Изнанка террора
Шрифт:
Затем полковник поехал на такси в Контору, а мне поручил отвезти Ваху в то место, откуда «Эмир» самостоятельно отправится к родственникам, закулисным хозяевам нескольких торговых точек на одном из городских рынков.
Справившись с этим заданием, я отогнал «Волгу» в конторский гараж и неторопливо двинулся к ближайшей станции метрополитена. В хлопотах по вербовке и засылке Вахи день пролетел незаметно, сменившись душным, испорченным выхлопными газами вечером. Оранжевое солнце палило нещадно. Не иначе отыгрывалось за утреннюю холодность. Листья деревьев посерели от пыли. Часы показывали половину седьмого, и множество людей возращалось с работы: кто на личном, кто на общественном транспорте. Густой поток легковушек на проезжей части, переполненные автобусы и троллейбусы, потные толпы на тротуарах. У входа в метро – человеческий водоворот. В вестибюле
лодая пара (парень и девушка), стоящая возле закрытого журнального киоска. Я насторожился. Девушка была одета явно не по сезону: в грубое шерстяное платье, свободно болтающееся на худых плечах. А лицо парня показалось мне смутно знакомым, причем ассоциировалось с чем-то враждебным. Я поднапряг память и… батюшки-светы!!! Лечи! Сынок покойного Юсуфа Мамедова, собственной персоной! Уцелел-таки, гаденыш. А я думал, весь их клан зачистили под корень…
С Мамедовым-младшим я познакомился в начале осени прошлого года. Тогда проводилась операция по выявлению группы предателей в нашем ведомстве [11] . Означенные предатели «крышевали» банду Юсуфа Мамедова, промышлявшую работорговлей и наркотиками под сенью популярного ночного клуба «Кактус» и грузоперевозочной фирмы «Юнона». События развивались бурно. Вашего покорного слугу поочередно пытались убить то чеченцы, то «оборотни», то подчиненные Мамедову-старшему цыгане-наркоторговцы. Впрочем, ближе к делу. В процессе одного из боестолкновений с нукерами Юсуфа (перешедшего в рукопашную) я пырнул Мамедова-младшего в пах остро заточенной огородной лопатой и таким образом невольно кастрировал. К вечеру того же дня мамедовских бандитов и наших предателей накрыли «чистильщики» генерала Маркова. О постигшей подонков участи распространяться не стану. Думаю, и так понятно. Но вот кастрат Лечи умудрился выжить. Наверное, потому, что в момент «раздачи призов» валялся на больничной койке и о нем попросту забыли.
11
см. повесть «Оборотни в погонах»
Незаметно приблизившись, я услышал тихий, писклявый голосок Мамедова-младшего.
– Метро отменяется, – по-чеченски сказал он. – Видишь у дверей мента с собакой? Как пить дать на взрывчатку натаскана. Ты полезай в автобус или троллейбус, в самую гущу, и там замкнешь контакты. А я проконтролирую. Понятно, Эльза?
– Да, – бесстрастно ответила она.
Я похолодел. Рядом со мной, в трех шагах, стояла «живая бомба» с куратором. «Пояс» у нее, похоже, здоровущий. Недаром она надела платье-балахон. Под обычным будет выпирать, привлечет внимание. Шахидка может самостоятельно привести в действие адскую машину, но, видимо, ей не особо доверяют. «Женщина! Человек второго сорта». Вдруг спасует в последний момент?! Тем паче был прецедент у одной из гостиниц. Поэтому за смертницей присматривает террорист мужского пола, и в случае чего он активирует взрывное устройство при помощи дистанционного управления… Между тем к остановке подошел переполненный автобус. «Живая бомба» устремилась к нему, куратор сунул руку в карман. Времени на размышления больше не оставалось, я выхватил пистолет и всадил обоим по пуле в голову. Брызнувшие мозги заляпали прохожих. Фактически обезглавленные тела мягко повалились на асфальт. В окружающем гомоне, шуме и сутолоке никто из людей не расслышал слабые хлопки моего «ПСС» и не обратил внимания на стрелявшего. (Уничтожив террористов, я быстро спрятал оружие обратно.) Зато милицейская собака породы бульдог моментально вычислила «злодея», сорвалась с поводка и косолапо ринулась ко мне.
Убивать или калечить честную псину у меня не было ни малейшего желания, но испытать на своей шкуре «мертвую» хватку бульдога тоже не хотелось. В итоге я принял компромиссное решение и, с ловкостью обезьяны, запрыгнул на крышу журнального киоска.
– Ни с места, руки за голову! – вскинув автомат, заорал молодой сержант, хозяин собаки. Палец парнишки нервно подрагивал на спусковом крючке. В глазах читалось страстное желание «мочить в сортире». Пардон, на крыше киоска. Расталкивая народ, к нему на подмогу спешил напарник: грузный, с погонами старшины и с недоеденным пончиком во рту.
– Расслабьтесь, ребята, и не торопитесь стрелять, – положив ладони на затылок, спокойно сказал я. – Лучше поднимите у девки платье. Осторожно! На ней пояс шахида. К бомбе не прикасайтесь.
8
Прошло несколько дней, но ощутимых подвижек в деле о взрыве на Березовой по-прежнему не было. Обстановка в Конторе стала невыносимой. Измученные, затюканные сотрудники старались не попадаться на глаза начальству, которое метало громы и молнии и щедро раздавало нагоняи кому придется. Особенно доставалось оперативникам. Их обзывали тупыми, ленивыми, даром хлеб жрущими и т. д. и т. п. Один я числился в героях. Ну как же! Предотвратил крупный теракт, спас десятки мирных граждан и малость обелил руководство ФСБ перед президентом и общественностью. Вот офицер, достойный подражания! Не то, что вы все – олухи и бездельники!!!
Меня даже представили к правительственной награде. (А нас ими не слишком балуют.)
Тем не менее я держал ухо востро и с начальством (за исключением Рябова) общаться избегал. Оно ведь такое, начальство наше, – гладит тебя ласково по головке, а потом вдруг бац – затрещину влепит! Либо старую провинность вспомнит, либо просто для профилактики…
Наконец ранним субботним утром меня разбудил телефонный звонок Рябова.
– Весточка от Эмира, – лаконично сообщил он. – Встречаемся через час, на объекте номер два.
Я соскочил с постели, торопливо умылся, почистил зубы, оделся, выбежал из дома и принялся ловить такси. «Объект номер два» на кодовом языке означал новый, год назад насаженный, парк у кинотеатра «Казань». Находился он в районе новостроек, на западной окраине города и как нельзя лучше подходил для конфиденциальных бесед. Особенно с утра пораньше. Народу – никого. Территория большая, но деревца молоденькие, тонкие, и видимость вокруг превосходная. Нежелательного «гостя» или подозрительную машину замечаешь издали…
Я опоздал на целых десять минут (с таксистом не повезло), однако сверхпунктуальный шеф, казалось, вовсе не заметил столь вопиющего нарушения дисциплины. Глаза полковника хищно поблескивали, по губам блуждала мечтательная улыбка, и я понял: лед тронулся! Мы близки к завершению операции. (Тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить.)
– Сегодня вечером Умар Халилов встретится с Профессором в ресторане «Золотое блюдо», – подтвердил мои догадки Рябов и плотоядно мурлыкнул: – Ай да Ваха! Ай да молодец! Недаром на него время потратили!!!
Затем, довольно потирая руки, он начал вводить меня в курс дела. Асланов оказался агентом на удивление ретивым, и его «весточка» представляла собой подробный, детальный отчет. Похождения новоявленного «Эмира» вкратце выглядели так: через рыночных родственников Ваха пустил по диаспоре слух о своем чудесном спасении из захваченной спецназом усадьбы, и уже спустя сутки на него самостоятельно вышел бывший Хозяин. Встреча прошла в теплой, дружественной обстановке. Очевидно, Халилов успел связаться с предателем в Конторе и убедился в железном алиби Асланова. Поспешное бегство из собственного дома Умар объяснил важными, неотложными делами (о предстоящем штурме он якобы не знал) и лицемерно погоревал о гибели десятка с лишним «верных нукеров». Похоже, господин Халилов был невысокого мнения об умственных способностях Вахи. Тем не менее, исходя из принципа «хоть дурак, зато преданный», он предложил Асланову возглавить свою новую охрану и отдал под его начало пять отборных воинов, недавно прибывших из Чечни. В отчете содержались их имена, фамилии, краткие личностные характеристики, а также номера и серии паспортов, выданных неделю назад Марьяновским ОВД. По словам Эмира, Халилов соблюдал строжайшую конспирацию, сильно изменил внешность и никогда не ночевал дважды в одном месте. Поэтому сдать Хозяина раньше у Вахи не получалось. Но вчера утром Умар велел Асланову наведаться в ресторан «Золотое блюдо», тщательно изучить обстановку, все входы и выходы, а потом сказал: «Завтра вечером я ужинаю там с Профессором. Он прибудет один, без охраны. Сможешь обеспечить безопасность нас обоих?!»
– Без проблем! – гордо заверил Ваха и тут же набросал на бумаге схему расположения боевиков в окрестностях стола Хозяина, пометил возможные траектории ведения огня и пути отхода в случае непредвиденных обстоятельств. (Копия этого наброска прилагалась к отчету.) Вахин план (действительно толковый) Халилову понравился, и он приказал действовать в строгом соответствии с ним. В конце отчета Эмир просил дать возможность уйти из ресторана не только ему, но и еще одному боевику, некоему Муслиму Беноеву. Иначе, мол, диаспора заподозрит в предательстве…