Кадавр

Афанасьев Сергей

И в этот момент мальчик заплакал.

Разгоряченные борьбой они замерли, тяжело дыша. Обоим стало стыдно.

— Ладно уж, — пробурчала Охотница, садясь и тыкая платьем в Игоря. — Сами таскайте.

Забрав платье, Игорь подошел к Иннокентию. Сел рядом, погладил по плечу.

— Извини, — виновато сказал он. — Больше не будем.

Худенькие плечи мальчика продолжали мелко вздрагивать.

— Обещаю, — добавил Игорь, чуть прижимая мальчика к себе. — Веришь?

Ребенок молчал. Игорь сурово посмотрел на Охотницу. Насупившись, девушка неохотно подошла к ним, потрепала мальчика

по голове.

— Я тоже обещаю, — сказала она вдруг охрипшим голосом. — Никогда не ссорится с сэром Игорем. И, тем более, не ругаться. Теперь нам веришь?

Кеша только кивнул головой, маленькими кулачками вытирая заплаканные глазки.

— Давайте обедать, — все еще всхлипывая, сказал он.

— Конечно, конечно, — засуетилась вдруг девушка.

Они собрались у стола. Игорь принялся выкладывать на тарелку сухари из пакета.

— Что это вас так трясет? — подозрительно спросила Охотница, внимательно глядя на руки Игоря.

Он пожал плечами и ничего не ответил.

— В детстве не дрались, что ли? — снова спросила девушка.

Он отрицательно покачал головой. Говорить ему почему-то уже было трудно — челюсти приходилось сжимать, а то их тоже трясло.

— Никогда-никогда?

Он снова кивнул, злясь на этот разговор.

— Завидую, — тихо сказала Охотница.

Порывшись, она достала из своего рюкзачка маленькую квадратную фляжку.

— Хлебните, — протянула она. — Только немного. Это чистый спирт. Глотка вам вполне хватит.

Игорь взял фляжку. Снял колпачок, зачем-то понюхал. Резкий запах ударил в нос и Игорь закашлялся.

— Из горла, я смотрю, вы тоже не пили, — печально заметила девушка. — Сделайте вдох, потом глотните, а потом — обязательно — выдох. Чтобы парами спирта горло не сжечь.

Игорь, тоскливо вздохнув, сделал глубокий вдох, но поперхнулся, наверное перестаравшись. Закашлялся. Охотница уже не улыбалась, с сожалением глядя на Игоря. Смутившись перед девушкой, что он такой неумеха, Игорь решительно втянул воздух, резко поднес фляжку ко рту, плесканув в лицо и от этого закрывая глаза, резко глотнул, почему-то три раза, и резко выдохнул. Но спирт все равно обжег горло, словно по нему прошлись наждачкой. Алкоголь, накатив стремительной горячей волной прямо из желудка, сильным жаром ударил в голову, добравшись до самой макушки. Игорь мгновенно вспотел. В заслезившихся глазах потемнело. Дыхание перехватило. Он хрипло закашлялся, пальцами разминая одервеневшее горло. Чуть заметно поморщившись, девушка несильно похлопала его по спине между лопаток. Подала воду.

— Запейте, полегчает, — сказала она. — Куда ж вы так много? Глотка было достаточно.

Игорь благодарно кивнул, хватаясь за стакан. И полностью его осушил за шесть больших судорожных глотков под неотрывный жалостливый взгляд Кеши.

После обеда девушка собрала свой рюкзачок.

— Пойдем другим путем, — сказала она. — Здесь нельзя ходить одной и той же дорогой.

Молча вышли в коридор. Шли гуськом, друг за другом.

Шагов через двадцать Охотница остановилась у одного из многочисленных гобеленов, одернула край, приоткрыв черный ход. Решительно скользнула

внутрь. Игорь с Кешей — за ней. Его взору предстала узкая винтовая лестница, слабо освещенная тусклыми красными лампочками. Девушки видно не было, но, судя по звукам ее осторожных шагов, она поднялась наверх.

Подниматься по лестнице оказалось совсем не удобно — не как обычно показывают в фильмах. И ступеньки крутые и до следующих ступенек можно спокойно дотянуться рукой.

Сделав полный оборот, Игорь с Кешей очутились на узкой площадке с двумя отверстиями. Остановились в нерешительности. Охотница выглянула из одного из них.

— Лезьте сюда, — сказала она почему-то шепотом.

Подсадив Кешу, Игорь пригнулся и молча полез следом.

Вскоре они выбрались в очередной коридор. Ковровая дорожка здесь была уже розового цвета, а дверей почти не было.

Несмотря на примирение, Игорь и Охотница шли молча, насупленные. Они были обижены и упорно не разговаривали друг с другом.

Через час ходьбы Игорь вдруг заметил, что у него перед глазами поплыли большие розовые круги, а предметы стали расплываться. Какое-то время он пытался фокусировать их обратно, но это получалось все хуже и хуже. И, наконец, пол под его ногами качнулся, уходя в сторону, и Игорь невольно ухватился за стенку, вцепившись в гобелен.

— Все, началось, — сурово-насмешливо произнесла Охотница, останавливаясь. — Присядьте пока, отдохните, — добавила она сквозь зубы.

— Что началось? — спросил Игорь, послушно опускаясь на пол по стенке, чтобы не упасть от такого движения. Стены перед его глазами качались все сильнее.

— Зайчики, — усмехнулась она, не оборачиваясь.

Девушка прошлась по коридору, дергая ручки немногочисленных дверей. Но открытых не оказалось.

— Больно? — участливо спросил Кеша, присаживаясь рядом и осторожно дотрагиваясь до руки Игоря.

— Да нет, ерунда, — постарался улыбнуться Игорь, чувствуя, как голова кружится все сильнее и сильнее, и он, скорее всего, скоро повалится на пол, потеряв сознание.

Девушка вернулась.

— Все закрыто, — сказала она. — Придется здесь.

Она уложила Игоря на пол. Прямо на ковровую дорожку. Он не сопротивлялся. Закрыл глаза, чувствуя, как вдруг стал проваливаться куда-то в бездну, стремительно кружась. Затошнило.

Девушка достала из рюкзака чистый носовой платок, фляжку с питьевой водой, намочила, положила мокрую тряпочку на глаза. Ему стало полегче.

— Слышите меня? — донеслось до него словно сквозь толстую подушку. Девушка потрясла Игоря за плечо. — Ну-ка держитесь, не раскисайте.

Усилием воли он разлепил сухие губы в слабой попытке сказать 'да'.

— Ну вот и хорошо, — удовлетворенно произнесла девушка. — Скоро станет полегче. Полежите немного.

* * *

Минут через десять ему стало лучше. Он хотел было встать, но девушка решительно прижала его к полу.

— Лежите, — твердо приказала она. — А то через полчаса ходьбы снова свалитесь.

Он послушно лег. Охотница обновила воду на тряпке. Положила ему на глаза и лоб.