Кадиллак-Бич
Шрифт:
Серж забрался на водительское сиденье и посмотрел через плечо.
— С чего вы хотели бы начать? Я здесь все знаю! Только назовите.
Они предложили начать с бара.
— Мы можем поехать по барам в любое время. В Майами много разных возможностей. Миллион гораздо более привлекательных перспектив. Кроме того, у нас есть свой собственный бар.
Услышав реплику, Ленни улыбнулся клиентам. Он сидел напротив них в шортах и майке, раскрашенной под смокинг, и сбивал в шейкере мартини. Наклонился поближе.
— Не хотите ли приобрести
— Что?
— Ленни! Веди себя пристойно, — нервно рассмеялся Серж. — Он просто шутит. Это часть шоу. Входит в оплату… Итак, на чем мы остановились? Историческое место убийства? Галерея героиновой войны? Могила знаменитости?
— Бар.
— Чувствуйте себя как дома. Бар так бар. Но это будет великое, историческое заведение.
Серж развернулся вперед и надел бейсбольную кепку с тридцатью тремя эмалевыми значками с изображениями туристских достопримечательностей Южной Флориды и мигающей надписью «Я © Майами» на козырьке. Включил зажигание.
— Сегодня мы покатаемся!
Лимузин пробирался по пустынной индустриальной зоне рядом с рекой. Старые тележки из супермаркетов, подозрительные огоньки, люди, спящие в картонных ящиках. Серж повернул на запад на Седьмую улицу.
— Прошу вас обратить внимание на потрескавшееся здание в стиле арт-деко справа, как раз возле недостроенной автомобильной эстакады. Здесь снимали натурные сцены для сериала «Майами. Полиция нравов». Если присмотреться внимательнее, в верхних окнах можно увидеть хмурое привидение Эдварда Джеймса Олсона…
Он проехал еще один квартал и повернул налево, остановившись у старого бетонного здания, потемневшего от сырости. Они увидели древнюю неоновую вывеску.
Табачная дорога
Бар
До 5 утра
— Вот он, — сказал Серж. — Самый старый бар в округе Майами-Дейд. Основан в 1912 году.
— Я не знаю… — промямлил Брэд.
— Настоящая классика! — воскликнул Серж. — Когда-то здесь незаконно торговали спиртным, околачивался Аль Капоне, когда не сидел в тюрьме. Теперь здесь играют интимный блюз.
— Но это не «топлесс», — сказал Брэд.
— В последнем заведении, где мы были, у девочек на сосках были маленькие наклейки, — продолжил Кит.
— Вы знаете место, где этих наклеек нет?
Серж выпрыгнул из машины, распахнул двери и начал вытаскивать парней под локотки.
— Выходите! Подышите историей, — приговаривал он, подталкивая клиентов к входу.
Они поднялись по узкой лестнице, тускло освещенной красным светом, и обнаружили два коктейльных столика недалеко от дверей. Певец во всю мочь жутко горланил под Мадди Уотерса. Мужчины подозвали официанта.
— А нет ли тут неподалеку стриптиз-бара?
Команда снайперов ФБР из двух человек потягивала кофе на крыше VIP-терминала аэропорта Майами. Черные комбинезоны, черные бейсбольные кепки. Парочка наблюдала за садящимся двухмоторным «Гольфстримом». Банкиры вышли. Самолет
Снайперы вернулись к обсуждению второго состава «Дельфинов». Приземлились еще два корпоративных самолета. Один из агентов открывал термос с кофе, когда зажужжала портативная рация. Второй ответил. Посмотрел в сторону горизонта.
— Видим.
На западе появилась крохотная точка. В бинокли и прицелы своих винтовок снайперы прочесали взлетные полосы, ближайшие здания, потом — периметр перелеска на противоположной стороне от сетчатого забора, окружающего бетонку. «Лир» становился все больше, выпустил шасси, выравниваясь перед посадкой.
Четверо агентов ФБР в костюмах и темных очках вышли из стеклянных дверей терминала как раз под снайперами. Скрестив руки, они встали между пальмами в кадках. Колеса самолета синхронно коснулись полосы, стало тише, и тут же двигатели взревели в режиме реверса. «Лир» замедлил ход, остановился в конце полосы, развернулся и медленно подъехал к терминалу. Кто-то бросил под колеса тормозные колодки. Из люка появился маленький трап.
Нет ничего хуже ожидания, и оно наконец кончилось. Теперь, когда самолет благополучно приземлился, напряжение стало проходить. Самым счастливым выглядел ответственный агент.
— Смотри веселее, — сказал Миллер. — Все будет нормально. Отвезем свидетеля назад в штаб-квартиру, и мы в дамках! — Он повернулся к Биксби. — Наступил звездный момент моей карьеры. Запомни этот день. Ты станешь свидетелем истории.
Дверь самолета открылась. Тони Марсикано ступил на верхнюю площадку трапа, потягивая газировку через соломинку: вид на миллион, наплевать на весь мир. Начал спускаться.
Наблюдатель команды снайперов медленно сканировал в бинокль взлетную полосу. Что-то привлекло его внимание.
— Какого черта?..
Сзади к самолету подъехал черный лимузин. На двери магнитная нашлепка «Серж и Ленни: чувство Флориды».
Еще до того, как кто-то понял, что происходит, несколько парней набросили холщовый мешок на голову Тони и потащили его к лимузину. Снайпер вел их в прицеле.
— Не могу прицелиться. Попаду в свидетеля. Агенты на взлетной полосе достали пистолеты. Миллер выскочил им наперерез, раскинув руки.
— Не стрелять! Вы попадете в Тони!
— Могу стрелять, — сказал снайпер.
— Давай!
Заднее стекло лимузина рассыпалось на кусочки.
— К машине! — заорал Миллер.
Четверо агентов вскочили в «краун-виктори», взвизгнули шины. Седан объехал вокруг хвоста самолета, нацеливаясь на лимузин.
Биксби вцепился в приборную доску.
— Заправщик!
— Черт!
С крыши оба снайпера видели, как все разлетается на части: агенты, выброшенные из разбитого седана, пилот, выпрыгивающий из самолета, топливозаправщик, взлетевший, точно шаровая молния, выше терминала. Они сделали еще несколько последних выстрелов в сторону лимузина, который протаранил ворота и унесся по направлению к городу.