Как победить злодея
Шрифт:
– Какая прелесть! – воскликнул Густав и кинулся в гущу драки сам.
Вот тут-то и подбежал гонец. Это был тощий щербатый тринадцатилетний пацан в толстом свитере, шерстяной шапке, зеленом вязаном шарфе, шортах и кожаных сапогах. Открывшееся зрелище яростной битвы ничуть его не испугало. Гонец вытащил сверток бумаги из сумки на боку и прокашлялся.
– Прошу прощения, – проговорил он ломким голосом. Драка тут же прекратилась, все бойцы, отдуваясь, уставились на гонца. – Я ищу принца Густава. Который из вас принц Густав?
Густав
– У одного меня тут по всей шкуре не растет шпинат – и ты еще спрашиваешь, который тут я?
– Простите, сэр, ваше высочество, сэр, – затараторил гонец. – Просто у меня поручение доставить это послание только принцу Густаву в собственные руки. Я отправился в Штурмхагенский замок, но принца Густава там не было. Мне сказали, что, если я хочу найти принца Густава, надо бежать сюда. Так вы принц Густав?
– Давай сюда письмо, – потребовал Густав.
Гонец замотал головой.
Густав разозлился:
– Да, я Густав. А теперь давай мне письмо, Капитан Конкретика!
Гонец подбежал к Густаву и вручил ему послание.
– Вот, сэр, ваше высочество, сэр, – сказал он. – Я догадался, что капитаном вы меня назвали, скорее всего, в ироническом смысле, однако на всякий случай все же поправлю вас: я не капитан. Я просто гонец. Меня зовут Смимф.
– Сочувствую, – буркнул Густав.
Он развернул письмо – и с каждым словом, которое написал Фредерик, глаза его становились все круглее и круглее.
– Да чтоб меня за ухо да в кувшин! Что учудил Плащеватый – дал себя похитить! Эй, мелочь почтальонская, беги обратно, передай Аксельбанту, чтоб без меня никаких глупостей! Скажи ему, я тут!
– Хорошо, – кивнул Смимф. – Только меня зовут Смимф.
– Не важно, – сказал Густав.
– А Аксельбантом, полагаю, вы назвали принца Фре…
– Да! – рявкнул Густав. – Правильно полагаешь! Беги! – Но не успел он договорить, как гонца и след простыл.
– Сердитый Человек надо уходить, да? – спросил господин Тролль.
– Долг зовет, косматик болотный, – отозвался Густав.
Он бы в жизни не признался, но на самом деле уже несколько месяцев ждал весточки от старых друзей. Его несколько раздосадовало, что спасать придется Лиама, а не кого-нибудь другого, однако при мысли о настоящих приключениях сердце у него заколотилось с небывалой силой.
– Не огорчайся, я вернусь. Пока что веди уроки за меня.
– Ха-ха, великолепно, – сказал господин Тролль. – Тролль провести урок драка пеньками.
– Отличная мысль, – одобрил Густав. Наспех сложил пожитки, вскочил на Семнадцатого и поскакал по длинной дороге в Авонделл.
3. Настоящий герой не помнит, что он такого сделал
Парадоксально, но факт: найдутся люди, которым вы не понравитесь. Такие люди называются «злодеи». Все остальные полюбят вас с первого взгляда.
– Ладно, ребята, давайте попробуем еще разок. Прогон сцены! – крикнул Дункан.
Вскоре после приостановки деятельности Лиги Принцев они с Белоснежкой вернулись в уединенный домик в Сильварийских лесах. С тех пор Дункан день и ночь работал над своим руководством для начинающих искателей приключений. Набравшись опыта в Лиге, Дункан рассудил, что он, как никто, подходит на роль составителя подобного руководства. К сожалению, Дункану было очень трудно припомнить, почему, собственно, он совершил те или иные подвиги. Чтобы легче было воссоздать мотивы собственных поступков, он заставлял местных гномов устраивать костюмированные реконструкции событий прошлого – надеялся, что это оживит их в его памяти. Гномы были вовсе не в восторге.
– Прогон! – повторил Дункан.
Облаченный в пышные красно-желтые панталоны и зеленый войлочный камзол с белым сборчатым воротником, он сидел на стульчике в саду и смотрел, как гномы изображают, как они с Лиамом пытались бежать из разбойничьего лагеря, который бдительно охранялся. В руке у Дункана было перо, чтобы все сразу записать.
– Это значит, что надо начать сначала, – добавил он.
Два усталых гнома тяжко вздохнули и побрели за куст.
– Вы должны бежать! – сказал Дункан.
– А ты представь себе все в ускоренном виде, – проворчал Франк, первый гном.
Сильварийские гномы и так-то славятся склочным характером, но эти два гнома прообщались целый день с Дунканом, и настроение у них было даже хуже обычного.
– Давайте вы хотя бы притворитесь, что бежите. Это поможет мне лучше представить сцену, – сказал принц. – Ведь все, что вы сегодня здесь делаете, делается во имя всемирного сообщества героев!
Флик, второй гном, попросту опустил уши у шапки и притворился, будто ничего не слышит.
– Ладно, – сдался Дункан. – Продолжайте. Гм… Входит Большой Разбойник!
Появился третий гном, Фрек, – он тащился следом за Франком и Фликом. И вяло погрозил им кулаком.
– Слова не забудь! – шепнул ему Дункан.
– Я до вас еще доберусь, принцы, – уныло пробубнил Фрек. Потом умолк: нужно было выпутать из бороды жука.
– Какой ужас, – безо всякого чувства отбарабанил Флик. – Мы окружены.
С другой стороны, из-за березовой беседки, появились еще два гнома – Фрид и Ферд (они изображали всю разбойничью армию скопом). Дункан от волнения даже прикусил губу.
– Не волнуйся… Лиам, – сказал Франк Флику. – У меня… принца Дункана… есть блестящая мысль. Брось меня в него.
Флик одной рукой пихнул Франка. Франк прошаркал к Фреку, помахивая руками и бормоча «Ах, я лечу, я лечу». Остановился лицом к Дункану.
– Ну что, уразумел? Можно идти? – спросил он.
Дункан откинулся на спинку стульчика и поскреб подбородок.
– Все равно не понимаю, почему я это сделал, – сказал он. – Гмм… «Брось меня в него». Почему мне тогда показалось, что это блестящая мысль? Придется повторить. Может, задом наперед?