Изыскатель

Назимов Константин Геннадьевич

— На той стороне всего можно ожидать, в позиционировании перехода я не уверена. Без меня не найдете ни Стаса, ни парней, ни груза.

Она словно предвидела, точка перехода сбилась, но они оказались на развилке дороги, там где совсем недавно байкерша свернула в сторону маковой плантации.

— Нам туда! До места где-то километр! — указала направление Валена.

В этот момент, словно подтверждая ее слова, заработал крупнокалиберный пулемет, а в ответ зазвучали автоматные выстрелы.

— Это там травник? — прищурился Громов и не дожидаясь ответа от Валены скомандовал: —

Борзых, Сергеев, на вас дама! Беречь как родное дитя! Остальные, бегом и запустить сканирование местности. Приготовить артефакты, огнестрел пускать в работу только в крайнем случае!

Спецназовцы активировали щиты и трусцой направились в сторону несмолкаемой стрельбы. Там уже раздалась пара взрывов, пулемет стал огрызаться короткими очередями. Неожиданно воцарилась тишина, от которой резко побледнела Валена и воскликнула:

— В засаде так же произошло! Какой-то купол тишины поставили, а потом появилось несколько големов-муравьев! С ними не так-то просто справиться.

Глава 3. Всесильных нет

Где-то в отдалении раздался грохот и прозвучал взрыв. Несколько выстрелов заставили на секунду замереть, но потом я продолжил извлекать кусок пластика из раненого. Осознаю, что Шестерне требуется срочная и сложная операция, возможно с заменой поврежденного органа. Нет, можно справиться и магией, если влить огромное количество энергии и предусмотреть побочные явления. Дело в том, что источник парня вряд ли выдержит, как и другие жизненно-важные органы. Впрочем, проверить это вряд ли удастся, нет тут больших магических потоков.

— Хозяин, ловушки сработали, — проинформировал Жейдер. — Камнями дорогу завалило, машины не проедут, но человек десять в нашу сторону спешат. У них оружие и они тащат два ящика, очень похожих на те, что в пикапе.

— Одаренные среди них есть? — уточнил я, откинув в сторону вытащенный из Шестерни обломок пластика и положив на его живот ладонь.

— Есть, в том числе и активны какие-то артефакты, — ответил голем и уточнил: — Мои действия? Нападать или установить защиту?

Черт! Не могу залечить рану, даже кровь и та не останавливается, происходит отторжение источником парня моих посылов, он их начал воспринимать, как опасные. Это очень плохо! Следует заблокировать магию гонщика и произвести точечное лечение.

— Хозяин! Стас! Нас берут на прицел! — воскликнул хорек.

— Ставь щит, но чтобы мы могли ответить ударом на удар, — выдохнул я и предпринял еще одну попытку подчинить источник парня.

Не удалось, энергию он принял, а вот посыл проигнорировал. Большая часть магии направилась в мозг парня, словно у него не гибнет орган в животе. Прозвучало несколько выстрелов, пули заблокировал щит. Мой питомец предупредил, что бесконечно он не сможет сдерживать удары. У меня к этому времени магической энергии почти не осталось. Подхватил автомат и переместился за турель в пикап. Благо пулемет простой, патронов в ленте много. Пару секунд разбирался с конструкцией, снял предохранитель и повел стволом, выискивая цель. Нажал на спусковой крючок, первая пуля полетела в нужном направлении, а вот оставшиеся ушли в небо. Из-за отдачи

задрался ствол и десяток выстрелов я смазал. Зато нападавшие, которые мелькали среди скал, затаились.

— Ага! Боитесь! — воскликнул я.

Радовался недолго, в выставленный Жейдером щит ударило несколько молний. Кто-то из одаренных решил проверить магическую защиту. Следом прозвучало несколько автоматных очередей и вновь замелькали фигуры врагов. Ну, отсиживаться не стал, огрызаюсь огнем и экономлю патроны. Боевики вроде и не атакуют, больше делают вид. Произвели несколько выстрелов из гранатометов, но и они нам с хорьком вреда не причинили.

— Хозяин! Активирован какой-то артефакт! — воскликнул хорек. — Еще один!

Да я уже и сам увидел наших старых знакомых. Муравьи-големы, сверкая броней спешат к нам и, подозреваю, не для разговоров. Длинная очередь и пули рвут защиту одного из созданных магических существ. В него еще и молнию Жейдер кинул.

— Первый уничтожен! — докладывает хорек и мрачно предупреждает: — Щит удержу минут пять, не больше. Атаковать не могу, трансформация невозможна.

— Если погибну, то ты должен уйти и добраться до Гербера и ему все рассказать, — сделал наставление своему питомцу, стреляя короткими очередями по приближающемуся вражескому голему.

У того хорошая защита, пули вязнут перед ним и меняют направление. Тем не менее, я продолжаю жечь патроны, надеясь, что запас энергии у муравья иссякнет. Пулемет замолкает, нет в нем больше зарядов. Подхватив автомат я выпрыгиваю из кузова и припав на колено выцеливаю врага. Выстрелить не успеваю, несколько ледяных копий пронзают вражеского голема. В горах звучат одиночные выстрелы, защита вокруг меня исчезает, а Жейдер докладывает:

— Угроза ликвидирована, у меня два процента энергии, к нам подмога пришла. Валена их привела.

— Вот и славно, — шепчу я и приваливаюсь к колесу джипа.

Оружие положил на колени, но из рук не выпустил. Наблюдаю, как ко мне спешит Громов и байкерша, которых сопровождают несколько военных, водящих в разные стороны стволами автоматов.

Настроение ниже плинтуса, нет радости от удачного исхода боя. Шестерню не вернуть, парень умер, его источник перераспределил все жизненные силы на восстановление повреждения головы и не обращал внимания на другие раны. Что это за сбой? Как так получилось и не моя ли в этом вина? Селезенку-то поместил в кокон, который мог ввести в заблуждение магию парня. Но с другой стороны у меня не имелось выбора.

— Стас! Не стреляй! Свои! — проорал Громов.

Я отбросил от себя автомат, а потом еще и ногой его отшвырнул, после чего встал. Святогор пока держится, но и он на грани.

— Быстрее! — вяло махнул рукой.

Роман Омарович подошел ко мне держа девушку за локоть, двое стражей раскрыли ранцы и что-то делают Святогору.

— Когда ты прекратишь совать нос не в свои дела? — вместо приветствия, заявил Громов.

— Это вместо спасибо? — криво улыбнулся я.

— Ладно девушка, перенесла стресс, растерялась, бросилась к тебе за помощью, — продолжил Громов, — ей простительно! Но ты-то мог понять, что в таких делах необходимо сообщать руководству!