К тебе

Макгвайр Джейми

— Детка, — заворчал я. Обхватив её руками, я уткнул лицо ей в шею. — Я люблю тебя. Я просто пытаюсь уберечь вас с Мэдди.

Она повернулась ко мне, выставив перед собой телефон.

— Мне не нравится, что ты с такой лёгкостью врёшь мне в лицо! Что ещё ты от меня скрываешь?!

Я стоял, разинув рот. Прежде я не говорил ей о своём прошлом, потому что не хотел испортить момент. Теперь же я боялся, что Дарби бросит меня.

— Дарби, — вздохнул я. — Я рассказал тебе всё, что мог. Остальное не важно.

— Нет, зато возможность доверять

тебе — это важно. Иди ты к чёрту! Ты доказал, что Лэйн права!

Рывком открыв дверь, Дарби проковыляла к машине. Я кинулся бегом за ней, открыл ей дверь и помог забраться в машину. Дарби пристегнулась и уставилась прямо перед собой. К тому моменту, когда я уселся за руль, она уже плакала, закрыв лицо руками.

— Детка, прости меня. Пожалуйста, не плачь.

— Так Шон был здесь? Ему известно, где я?

— Главное, что ты под защитой. Он не сможет подобраться к тебе.

Дарби вытерла глаза, и её лицо приняло выражение, которое я давно не видел — с начала нашего знакомства. Она замкнулась в себе, оберегая себя от боли, страха и переживаний по поводу того, что может с ней сделать Шон. Она заползла обратно в свою скорлупу, пребывая там всю оставшуюся часть дороги до работы. Даже рождественские гирлянды, развешанные на домах по пути от нашего дома до гостиницы, не могли её отвлечь. Её слёзы высохли, а свет в них окончательно угас.

Я притормозил под козырьком и поставил рычаг коробки передач в положение «паркинг».

— Дарби…

— Я в норме, — отозвалась она, собирая вещи.

— Мы справимся с этим вместе.

— К слову, я никогда ещё не чувствовала себя более одинокой.

Она выбралась из машины. Я заглушил двигатель и прошёл за ней в гостиницу.

Майя заканчивала свою смену, выходя из компьютерной программы и натягивая ремешок от сумки на плечо. Она казалась измотанной.

— А где Лэйн? — поинтересовалась Дарби.

— Она не вышла в свою смену, — пожала плечами Майя. — Андер и Ставрос сейчас со своей семьёй, а ты вот-вот лопнешь. Так что… я осталась на вторую смену.

— Мне очень жаль. Она что, даже не позвонила?

Майя замотала головой.

— Извини, мне надо поспать. Увидимся утром.

— Весёлого Рождества, Майя. Будь осторожна за рулём, — сказала Дарби, раскладывая свои вещи и заходя в программу.

Мы остались одни в вестибюле, тишину нарушил лишь звук открывшихся и закрывшихся за Майей дверей. Включился обогреватель, под дуновением которого ёлочные игрушки, развешанные под потолком, принялись раскачиваться взад-вперёд. Я молчал, пока Дарби готовила своё рабочее место.

Она упорно хранила молчание, решая мою судьбу без моего участия. Я решил дать ей остыть, сесть в другом конце вестибюля и даже, возможно, заработать пару очков, заказав какой-нибудь еды, от которой Дарби не сможет отказаться — хоть я и не был голоден. Я набрал азиатский ресторан и отправил Наоми сообщение, пока ждал.

Наоми сочувствие не проявила, как я и ожидал. Она ведь говорила мне быть честным с Дарби. Я думал, что у меня всё под контролем.

Я выводил отряды из ситуаций куда более безнадёжных, поэтому и решил, что отказ Дарби встречаться со мной из-за того, что я был военным, был всего лишь заскоком, и я легко с этим справлюсь. Но я просчитался по всем фронтам.

Когда наконец доставили еду, мне пришлось начать есть, чтобы заманчивый запах наполнил вестибюль и Дарби отважилась подойти и забрать свою порцию. Она ела молча, глядя куда угодно, кроме меня.

— Дарби, — сказал я, когда она закончила.

— Убирайся, — ответила она, убирая остатки еды.

Я вернулся обратно в своё кресло и принялся ждать. Я ждал всю ночь, надеясь, что к концу её смены она будет готова выслушать мои аргументы — ну или хотя бы мольбы. За час до окончания её смены я предпринял ещё одну попытку.

— Я понимаю, что ты испытываешь злость, — начал я.

— Злость? Я чувствую себя преданной, обманутой… жертвой манипуляций… слово «злость» едва ли описывает мои чувства, — Дарби трясло от гнева, пока она говорила. — Ты прекрасно знал, как сильно мне не нравится, когда Вэл ковыряется в моём прошлом.

— Я лишь пытался разыскать Шона, Дарби.

— И давно ты знал? Когда он появился в Колорадо-Спрингс?

— Какое-то время назад, — ответил я, засунув руки в карманы, — Я не хотел, чтобы ты волновалась.

— Ты полностью забил на всё, о чём мы говорили — на мои чувства, мои права… ты не владеешь мной, Трекс. У тебя нет права принимать за меня такие решения.

— Нет, я не владею тобой. Но я люблю тебя и это даёт мне право пытаться заботиться о тебе наилучшим из известных мне способов.

— Я не могу быть с тем, кому не доверяю, — покачала она головой. — Пожалуйста, уходи.

— Дарби! — мой голос прозвучал громче, чем мне хотелось. Мой шок было легко принять за ярость. — Я не уйду. Давай всё обсудим.

Входные двери разъехались в стороны и Дарби натянула дежурную улыбку королевы красоты, которая быстро сменилась страхом. Она заморгала, отведя взгляд от вошедших. Я повернулся и увидел двух мужчин, в одном из которых я узнал пассажира из белого седана, припаркованного у гостиницы в ночь Дня благодарения.

— Счастливого Рождества, — громко поприветствовал нас мужчина, словно обращался к вестибюлю, заполненному людьми. На нём была гражданская одежда, но волосы были стандартной для военных длины. Черты его лица были заострёнными, подбородок был длинным и квадратным. Хоть он и был низковат по сравнению со вторым мужчиной, его рост всё же составлял не меньше ста восьмидесяти пяти сантиметров. Лёгкая щетина оттеняла его тонкие губы. Я сразу же догадался, кто он, стоило ему впериться взглядом своих прозрачных голубых глаз в Дарби. Зрачки у него занимали почти всю радужку, длинный нос чуть загибался книзу на самом кончике, a на подбородке красовалась едва заметная ямочка. Парень напоминал Курта Кобейна с неудачной стрижкой.