Изумруды Урала

Сироткин Николай

– Был и пятый, заслуженный человек, настоящий фельдмаршал, командовавший армией и побеждавший турок – Бурхард Христоф Миних. Я понимаю, что он был лишен звания и находился в ссылке, но он был жив, здоров и мог возглавить русскую армию, однако его кандидатура никак не устраивала императрицу. К сожалению, Феденька, у нас судят о людях не по их способностям, а потому, насколько гибок их позвоночник и сладкоречив язык, забывая о том, что лесть и низкопоклонство редко уживаются с умом и талантом. Впрочем, все это ты знаешь не хуже меня.

– Не нами это заведено, Александр Романович.

– Не нами, Федя, не нами, здесь ты прав, но нам приходится жить по этим правилам и если не прогибаться и не льстить, то долго на своем

месте не просидишь. Ладно, если человек достойный, там не грех лишний раз и поклониться пониже, а, ведь, как правило, ослы, типа последнего фаворита матушки Екатерины, упокой господь ее душу – Платошки Зубова. Ведь дурак дураком, а гонору столько, что на хромой козе не подъедешь. Нахапал должностей, сидит за столом, обложился бумагами, а у самого ни одной мысли в пустой голове. Сколько раз я докладывал ему, что нужно прекратить чеканить из пуда меди шестнадцать рублей, поскольку, реально пуд меди стоит уже двадцать рублей. Простой народ быстро сообразил и вместо того, чтобы покупать медь для изготовления посуды, стал переплавлять медные монеты, уменьшая тем самым объем денежной массы в государстве. Казна несет огромные убытки, а этот осел, прости господи, ничего не делает. Уже после моей отставки он представил на «Высочайшее усмотрение» проект перечеканки монет из расчета тридцать два рубля из пуда. Добро бы сам додумался, а то ведь раскопал в архиве изъеденный мышами проект покойного Петра Ивановича Шувалова, тридцатилетней давности, переписал и выдал за свое детище.

Павел I отменил проект Зубова, подписанный Екатериной, и вернулся к прежней системе, но Ростопчин решил не устраивать диспут на столь щекотливую тему, а воспользовавшись ситуацией развернуть разговор в нужное ему русло.

– Я слабо разбираюсь в этих вопросах, Александр Романович, собственно говоря, именно поэтому я и решил, побеспокоить вас, вы уж извините за прямоту.

– О чем ты, Федор, какие извинения? Понятно, что ты приехал по делу, неужели думаешь, я поверю, что ты отмахал сто верст, просто для того, чтобы справиться о моем здоровье. Но, все равно я рад, что твоему визиту. Давай так, сейчас пообедаем, чем бог послал, а уж потом и поговорим о твоих делах. Разносолов не обещаю, но сыт будешь.

После сытного обеда собеседники вернулись в кабинет хозяина и за бокалом французского шампанского, привезенного Ростопчиным, продолжили беседу.

– Так, какие у тебя там трудности, Федор?

– Есть вероятность, что из России в Европу уходит товар на очень большую сумму.

– Минуя таможню?

– Да, именно так.

– Это всегда было, тут ничего нового нет. О какой сумме идет речь?

– Трудно назвать точную сумму, будем считать, что речь идет о миллионе рублей.

– Поверь мне на слово, Федор, вывезти из России товар на один миллион рублей минуя таможню невозможно.

–Этот товар возможно.

– Сделай милость, просвети старика, что это за товар такой?

– Изумруды! Один фунт ограненных камней может стоить миллион рублей и больше!

– Но, в России нет изумрудов!

– Официально считается, что их нет, но ведь до недавнего времени считалось, что и золота в России нет. У меня пока что нет неопровержимых доказательств, поэтому рассмотрим эту ситуацию чисто гипотетически.

– Согласен, но сразу скажу, что дела твои плохи – отследить этот груз ты не сможешь.

– Это я прекрасно понимаю, Александр Романович, и не собираюсь зря тратить силы и время. Я хочу зайти с другой стороны – попробовать проследить оплату и именно поэтому обратился к вам. Камни товар удобный, в кармане помещается целое состояние, но вот вопрос: как это самое состояние переправить в Россию?

– Приятно иметь дело с умным человеком!

– Вы мне льстите, Александр Романович.

– Это не лесть, Федор, а констатация факта. Теперь к твоему вопросу. Ты не допускаешь, что деньги просто оседают в европейских банках?

–

Часть денег, может быть, и остается в Европе, но основная масса должна вернуться в Россию, поскольку, именно здесь добываются и обрабатываются камни, а содержание предприятий, даже подпольных обходится дорого.

– Ты представляешь, Федор, сколько весит миллион рублей серебром?

– Полторы тысячи пудов.

– Правильно. Увести такую тяжесть можно только на корабле.

– Контрабанда?

– Именно, но как только экипаж узнает, что находится в трюмах, я не поставлю и ломаного гроша на то, что груз будет доставлен по назначению.

– Тогда, как?

– Не знаю, Федор, что придумали твои дельцы, но могу рассказать, как поступали русские и польские купцы в схожих ситуациях.

– Очень интересно послушать, Александр Романович.

– Так, вот, мы тогда обсуждали падение рубля на Амстердамской бирже. Курс рубля в 1787 году равнявшийся тридцати девяти стюйвертам вдруг, в течение шести лет упал до двадцати двух стюйвертов, что вызвало сильное беспокойство, как среди купечества, так и в правительственных кругах. Одной из причин называли отрицательный торговый баланс, но, официально по ведомостям баланс был положительный. Уже тогда я заявлял, что все эти ведомости обычная туфта, что импорт России значительно превосходит экспорт.

– Я что-то не совсем улавливаю связь?

– Не торопись, Федор, сейчас все поймешь. Итак, первое, на что я указывал это мздоимство на таможне, где за взятку занижались объемы ввозимых товаров. Это понятно?

– Да, это я понял.

– Хорошо, пойдем дальше. Ты когда-нибудь слышал о том, что из России сухопутным путем постоянно ходят купеческие караваны в Европу, в основном в Силезию?

– Первый раз от вас слышу.

– Вот, а на самом деле это так. Русские купцы везут в Европу наши товары: юфть, сало, меха, мед и воск, а обратно в Россию европейские товары. Самое интересное, что русские купцы продают в Европе не только товары, но также повозки и лошадей.

– А, на чем же они везут товар в Россию?

– Сами купцы возвращаются домой пешком, а оплаченные товары им отправляют морем. Поверь мне, схема отработана десятилетиями и работает безотказно.

– Если я правильно вас понял, Александр Романович, то в моем случае, продавец изумрудов получает не наличные деньги, а товары на означенную сумму, которые морем доставляются в Россию.

– Абсолютно верно, Федя. Смотри: из России ушли изумруды на миллион рублей, но об этом никто не знает, это нигде не отражено и таможенные пошлины не уплачены. Зато в Россию пришло товаров на этот миллион, вот тебе и отрицательный торговый баланс. Однако это ошибочное мнение! Данный товар никто официально не оплачивает и миллион российских рублей остается в стране, а не уходит на Запад, плюс уплачены все обязательные пошлины с товара. Фактически, получается, что этот самый товар как бы произведен в России. Если все действительно так, то твой любитель изумрудов не преступник – он гений. Такие люди на вес золота, ему бы руководить коммерц-коллегией, вместо нашего поэта-алкоголика Державина. Наша главная беда, Федор – непрофессионализм. Мы много кричим на всех углах, какие мы великие, а как доходит до дела, получается пшик! Возьмем того же Державина, ведь прекрасный поэт, ну так и слагай вирши, зачем тебе лезть в президенты Коммерц-коллегии, если ты в этом ни черта не смыслишь? Ратовал за развитие внешней торговли, не понимая простой истины, что прежде чем что-то продать, нужно это что-то иметь. В России не развита обрабатывающая промышленность, нам нечего предложить Европе, кроме даров леса и продуктов сельского хозяйства. Посмотри на список экспортных товаров, там сплошь одно сырье, в лучшем случае полуфабрикаты, а где продукция? То, что производят на наших заводах и мануфактурах по качеству значительно уступает европейским аналогам, и никому там не нужно даже задаром.