Джерард просто пещерный житель, неотесанный дикарь, не имеющий понятия ни о культуре, ни о воспитании.

— Вам не понравилось суфле, Ив? — заботливо спросил Гильерм.

— Что вы, оно восхитительно, — улыбнулась она. — Самое вкусное суфле, которое я когда-либо ела.

И единственное, добавила она про себя.

— Просто мне показалось, — Его величество немного замялся. — Что вы поморщились…