Как на роду написано ...
Шрифт:
– А кто работал в прачечной?
– Приходящая прачка. Она по четвергам приходила: стирала и гладила бельё.
– Как тут всё хорошо оборудовано! И кухня с электроплитой, и сушилка с электровентилятором, и угольный котёл, и даже лифт для подачи готовых блюд, - удивился Владимир.
– Предыдущий хозяин дома постарался, вложил деньги в оборудование дома. Специальная мастерская делала проект, изготавливала и устанавливала оборудование. Как раз успели к предыдущему Новому году всё сделать. Целый год хозяин сюда водил гостей, показывал, как тут всё разумно устроено,
– Ладно, продолжай работать. Я продлеваю твой контракт до конца года.
После этого Владимир прошёл в прихожую, а дворник тут же отправился во двор.
Войдя в дом, он отметил, что на первом этаже расположена большая прихожая и гардероб для верхней одежды. Отлично оборудованная ванная комната и туалет занимали остальную часть первого этажа. Также отсюда начиналась лестница на второй этаж выходящая в коридор, идущий вдоль задней стороны дома. В нём были два небольшие окна. Из коридора выходили три двери: одна - в большую гостиную, вторая - на лестницу, ведущую в мансарду, под которой был устроен туалет, и третья - в кабинет. Из гостиной выходило два окна на улицу над крыльцом, а из кабинета также два окна на торцовую сторону дома, противоположную каретному сараю.
В мансарде лестница со второго этажа выходила в узкий коридор метровой ширины с тремя дверьми: средняя вела в «глухую» гардеробную, за которой находился хорошо оборудованный туалет, а две остальные – в одинаковые спальные, которые сообщались дверьми также с туалетом. В каждой спальне в торце, выходящем на улицу, имелась дверь в глухую гардеробную или кладовую: Владимир пока не разобрался с их назначением. Спальные имели по одному окну, выходящему в противоположные торцы дома.
Сделать такую планировку мансарды позволяла специальная форма крыши, ограничивающая высоту коридора двумя метрами у стены, а высоту торцовых стен гардеробных спален и туалета на уровне 2,5 метров.
«На самом деле очень хорошая и разумная планировка всего дома, позволившая в весьма небольшом по площади доме разместить максимум жилых и подсобных помещений. Прекрасная работа архитектора, требующая специального поощрения специалиста, его проектировавшего!», - восхищался Владимир способностями архитектора.
Он спустился на первый этаж в прихожую и обнаружил торчащую во входной двери связку ключей.
«Похоже, это ключи от всех дверей дома. Надо сходить и посмотреть каретный сарай и пространство за домом.»
Владимир открыл замок на входной двери и вышел на крыльцо. По узкой дорожке между кустарником и стеной дома он прошёл до каретного сарая и подёргал ручку двери. Она оказалась на замке. Тогда он подобрал подходящий ключ и открыл дверь.
Перед ним находилось совершенно пустое помещение. Сам сарай был построен из толстых брёвен, и высота до потолка достигала трёх с половиной метров. Имелся и чердак, на который вела приставная лестница.
«Ясно, тут хранилось сено для лошади. А лошадь и карета стояли в пустующем сейчас помещении. Кстати, места вполне хватит для хранения автомобиля, когда я им обзаведусь.»
Закрыв на замок дверь в сарай, Владимир обошёл дом и оказался в небольшом дворике 10*10 метров, ограниченным домом, двухметровой оградой от соседей и флигелем. Посреди двора стояла большая деревянная беседка. Вокруг неё были разбиты клумбы. Вдоль ограды посажен густой кустарник. За оградой проглядывали крыши домов соседей. В ограду была врезана калитки с запором.
«Не иначе с этой стороны бывший хозяин дома или хозяйка поддерживали хорошие отношения с соседями и ходили к ним в гости. Поэтому и проделали калитку в ограде.»
Владимир спросил у Джеймса, встречается ли он с поваром или горничной, ранее работавшими с ним вместе.
– Иногда на улице встречаю. Они пока так и не нашли работу.
– Если встретишь, скажи, что новый хозяин предлагает им заключить контракты на тех же условиях, что и были раньше. Пусть приходят. Только поторопятся, я дня через два-три уеду в Эдинбург на неделю.
– Увижу – скажу обязательно. Они хорошие люди.
Все три дня до планируемого возвращения обратно в Мюнхен Лёва провёл, не выходя из квартиры Луизы. Они постоянно обсуждали новость, озвученную дедом в день встречи с Левой, и не могли понять: как это произошло и кому это нужно? Луиза, начитавшись детективов, всё время решала задачу: кому выгодно? Лева же, больший прагматик и уже хлебнувший в этой жизни всякого, больше был озабочен проблемой: как не допустить повторения произошедшего в будущем.
Как не выглядела первоначально трагической история, сообщённая дедом, молодая часть семейства, принявшего участие в этой встрече, к ней отнеслась более легкомысленно, чем старшая. Слово «семейство» в этом контексте прозвучало просто как констатация факта: половине присутствующим на встрече было значительно менее тридцати лет, другой половине – значительно более пятидесяти. Хотя три четверти присутствующих уже считали, что слово «семейство» вскоре должно начать означать то, что обычно под этим словом понимают все люди. Как уже успела определить наиболее продвинутая часть читателей этой фантастической истории, к одной четверти безусловно относился именно Лёва.
И так, что же случилось и от чего так все забеспокоились?
Дедушка, как наиболее опытный и побитый жизнью человек, подготовился к процедуре омоложения в свойственной ему манере: он обратился (конечно, под большим секретом) к начальнику своей службы безопасности с просьбой: дать ему микродевайс, способный в течение суток вести видеозапись всего происходящего вокруг него. На все уточняющие вопросы начальника СБ он отвечал «не знаю». В результате, в уголок воротника рубашки деда был воткнут видеообъектив, похожий на булавку-невидимку со стеклянной головкой, транслирующий видеозапись на девайс, находящийся в кармане деда, записывающий её в цифровой форме.