Как и раньше
Шрифт:
От её внимательного взгляда не укрылось, что почти все стражники наблюдали за игрой маленькой принцессы, даже не вслушиваясь в разговор.
После того, как стражники ушли, она подошла к дочери и спросила:
– Поиграем?
Малышка радостно воскликнула:
– Конечно, мамочка!
И игра началась.
В тронном зале снова ледяной пол и повсюду сугробы. Эльза играет с дочкой. Линда несказанно этому рада.
Малышка каталась на санках по снегу, а когда скатывалась с горки, Эльза ловко подхватила принцессу магией и взяла полёт санок под
Так прошёл первый день.
День второй
Ганс прибыл на Южные Острова.
За шесть с половиной лет отсутствия здесь совсем ничего не изменилось. Всё по-старому.
Ганс вошёл в замок.
Такой родной и одновременно с этим чужой. От стен неприятно веяло холодом, колонны выглядели так, как будто ещё мгновение, и они развалятся.
Коридор, где всегда мрачно и тихо. Шаги Ганса отдаются по всему коридору гулким эхом, что бьёт по ушам.
В огромное витражное окно треугольной формы просачивается яркий солнечный свет. Ганс улыбается.
Он часами мог сидеть на подоконнике здесь и наблюдать за тем, что же происходит на королевском дворе.
А иногда засыпал, прислонившись к стенке, и опирался рукой на окошко. Рано или поздно мать замечала это, брала сына на руки и уносила принца в его комнату, укладывая на кровать. Ганс тут же просыпался и видел, как улыбается мама и, игнорируя протесты сына, укрывает юного принца одеялом, целует в лоб и щеку, и нежно шепчет:
– Спи, сынок.
Он снова сел на подоконник. Подперев под себя ноги, король взглянул на королевский двор. Там всё по-прежнему.
Ганс вошёл в свою комнату.
Как долго он здесь не был, и ничего не изменилось. Всё стоит на своих местах. Странно, что братья не заняли эту комнату всяким барахлом. Обычно это в их стиле.
Ему вдруг вспомнилось, как мать-королева сидела рядом с ним здесь на кровати, а отец-король задумчиво глядел в окно. Королева имела светло-рыжие волосы, всегда с особенной причёской, ярко-зелёные глаза, тонкие алые губы и веснушки. Внешность Гансу досталась именно от неё. И некоторые её привычки тоже передались ему. Например, любовь к животным, и другие особенности, которыми Ганс отличался от своих братьев.
От короля Гансу достался острый нос, сообразительность и быстрота реакции.
В отличие от братьев, родители всегда любили Ганса.
Мать гладит своего маленького сына по головке и прижимает легонько к себе:
– Всё в порядке, Ганс, они не хотели. Поверь, они любят тебя, просто слишком заняты.
Отец лишь вздыхает, не зная, что сказать сыну, а обманывать его король совсем не хочет. Он и сам не раз был свидетелем того, как двенадцать его сыновей в открытую игнорируют своего младшего брата, и пытался с этим что-то делать, но бесполезно. Им было слишком не до него. Но для всего остального всегда находилось время! Ганс это видел и было неприятно.
– Нет, мама, они хотели. Ты и сама знаешь, как и папа!
– в слезах говорит тринадцатый принц.
– Они меня не любят!
Король никогда не отличался
Вот и тогда он подошёл к своей жене и сыну, сел рядом с ними и сказал слова, которые Ганс никогда не забудет:
– Ты пытаешься открыть дверь, которая вечно будет закрываться по воле других. Понимаешь? Если они тебя не любят, это вовсе не значит, что тебя совсем никто не любит, верно? Есть и другие двери. И некоторые из них тебе откроются сами. Мы же с мамой тебя любим, сынок!
– Очень!
– подтвердила королева, улыбнувшись, и переглянулась с мужем.
Король Аренделла улыбнулся и подошёл к окну. В окне - верный Ситрон. А ведь он - подарок родителей.
Маленькому Гансу тогда было девять лет. Он грустил. Братья продолжали игнорировать его, а родители понимали, что с ними ему не интересно. И нужен кто-то, кто будет ему другом на всю жизнь.
Как же юный принц радовался своему подарку! Он всегда мечтал о лошади, и в тот день его мечта сбылась. Он не отходил от него и с первого же дня сам научился езде верхом. Иногда он даже ночевал в конюшне, удобно уснув на сене. Ситрон стал для него настоящим другом, как того и хотели король с королевой.
Повзрослев, Ганс начал тайно выбираться на Ситроне в город. Об этом они никогда не узнают. Он подружился там с простыми мальчишками и девчонками и играл с ними, пока родители были заняты.
Ещё немного побыв в когда-то своей комнате, король вышел и направился в тронный зал. Ведь там его уже ждут.
В тронном зале пусто и тихо. Никого. Только в троне одиноко сидит король Клаус - самый старший брат Ганса. Остальных братьев Ганс не видел, хотя обошёл почти весь замок. Но его мало интересовало, где они могут быть. Быть может, просто разъехались кто-куда, и больше сюда, в родной дом не приезжают.
– Ганс?
– удивился Клаус.
– Что ты здесь делаешь?
– он даже не дал ему ответить на вопрос, фыркнув.
– Впрочем, это не важно. Лучше уходи. Скоро, как мне объявили, должен явится король Аренделла.
Ганс, ничего не отвечая, продолжил стоять на месте, словно статуя.
– Ты не слышал меня, братец? Уходи!
– кажется, присутствие младшего брата его начало слегка раздражать, что доставило самому Гансу большое удовольствие.
– Я никуда не уйду, и мне хотелось бы знать, зачем я тебе понадобился?
– помолчав, он добавил.
– Или не я, а король Аренделла. Потому что - это я.
– Ты?
– Клаус засмеялся.
– Когда ты успел?
Вдруг обида стала царапать сердце Ганса. Никто из его братьев даже не был на их с Эльзой свадьбе, и никто из них ни разу не видел его дочь.
– Успел!
– отвечает Ганс и парирует брату.
– А ты, как я посмотрю, всё ещё один! Никто не захотел, да? Но, как так можно? Ведь ты же король!
– издевательски говорил он и остался удовлетворён реакцией Клауса.
Ганс знал, что старший брат всегда считал так: если он король, значит всё, чего бы он ни захотел, будет его, и всегда в это верил.