Измеритель
Шрифт:
– Мне надо, чтобы ты свел меня с продавцами черного рынка.
– Во как? – он даже откинулся на спинку стула и сразу стал похож на того старого Димку, которого она помнила. – А зачем?
– Мне надо, Дим, не спрашивай… надо.
– Не, так не пойдет, меня спросят, и я спрашиваю. Ты же понимаешь, что там торгуют не совсем законно?
Алинка кивнула. Она-то как раз понимала это хорошо.
– Ну, мне надо… это… – и тут ее осенило. Она достала кулоны и выставила на ладошке перед парнем. – Вот продать надо. Максим принес. Это ж незаконно, что в обход таможни. И много мне не дадут,
– Чего это ты от подарков Максимыча избавляешься? Надоел, как и я? – вид у Димки был очень довольный. Вывод, хоть и неправильный, девушку вполне устраивал, и она не собиралась объяснять истинную причину.
– Не твое дело, – буркнула она и спрятала кулоны в кулачке.
– Ладно, помогу. Святое дело – насрать в компот конкуренту, – он поднялся из-за стола. – Жди меня тут.
Алинка проводила взглядом бывшего возлюбленного и покачала головой. «Да, совсем деградировал. Раньше он при мне таких высказываний себе не позволял».
Димка появился, наверное, минут через сорок, когда терпение у девушки иссякло и она уже собралась сама искать выход на таинственных продавцов. Остановившись в дверях столовой, он махнул ей рукой и коротко произнес:
– Пойдем.
Они долго шли по коридорам и цехам огромного подземного завода и даже поднялись на верхний полуразрушенный и, как думала Алина, заброшенный уровень. Девушка бывала там лишь дважды – в детстве. Место это слыло среди жителей нехорошим. Бродили даже слухи, что здесь видели призраки захороненных сразу после удара людей. Вот дети и бегали туда пощекотать нервы. Алинка до сих пор помнит, как они с сестрой с визгом улепетывали с этого уровня, услышав какой-то стук. Да, если где и могли обитать легендарные продавцы, то только в этом месте.
Дмитрий подошел к неприметной двери и отбарабанил какой-то ритм. После чего добавил малопонятную фразу: «Спартак чемпион». Лязгнул засов, и в образовавшейся щели появился глаз.
– Привел, – произнес Димка и отошел в сторону.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Никита. Опершись на косяк своей травмированной рукой со знаменитым протезом-крюком, из-за которого к нему крепко приклеилась кличка Пират, он посмотрел в коридор.
– Заходи, – кивнул он Алине. И, узрев, что сопровождающий устремился за ней, твердо сказал: – А ты тут постой. Если что, стукнешь.
Мужчина скорчил недовольное лицо, но ослушаться не посмел.
Когда дверь за Алинкой закрылась, она не на шутку испугалась. Ведь о том, что она здесь, не знает ни одна душа. Она в полной власти этого странного человека. Не зря же его зовут Пират. Но Никита, как будто не замечая сомнений и страхов девушки, прошел в комнату и уселся за грубо сколоченный стол.
– Ну, что у тебя, показывай.
Немного суетясь, она достала из кармана украшения и выложила их на стол.
Никита, подцепив крюком лебедя, поднял на уровень глаз и долго рассматривал. Потом, взяв здоровой рукой дельфина, быстро рассмотрел и его. Девушка даже испытала некоторую ревность, что кулон сестры понравился ему больше.
– Сколько ты за них хочешь?
– Я не знаю, – Алинка смутилась. – Мне нужно оружие.
Никита ухмыльнулся:
– Какое оружие? С кем ты воевать собралась?
Этот
– Мне для поверхности. Оружие и боеприпасы к нему.
Никита откинулся на спинку стула и долго смотрел на девушку.
– Я не буду тебя отговаривать – это не мое дело. Но ты хоть понимаешь, куда собралась? – Он многозначительно положил протез на столешницу, как иллюстрацию поспешности и необдуманности ее решения.
– Да… Мне нужно оружие, – Алинка решительно кивнула.
Пауза затянулась, продавец смотрел на девушку, а та ерзала на табурете. Наконец, буркнув под нос что-то вроде «А мое-то, какое дело», продолжил.
– Хорошо. За это… – он указал крюком на фигурки, – я тебе дам складной карабин «кедр» с двумя обоймами и снаряженный «макаров». Все, больше не могу. По рукам?
– По рукам, – тихо согласилась Алина. Выбирать не приходилось. И это лучше, чем ничего.
Он сгреб фигурки и положил их в карман.
– А оружие… – у Алины было ощущение, что ее обманывают, что кулоны она потеряла навсегда, а в обмен ей ничего не дадут.
Никита улыбнулся.
– Сейчас. Не волнуйся – фирма гарантирует, – он поднялся и направился к монолитной бетонной стене. «Поколдовав», он легко отодвинул ее в сторону, стена оказалась всего лишь бутафорией, и скрылся за тонкой перегородкой. Через некоторое время вышел с небольшим рюкзаком. Водрузив баул на стол, он достал из его чрева новенький, еще в смазке, карабин с откидным прикладом девятого калибра, старый, но вполне сносный «макаров» и добротный охотничий нож. – Это в качестве бонуса, – после чего прямо в рюкзак отсчитал пятьдесят девятимиллиметровых патронов и загрузил все оружие обратно.
– В расчете?
Алина кивнула и сгребла рюкзак, как величайшее сокровище в своей жизни. Пробурчав что-то вроде благодарности, выскочила из комнаты и под недоуменным взглядом Димки побежала в сторону лестницы.
* * *
Она так и бежала, изредка притормаживая, переходя на шаг, чтобы не привлекать внимание случайных прохожих, до самого дома. Тяжело дыша, заскочила в комнату и прижалась спиной к двери. Ирина сидела за их маленьким столиком, на котором была навалена целая куча различных схем и карт. Девушка подняла глаза от одной из них.
– Получилось?
– Ага, – воздуха не хватало, а в горле все пересохло. Алинка никак не могла восстановить дыхание после быстрого бега и пережитых приключений. Адреналин бурлил в крови от осознания: она только что совершила экстремально незаконную сделку. – Купила…
Девушка наконец-то оторвала от себя рюкзак и высыпала все содержимое прямо на кровать. По маленькой комнатке сразу разнесся специфический запах. Так могло пахнуть только оружие: металлом, оружейной смазкой. Ирина принюхалась и привстала, чтобы посмотреть на принесенное сестрой добро. Зрелище ее впечатлило. Горка патронов поблескивала на вороненом металле пистолета и складного автоматического карабина. Но особенно ей почему-то понравился нож: такой большой, с резной деревянной ручкой в кожаных черных ножнах. Вот его она точно возьмет себе, не надо ей никакого автомата или пистолета, да и стрелять-то она толком не умеет.