Как покорить леди
Шрифт:
Эльвира и София отправились провожать Силверстоуна и Пикнарда, однако Гауэр все еще оставался в центре комнаты, настороженно глядя на Сент-Джона, который инстинктивно сделал шаг вперед. Теперь оба мужчины оказались лицом к лицу, и Харриет невольно поморщилась: они были похожи на двух баранов, которые, выпуская пар из ноздрей, ходят вокруг друг друга.
– Мистер Гауэр... пожалуйста. Я думаю, вы уже исполнили свой долг...
Чейз предупреждающе поднял руку:
– Любовь моя, дай человеку высказаться. По-моему, у него есть что-то очень важное,
Услышав столь нежное обращение, Гауэр напрягся и процедил сквозь зубы:
– Я не знаю, кто вы на самом деле, но только не капитан Фрекенхем.
Харриет снова попыталась вмешаться:
– Мистер Гауэр, я уверена, со временем все образуется...
– Послушайте, Гауэр, – перебил ее Чейз. – Не знаю, какую выгоду вы хотите извлечь из всего этого, но лучше оставьте Уордов в покое. Если вы обижены на меня, давайте уладим все по-мужски.
Харриет в ужасе закрыла глаза. Неужели Чейз не понимает, что ее будущее, будущее семьи Уорд и Гаррет-Парка сейчас в руках этого человека?
Она украдкой бросила взгляд на Гауэра, и у нее все оборвалось внутри, когда она увидела, что его руки сжались в кулаки.
– Вы, сэр, просто шарлатан, и я не успокоюсь до тех пор, пока не узнаю, кем вы являетесь и чем занимаетесь.
Появившаяся на лице Чейза улыбка определенно не обещала ничего хорошего.
– Черт возьми, да делайте что хотите. Только не слишком удивляйтесь, если то, что вы узнаете, придется вам не по вкусу.
Харриет еще раз попыталась утихомирить их:
– Мистер Гауэр, пожалуйста, простите капитана – он слегка расстроен вашими обвинениями...
– Расстроен? Ничуть. – В голосе Чейза звучала безмятежность. – Наоборот, я принимаю вызов, поскольку мне нечего скрывать. Позвольте пожелать вам удачи.
Шея Гауэра стала такого же багрового цвета, как и физиономия.
– Я бы посоветовал вам быть поосторожнее с пожеланиями, а то как бы вам не нарваться на очень большие неприятности. – С этими словами банкир развернулся на каблуках и пулей вылетел из гостиной, лишь на мгновение задержавшись для того, чтобы бросить на Харриет уничтожающий взгляд.
– О Господи, наконец-то! – устало произнесла Харриет, услышав стук захлопнувшейся парадной двери.
– Неужели что-то еще случилось? – поинтересовалась София, входя в комнату вслед за матерью. Харриет вздохнула:
– Капитан Фрекенхем очень мило изображал из себя петуха. – Она бросила на Сент-Джона уничтожающий взгляд. – Вот только к чему все это? Разозлив Гауэра, вы лишь подстегнули его решимость доказать, что вы не тот, за кого себя выдаете.
Чейз спокойно сложил руки на груди и облокотился о каминную полку.
– Он был груб с вами, и я не мог позволить, чтобы это продолжалось.
Харриет раздраженно фыркнула:
– Чушь! Я готова поклясться, что вы не поняли главного. Нам необходимо его доброе отношение, чтобы банк сохранил отсрочку платежа.
Эльвира вздохнула:
– Харриет права. Силверстоун уже несколько раз говорил в городе, что
– Харри? – Стивен и Деррик стояли в дверях, из-за их спин выглядывала Офелия. – Что здесь произошло?
И тут София выступила вперед:
– О, все было так чудесно! Мистер Сент-Джон пришел нам на выручку и просто блестяще сыграл роль капитана Фрекенхема! – Она молитвенно сложила руки и низко поклонилась Чейзу. – Банкиры ушли полностью одураченными.
– На какое-то время, – спокойно заметила Харриет. – Но Гауэр еще вернется.
Стивен нахмурился:
– Ненавижу этого человека. Ну и что нам теперь делать?
Все дружно обернулись к Харриет, и Чейзу вдруг захотелось подойти к ней и обнять ее. Она выглядела такой юной и маленькой... слишком маленькой, чтобы справиться с тяжкой ношей, свалившейся на ее хрупкие плечи.
Он попытался подобрать слова, чтобы сказать то, что думал, но Харриет вдруг вскинула подбородок и прищурилась; ее лицо выражало твердую решимость, когда она окинула взглядом присутствующих.
– Ладно, довольно киснуть. Завтра мы начинаем стрижку овец.
Глава 22
Если один из ваших мнимых друзей решит грубо навязать вам свою волю, это будет считаться проявлением деспотичной фамильярности; но если поступить так решает ваша семья, это считается проявлением доброты, вызванным высшим пониманием вашей натуры и уверенностью в том, что они обладают большим интеллектом, чем кто-либо другой. И кому же в этот момент не захочется пожалеть, что он не сирота!
Утро выдалось холодное и ветреное, и лишь ощущение ответственности и крайней необходимости объясняло то, что вся семья Уорд, пара нанятых работников и Чейз собрались в амбаре. Харриет руководила операцией, словно генерал на поле боя, и вскоре каждый отправился выполнять определенное ему задание. София и Офелия пошли к воротам в разные концы загона, а Эльвира отправилась руководить приготовлением обильного и вкусного обеда, который рассчитывали подать после полудня под вековым дубом.
Харриет решила, что Стивен и один из нанятых батраков будут помогать ей в стрижке первой группы овец, а Деррик и Чейз займутся следующей партией.
На Чейзе была старая одежда Стивена; рукава рубашки закатаны по локоть, словно этот мужчина, привыкший гарцевать на лучших скакунах, танцевать с самыми красивыми барышнями на балах, общаться со сливками высшего общества, теперь был членом их семьи. Впрочем, разве он не стал им? Когда Сент-Джон впервые появился здесь, он был заносчивым и избалованным, но с каждым днем его сердце все больше открывалось навстречу их семье. Только теперь Харриет осознала, насколько трудно ей придется, когда он покинет их.