Каблешков

Вазов Иван Минчов

как демон неведомый, молот кузнечный

вздымался и ночью в работе извечной;

железо,

которое молот ковал,

к утру превращалось в разящий кинжал;

и юноши все, что могли, продавали,

опинцы кроили, оружье искали.

Предвидя застой и торговле конец,

торгует лишь оловом бледный купец!

Подростки, глумясь над турчином в подвале,

шептались и тысячи пуль отливали.

Сушили в селе сухари про запас;

мужик, хитровато прищуривши

глаз,

натягивал медленно обод железный

на ствол старой вишни. Работой полезной

он занялся, мудро друзей оглядев…

На пяльцах болгарский оскалился лев.

Из пушек смешных и из ласковых пяльцев,

голов белокурых и трепетных пальцев,

из этих трудов, из болгарских долин

возникнуть был должен герой-исполин.

Так в несколько дней, через мглу лихолетий,

народ сразу вырос на много столетий.