К чему приводит интерес
Шрифт:
Затем противник схватил за горло, и, тыча дулом глушителя в щеку, гаркнул, – без глупостей! Иначе размажу мозги по стенке!
Кристина никак не ожидала того, что противник броситься прямиком за ней, и, стреляя нарочито вверх, собьёт её с ног ударом в затылок и между лопаток. Она в темноте повалилась на какой-то стол и больно ударилась лицом. Её с силой оторвали от стола, повторно ударили лицом о деревянную поверхность и швырнули на пол, предварительно выбив пистолет.
Нападавший проговорил, – седьмой, две цели женского пола у нас!
Командир, войдя в
Пятый и шестой, заломив руки девушкам и тыча дулами в основание шеи, повели их к лестнице, наверх.
Кристина с болью в затылке и в подбородке мысленно просигналила с дикой тревогой, – нас взяли. Спасай!
Сокольский метнулся в сторону центрального холла. Злость бурлила в нём.
Перешагивая через трупы, он затаился у лестницы и притих, чувствуя только быстрый ритм сердца от адреналина, кипящего в крови. Ещё до него доносили отголоски и движение снизу.
– Я иду! – выдал юноша.
Кристина, покорно идя первой, сообщила ему об этом и добавила на всё том же мысленном уровне, – они нас убьют. Мы полностью безоружны.
Сокольский сжал рукоять винтовки, и, метя длинным стволом глушителя в сторону площадки, ответил, – не сразу. Им нужна информация. Тяните время!
Девушек вывели в холл и поставили на колени перед командиром. Высокий человек посмотрел на них сверху вниз, на двух юных красоток со свежими ссадинами на лице, одетыми в пижамы. Их внешний вид говорил о том, что их только что выдернули из постели. Элемент внезапности сработал. Пятый и шестой держали у их затылков дула автоматов.
Командир подошёл ещё ближе и выговорил с калифорнийским акцентом, – кто вы такие? Гражданские? Разведка?
– Мы туристы! А вы простите кто? – гневно бросила Кристина на таком же диалекте с приблизительным акцентом, глядя на человека кареглазым взглядом с испепеляющей энергетикой.
– На какую контору работаете? Отвечать! – скомандовал главный, держа палец на спусковом крючке автомата, направленного дулом в пол.
– На вашу. У вас будут проблемы с начальством! – уже взяла слово Бэль, тоже решив потянуть время, веря в то, что Сокольский сейчас жив и пытается что-то предпринять.
Главный подступил парой шагов к девушке с тёмно-синими глазами и больно схватив её за волосы, вывернул голову и прошипел, – не очень-то умно с твоей стороны шутить, женщина!
И главный так врезал Берковской в подбородок, что та повалилась на пол. Застонав, она вдруг обессилела и увидела, как кровь из разбитой губы капает на лакированный паркет.
– Тварь! – огрызнулась Кристина на английском. Спустя пару секунд и она получила ударом наотмашь по лицу.
Упав на пол, она сквозь боль и слёзы, внезапно выкатившиеся из глаз, выдала шепотом, – пора!
Сокольский вылетел из арочного проёма с двумя автоматами в руках и изрешетил головы двух противников, стоящих к нему лицом. Откинув автоматы, он на бегу выхватил из-за пояса пистолет, и, видя реакцию единственного противника, словно в замедленной съёмке, припал на пол и перекатился
Противник подорвал с пола брюнетку в бежевой пижаме. Прикрывшись пленницей, приставив к подбородку дуло, командир гаркнул, – вы покойники!
Анабэлла, с пляшущими искрами перед глазами, подметила возле себя автомат, валяющийся на полу. Она аккуратно потянулась к нему.
У командира в мозгу не укладывалось то, что случилось в течение пяти-семи минут во время захвата яхты. Вся его группа была мертва! Из-за кого!?! Из-за человека в шортах? Злость вскипела в нём с пущей силой, и он сжал горло брюнетки так, что она взвизгнула, а потом захрипела.
Сокольский не знал, что придумать. Но ему было видно то, что делает Берковская. Выкинув пистолет в проход, так чтобы противник видел этот жест, юноша нарочито громко произнёс, – я безоружен, не стреляй, давай обсудим ситуацию. У нас есть куча денег и ценностей. Мы заплатим тебе за свои жизни, можешь забирать всё, что находится здесь, а мы уплывём на катере к соседним островам! Боссам скажешь, что утопил нас в океане. Мы всё равно не видели твоего лица!
– Покажи своё для начала, а потом уже я отвечу тебе! – выпалил противник, держа мёртвой хваткой Кристину за горло.
Та добавила Александру мысленно, – не делай этого, он тебя подстрелит!
– На это я и рассчитываю! – мысленно ответил Сокольский и выдал громко вслух, – всё, я медленно поднимаюсь!
Юноша молил Вселенную о том, чтобы его идея дошла до сознания Берковской.
Аккуратно встав во весь рост и стоя за креслом, доходившим до пупка, Сокольский с поднятыми руками смотрел на Кристину и её лицо с взъерошенными волосами.
Противник перевёл дуло в сторону юноши и проговорил, – прощай!
Воздух вспороли пули и звук частых хлопков. Кристина взвизгнула, а Сокольский машинально зажмурил глаза.
Ни боли, ни ощущений.
Ничего.
Открыв глаза, Сокольский с болью в сердце увидел то, как противник упал вместе с Кристиной. Она сползла с него на пол, и, привстав, посмотрела на голову наёмника и простреленную линзу, защищающую глаза.
Сокольский кинулся к Кристине, и, подняв её на ноги, бегло осмотрел. Усадив любимую на длинный диван, юноша бросился к Берковской. Он помог ей подняться и усадил ослабленную брюнетку рядом с любимой, затем взял автомат противника в руки, сунул его Кристине.
Быстро оглядев все трупы, убедившись, что наёмники мертвы и больше никого нет, юноша собрал все переговорный устройства в одну кучу, и с пистолет с полной обоймой, спустя какое-то время уселся рядом.
Уставившись в потолок бегающим по потухшим лампочкам взглядом, Сокольский прошептал сиплым голосом, чувствуя, как подрагивает всё тело, – хорошее начало дня!
Спустя полчаса все семь тел лежали на палубе со стащенными с головы защитными шлемами. Сокольский удивился тому, что линзы не были пуленепробиваемыми, ровно, как и сама маска, скрывающая лицо.