Измена

Барлоу Линда

— Я не могу, Мэт! Не могу допустить, чтобы это произошло! Я должна его остановить!

— Собор можно построить заново. — Он пытался силой дотащить ее до двери. Сколько осталось до взрыва? — А жизнь дается один раз, ее не воротишь. Я люблю тебя, Энни. Прекрати упираться.

Она всхлипнула и поплелась за ним. Слава Богу! Он подхватил ее на руки и побежал к Вико, который все еще не мог открыть эту проклятую дверь. Как раз когда он подбежал к ребятам, позади него раздался голос Сэма:

— Стоять на месте.

И снова Барбара Рэй внезапно пробудилась. На этот раз она поняла, что этой ночью ей не удастся спокойно заснуть.

Потом она осознала, что ее разбудили

удары в дверь юношеского центра.

Она быстро накинула свою одежду и спустилась вниз. Руки и ноги у нее одеревенели. Начинает сказываться возраст — быстро передвигаться она уже не в состоянии.

Она думала, что это Энни или Мэт, но под дверью ее ожидала Дарси.

— Слава Богу, вы здесь. Я не решилась позвонить в полицию из-за Мэта и Вико, хотя, наверное, стоило это сделать. Вы видели Энни и Мэта? Они приехали сюда, в собор, больше часа назад.

— Нет, я их не видела.

— Сэм — убийца, а Флетчер — психопат! — выпалила Дарси. — Надо сообщить в полицию.

Они позвонили в участок и пошли в подвал юношеского центра, и Дарси без передышки вводила Барбару Рэй в курс всех открытий, которые они сделали в офисе Сэма.

— Отсюда есть проход в собор, — объяснила Барбара Рэй. — Мы сможем попасть туда до того, как явятся полицейские.

— Прекрасно. Интуиция подсказывает мне, что нам лучше попасть туда как можно быстрее.

Вплоть до этого момента Мэт не мог до конца в это поверить. Несмотря на все доказательства. Даже несмотря на то, что уже несколько часов знал все, в душе еще не осознал этого до конца.

Теперь, стоя лицом к лицу со своим старым знакомым и глядя в холодное, безжалостное дуло пистолета, он понял, что Сэм Броди ненавидел его все эти годы.

— Это наши-с тобой дела, — сказал он. — Энни тут ни при чем. Отпусти ее.

— Извини. Я не предполагал, что она будет втянута, но я не могу освободить ее, — сказал Сэм. — Мне в самом деле жаль, Энни, — Он казался неподдельно огорченным. — Очень неудачно, что ты оказалась между двумя старыми соперниками.

— Что произошло с Франческой? — спросил Мэт.

— Все, что произошло с Франческой, хочешь, верь, хочешь, нет, произошло непреднамеренно. Она собиралась уйти от тебя. Я до сих пор не знаю, что ты ей наговорил, чтобы заставить ее изменить решение, но что бы там ни было, это не могло больше продолжаться. Мы с ней собирались жить вместе как муж и жена, как это и было бы, если бы ты не отбил ее у меня двадцать лет назад.

— Если это так, то почему ты убил ее?

На лице Сэма появилось страдальческое выражение.

— Она позвонила мне той ночью после приема. Думаю, что звонила из таксофона, поэтому-то никто меня не заподозрил. Она убежала с яхты из опасения, что ты услышишь разговор. Она мне сказала, что все-таки не собирается уходить от тебя. Мы повздорили, и я велел ей возвращаться на яхту и ждать меня… Я хотел приехать, чтобы увезти ее. Но когда я приехал, она не захотела уезжать. Сказала мне, что беременна и это твой ребенок. Я ей сказал, что она опять придумывает отговорки. Она была в истерике, потом это переросло в агрессивность. Франческа набросилась на меня, у нее длинные острые ногти, а я по своему нелегкому опыту знаю, какая это неприятная штука. Только не пытайся убедить меня, что тебе не приходилось время от времени испытывать это на своей шкуре. У меня совсем не было желания быть исцарапанным, и я оттолкнул ее. Она упала и ударилась затылком о перила яхты. Вот так она и умерла или я по крайней мере так думал в тот момент. Я не смог нащупать пульса, решил, что она мертва, и запаниковал. Я был уверен, что она умерла и поэтому выбросил ее за борт.

Она

утонула. Никто из них не произнес этого вслух. Но в процессе суда было доказано, что Франческа была жива, когда ее бросили в воду.

Мэту неимоверным усилием воли удалось сдержать свои эмоции.

— Любящий человек так не поступает, — жестко сказал он. — Мне кажется, что Франческа тебе была нужна только ради удовольствия увести ее у меня. Но самое главное, ты хотел жениться на ней, чтобы заполучить половину моего состояния. А поскольку это оказалось невозможным, ты вместо этого переключился на кражу денег у собора и таким образом нашел способ присвоить деньги, которые когда-то принадлежали мне. Ты не трагический любовник, двадцать лет сгоравший от страсти к одной женщине, а жадный, зловредный сукин сын, на многие годы затаивший злобу из-за того, что парень, над которым ты ощущал свое превосходство в колледже, обошел тебя по всем статьям.

Сэм добродушно улыбнулся.

— По всем, кроме одной. Тебе никогда не постичь тонкого искусства лицемерия, Мэт. Я несравненно лучший актер, чем ты, а в этом искусстве драма ценится много выше, чем правда. И это разумно, поскольку правда изменчива.

— Я бы доверил тебе свою жизнь! Я бы дал тебе все, что бы ты у меня ни попросил.

— Я знаю. — Сэм покачал головой. — Ты всегда был сентиментальным дураком, Мэтью. — Он тряхнул своим пистолетом. — Но довольно болтовни. Идите все туда, вон к той прекрасной колонне с динамитом. — Он бросил взгляд через плечо. — Джек? Веревка по-прежнему у тебя? Неси ее сюда.

— Что ты хочешь делать? — спросила Энни. Она вложила свою руку в руку Мэта, и он ощутил, как на ее ладони проступает испарина.

— Я не могу взорвать здание, — сказал Сэм, — пока не отойду на безопасное расстояние, так ведь? А ты, Мэт, и эти ребята останетесь здесь и насладитесь последними несколькими минутами пребывания в этом славном, но таком недолговечном соборе. А мы с Джеком уходим.

— Не слушай его, Джек, — сказала Энни. — Он и тебя убьет. Он ни в коем случае не захочет оставлять в живых свидетеля того, что Сэм Броди совсем не такой, каким его все считают!

— Не волнуйтесь, — сказал Сэм. — Мы с Джеком доверяем друг другу.

— Да, и ты не хочешь, чтобы он погиб во время взрыва, потому что он потом еще пригодится тебе живым, — сказал Мэт. — Кого-то же нужно будет обвинить во взрыве. Сегодня ты останешься в живых, Флетчер. Сэм подождет до утра, а потом сдаст тебя властям как виновника всех своих преступлений.

Глаза Флетчера подернулись дымкой задумчивости. Казалось, он был ошеломлен и продолжал действовать чисто автоматически, неуклюже выполняя указания Сэма. Он принес веревку, схватил Энни, держа ее под прицелом, и оттолкнул от Мэта. Мэт ринулся за ней, но Сэм шагнул вперед и приставил дуло пистолета к виску Мэта. Вико, стоявшей в оборонительной позе впереди Паулины, обвел глазами оружие обоих мужчин и благоразумно решил пока ничего не предпринимать. Но его красивое лицо исказилось от ярости.

Флетчер обхватил рукой шею Энни и стал пятиться, увлекая ее за собой.

— С остальными можешь делать что хочешь, — сказал он Сэму. Теперь, когда он прикасался к Энни, его голос заметно оживился. — Но Энни — моя. — Он обхватил веревкой ее тело, нежно пропустив ее под ее грудью, вокруг талии и бедер. Она тщетно пыталась высвободиться.

— Отлично, — хладнокровно сказал Сэм. — Делай с ней что хочешь. Меня интересует ее любовник.

— Мы с Энни много трудились над этим собором, — неожиданно произнес Флетчер. — А теперь ты хочешь его взорвать. Мне кажется, что это плохая идея, Сэм. Я думаю, что в этом я тебе не помощник.