Измена

Грэй ЕлеNа

— Ты редко плаваешь, — верно подметил Буланский. — Могу научить. Как ты смотришь на это, Аля?

Очень много предложений от него поступило за прошедшую неделю. Ни над одним я всерьёз не задумывалась. Быть любовницей мне претило. Да и с чего он взял, что я соглашусь? Затянувшееся молчание Игоря не устраивало. Он дотронулся до спины. Даже в воде, его ладони не лишились исходящего жара. Я боялась, что ещё немного прикосновений и поведёт, поэтому отплыла на середину бассейна.

— Почему никто не знает про твоих сестёр?

— Слишком долгая история, Аля. Ты бежишь от меня? — приблизившись в лоб, спросил он.

— Расскажи мне

про Марианну, — попросила Игоря, раз многие радеют за неё.

— Две взбалмошные девчонки свалились мне на голову после смерти дяди. Их более взбалмошная мать ума им вряд ли даст. Пришлось забрать и воспитывать.

— Как давно?

— Шесть лет стараюсь на их благо, — видимо, он заметил мою недоумённую реакцию, улыбнулся и доложил остальное: — Инну ты видишь не в первый раз. Она более покладистая. Помимо фотографий зубрит три языка и мечтает переехать в Европу. Марианна из тех, про кого говорят в тихом омуте черти водятся. Она закончила филологический, пишет лирические стихи и пытается выпустить первый сборник.

— Не с этим ли связан твой интерес к издательству? Ты далеко не прост, оказывается.

— Марианна приходила к тебе? — настроение Буланского враз изменилось. Он как-будто помрачнел.

— Нет. Ольга рекомендовала её, и если быть честной, я забыла про мимолётную встречу. Пока Инна не рассказала о сестре.

— Можешь проигнорировать и ту, и другую, — очень серьёзно, посоветовал Буланский. Я замерзла в воде без движения. Отплыла опять к другому концу бассейна.

— Аля, ты боишься меня, — настигнув, констатировал Игорь и прижал к кафельной стенке. Могу поклясться, что почувствовала его стояк, упиравшийся в бедро.

— А как же обещание, что никто не побеспокоит меня? — он внимательно изучал с минуту лицо, а затем прильнул губами к губам. Тёплые жестковатые губы Буланского и его вкус на моих одурманивал сердце, а разум бил тревогу. Пришлось оттолкнуть Игоря с немым «нет».

— Обещание касалось комнаты. Но ты находишься здесь, — он в очередной приблизился и дал в полной мере ощутить возбуждение. Всё же меня немного повело. — Ты будешь спать со мной, — он прикоснулся большим пальцем к губам, провёл по ним, — и не только, — глядя в глаза, заявил Буланский. — Это всего лишь вопрос времени. А теперь уходи, пока я не передумал.

Ретироваться пришлось со скоростью ветра. Пока шла до комнаты не покидало осознание его воздействия на меня. Подобного отклика на мужчину ранее я не испытывала. С Ромой было многое иначе.

Да. Буланский — адский соблазнитель, от которого возникла потребность бежать. Но куда? Я в его доме и осталась на несчастье под этой крышей добровольно.

Хорошо, что в замке торчал ключ. Повернув его, несколько раз, улеглась на кровать в мокром купальнике. На тумбочке лежал телефон, и я снова попыталась дозвониться Роме. Двадцать гудков. Муж не снял трубку. До предпоследней поездки он всегда отвечал. Что у него могло случиться? Выждав пять минут, я предприняла новую попытку дозвониться.

Замечательно!

Теперь его номер был, как и в прошлый раз вне зоны доступа.

Глава 11

Игорь

Утро в доме ознаменовалось повторной фотосессией. Инна порхала вокруг позирующей в саду Али. Щелчок. Вспышка. Щелчок. Вспышка. Сестра подражала Мирошниченко.

Перемещалась плавно из одной точки в другую и была явно довольна собой. Возможность приблизиться к миру искусства посредством гостьи стала для неё знаменательным событием. Для меня в какой-то степени тоже.

— Ещё, Аля! Повернитесь! Вот так. Теперь руку вперед! Отлично! А сейчас посмотрите на небо и расслабьтесь. Думайте о чём-нибудь приятном и медленно поверните голову в сторону камеры, — режиссировала съёмку счастливая Инна.

Настроение улучшалось с каждой минутой, когда наблюдал за ними в окно. На появление Александры я особо не рассчитывал, но факт её присутствия под крышей загородного дома грел душу. К этой женщине я давно испытывал небывалый спектр эмоций и чувств.

Стрелка на часах приближалась к семи. Пора бы нам начать день с роскошного завтрака.

— Инна, время! — окликнул сестру, когда она собиралась поменять плёнку в фотоаппарате.

Девчонка вздохнула, беспрекословно свернула деятельность, позвала Алю на завтрак. Когда я зашёл в столовую, они обе уже сидели за столом. Инна с растрёпанными волосами и загадочным видом наливала Але в чашку зелёный чай. Вторая же смотрела в экран телефона и набирала текст сообщения. Отправив, отодвинула сотовый в сторону, поздоровалась со мной.

— Доброе утро, Игорь Сергеевич!

Не трудно догадаться, кому писала Аля с утра пораньше. Она беспокоилась о Роме. Он, видимо, не выходил на связь.

— Доброе, — приветствовал, присев напротив неё.

Несколько минут завтрака прошли сумбурно. Инна гремела посудой, торопливо поглощала мюсли, налила кофе и, отпив несколько глотков, подорвалась из-за стола.

— Я побежала. Опаздываю в универ. Всем пока!

— Как тебе спалось? — спросил Алю после исчезновения Инны, а сам наблюдал, как она отщипывает кусочек от булочки и кладёт его в рот.

Признаться, я смотрел на неё с нескрываемым восхищением. Аля, одетая в домашний халат, с лицом, лишённым всякой косметики, выглядела с утра пораньше потрясающе. Она нисколько не смущалась внешнего вида и вела себя непринуждённо, как будто и не было, между нами, вечером сцены в бассейне.

— Не очень хорошо, — ответила моя гостья настолько искренне, что захотелось сжать её кисть в знак признательности за честность. Но я сдержался.

— Мне тоже.

Господи! Зная, что Аля находится в соседней комнате, я не спал почти до самого утра. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не сорваться и сдержать данное ей обещание. Надеюсь, что причины её плохого сна хоть отдалённо походили на мои.

С Алей я встретился впервые около двух назад. На банкет, посвящённый дню образования строительной компании, прибыл Роман с супругой. Не высокая, стройная, с прекрасными манерами, да, это главное — молодая, с красивыми карими глазами женщина сразу же покорила меня. Помимо перечисленного в ней было что-то ещё. Это что-то отражалось в глазах — блестящих, огромных, загадочно-печальных — и в очертании губ — чувственных и одновременно строгих, словно она сдерживала проявление чувств, которые не хочет замечать её муж. Познакомившись получше с деловым партнёром, я узнал, что между супругами действительно существовал напряг. Я не понимал Романа. Достойная изящно-элегантная женщина, о какой мечтает любой здравомыслящий мужчина, абсолютно не интересовала его. А когда узнал, что Роман во многом обязан супруге в создании фирмы, моё непонимание возросло ещё больше.