К-10 (сборник)
Шрифт:
Голованов вздохнул и, не оборачиваясь, треснул обухом топора по двери.
– Павлов! Выходи, подлый трус! Дело есть на сто миллионов долларов!
– Врете, – сказал Шаронов. – Двадцать, ну двадцать пять. Больше не дадут. И столько-то не надо.
– Кто врет? Я рекламирую наш проект. Понимать надо разницу. Пав-лов! Вы-хо-ди!
Павлов не отзывался. Он наверху спал, уже без слез. И без сновидений.
Будто мертвый.
Смеркалось, но биотех и биомех все сидели на крыльце.
Из-за забора угрюмыми
Эпилог
Грабитель нырнул в дверь заброшенного склада. Патрульная машина, скрежеща тормозами, притерлась к стене.
– Еще чуть-чуть, и ободрали бы краску из-за этого гада! – возмутился Дарре, старший экипажа, заглядывая в щель между стеной и бортом автомобиля. – Поймаем, надаю по роже. Скажу, что так и было.
Его оператор Рено взялся за микрофон.
– Полиция!!! Выходите с поднятыми руками!!!
От рева динамиков задребезжали стекла в редких окошках под крышей склада.
Дарре медленно отвел машину назад, метров на двадцать. Теперь патрульные видели стену от угла до угла и легко могли контролировать все двери.
– Ты уверен, что там сзади по-прежнему заколочено? – спросил Рено.
– На этом складе буквально вчера зажали такого же кретина. Я почему нашего клиента и гнал именно сюда.
– Ну-ну… – Рено щелкнул клавишей. – Эй, ты, кретин!!! Сдавайся по-хорошему!!! Ты в западне!!! Там выхода нет!!!
Кретин сдаваться по-хорошему не захотел. Скорее всего, он сейчас метался вдоль задней стены. Или уже понял, что влип, и теперь искал укромное местечко в надежде спрятаться. Наверняка склад был захламлен дальше некуда.
– Как думаешь, есть у него пушка?
– Нет, – убежденно сказал Дарре. – Но действовать будем по инструкции. Это приказ.
Он подумал и добавил, совершенно непоследовательно:
– Парень черный, а у черного всегда может быть оружие. Чем меньше черному нужна пушка, тем вероятнее, что он ее таскает. Например, чтобы отбиться от другого черного, у которого тоже есть пушка. Такая вот у них кретинская социальная психология.
– Дерьмо, – меланхолично резюмировал Рено, сунул микрофон старшему и полез из машины.
– Эй, кретин!!! – позвал Дарре. – Последнее тебе предупреждение!!! Либо ты сам выходишь, либо за тобой пойдет кадис!!! Понял?!
Снова задребезжали стекла.
Рено открыл заднюю дверцу и звонко щелкнул языком.
На что бы он ни рассчитывал, от этого щелчка совершенно ничего не изменилось в расплавленном июльским солнцем пригороде Марселя.
– Дерьмо! – сказал Рено, на этот раз уже с выражением, вытащил из кармана небольшой брелок и нажал кнопку.
Брелок тоже щелкнул. С тем же результатом.
– Дерьмо! – заорал Рено и потряс брелоком, выдав целую серию щелчков.
Из двери на асфальт плавно вышагнул – будто перетек – и тут же уселся, обвив хвостом задние
Помимо драных ушей, еще кадис носил шрам на переносице, несколько серьезных отметин по бокам, левое бедро у него оказалось слегка вывернуто и с заметной проплешиной.
2
Ka-dix (фр.) – ка-десять. Произносится с ударением на «и».
– Очень жарко, – сообщил Дарре. – Электроника перегрета. Вот и заедает.
– Где? В пульте или в этой толстой рыжей скотине?
– Везде. Сейчас подключишься, тебя наверняка заклинит тоже.
Рено вознамерился было что-то сказать, но потом только рукой махнул.
– Эй, кретин!!! У тебя десять секунд на размышление, потом кадис стартует!!!
– А если там все-таки есть выход? – спросил Рено, вытаскивая из машины комплект брони. – И мы тут как два последних идиота… На адовой жарище…
– Ты одевай киску, – посоветовал Дарре. – Есть выход, нет выхода – какая разница? Выход – понятие сугубо философское. Умозрительное. Его может не существовать в принципе. Зато инструкция – вот что точно есть. По ней и будем действовать.
– Дерьмо… – буркнул Рено. Хлопнул кота по плечу, тот нехотя встал. Рено набросил на спину животного бронепопону и затянул подпругу.
– Старый верный боевой конь, – сказал Рено почти ласково, украшая кота бронемаской. Отошел на шаг, оценивающе пригляделся. – Мой Бог, ну и страшилище!
Кадис опять уселся. У него были мутные глаза существа, которому все на свете давно осточертело. Сейчас, заключенные в прорези маски, глаза эти казались абсолютно искусственными.
Рено вернулся на переднее сиденье, достал из «бардачка» громадные черные очки с рожками антенн по бокам и легкие открытые наушники, оснастил этой гарнитурой свою физиономию и стал выглядеть немногим лучше, чем кадис. На правую руку он натянул перчатку «летучей мыши» и слегка пошевелил двумя пальцами.
Кадис вскочил, прыгнул вперед и довольно резво пробежался туда-сюда перед машиной.
– Интересно, – пробормотал Рено, – нам дадут когда-нибудь русскую кошку? Или мы так и уйдем на пенсию с этим дерьмовым роботом в обнимку?
– Кадис столько не протянет, – уклончиво ответил Дарре. – И потом, ты же его любишь, разве нет?
– Конечно, люблю, – согласился Рено. – Сколько мы всего пережили вместе! Но после него я хочу русскую кошку. Устал. С таким ограниченным набором команд слишком многое приходится делать самому. Что за несправедливость, почему у русских получаются нормальные кошки, а наши…