Излечи меня

Тоул Саманта

В ее глазах ясно читается разочарование. Я беру ее лицо в свои руки.

— Нам не обязательно сейчас заниматься этим. Я подожду так долго, как тебе нужно. Просто хочу быть с тобой. Это все, что важно. Секс может подождать.

Ее хватка на моих «боксерах» усиливается, и я чувствую, как ее ногти впиваются в мою кожу.

— Не хочу ждать. Я хочу тебя сейчас. Хочу почувствовать себя прежней, нормальной и полноценной, и ты можешь дать мне это.

Мое сердце замирает

Я встряхиваю

головой.

— Малыш, секс со мной не изменит того, как ты себя ощущаешь. Потом все эти чувства вернутся.

Кем я, черт, себя возомнил? Чертовым доктором Филом?

— Но они ненадолго исчезнут.

Я качаю головой, потому что не знаю, что еще сделать. Честно говоря, сейчас я чувствую себя изрядно, черт возьми, разочарованным.

Ее взгляд падает вниз.

— Ты не хочешь меня, — шепчет она, начиная отодвигаться от меня.

Тон ее голоса почти убивает меня.

Держа себя в руках, я заставляю ее встретиться со мной взглядом.

— Я хочу тебя, малыш. Поверь, хочу так, как никого другого. Не могу думать ни о ком, кроме тебя, быть в тебе. Я хочу тебя потому, что влюбился, — я слегка вздыхаю и отвожу взгляд, — но я хочу, чтобы мы занялись сексом потому, что ты его хочешь по той же причине, что и я. И ни по какой другой.

Она наклоняется ко мне и берет мою нижнюю губу в свой рот.

— Я хочу тебя, и с тех пор, как тебя увидела, не могу думать ни о чем другом, кроме как о том, что ты будешь внутри меня.

И вот так исчезают последние остатки разума.

Я целую ее со всей страстью. Так, словно не знаю, как надолго она меня покинула. Или как будто вовсе не делала этого.

Она гладит мой ноющий член, и я чувствую необходимость быть внутри нее.

— Черт, Мия, — издаю я стон.

Я иду по воде к берегу, держа Мию на руках, не готовый отпустить ее даже на секунду. В голове только одна цель — моя кровать.

Руки Мии хватают меня за плечи, а ногти впиваются в мою влажную кожу. Ее мокрые груди прижаты к моей груди и умоляют меня дотронуться до них.

Ладонь моей руки скользит вверх до кружевного лифчика, и я беру уже затвердевший сосок. Затем рука оказывается на задней части шеи, дотрагивается до волос, и я снова страстно целую Мию.

Она стонет так чертовски сексуально, что я практический теряю весь свой никудышный контроль.

Мы оказываемся в комнате, я пинком закрываю дверь и кладу Мию на мою кровать.

Моя комната темная, единственный источник света — окно. Я дотрагиваюсь до выключателя лампы, потому что хочу увидеть Мию, но она меня останавливает.

— Оставь как есть.

Что? Почему?

Я хочу увидеть каждый сантиметр ее невероятного тела, но у нее есть причины, чтобы просить меня не делать этого. Я соглашаюсь

и медленно убираю руку.

На сегодня мы можем забыть о свете, но потом я сделаю так, что в этой чертовой комнате будет включена каждая лампа, чтобы я мог увидеть каждый дюйм ее восхитительного тела.

Я смотрю на нее, давая глазам привыкнуть к темноте. Я вижу ее силуэт на кровати, отблески ее сливочной кожи, и это заводит меня так сильно… где-то за гранью возможного.

Моя кровать — мое личное пространство, и в ней никогда раньше не было женщин. Но я хочу увидеть в ней Мию. Хочу увидеть ее в каждом кусочке мозаики моей жизни.

Забираюсь на кровать, встаю на колени между ее разведенных ног.

Наклоняюсь вниз, мои руки опираются о кровать по обеим сторонам от ее головы. Затем опускаю голову и целую девушку.

Медленными, легкими движениями руки скольжу вниз по лицу, дохожу до шеи, до все еще влажной груди.

— Так хорошо? — спрашиваю я, прежде чем продолжить.

— Да, — ее голос с придыханием звучит очень чувственно. Так, черт возьми, горячо.

Протянув руку, она дотрагивается до моих влажных волос. Сняв с ее плеча одну из бретелек, я отодвигаю чашечку лифчика в сторону и оголяю ее грудь.

Ее сосок уже набух и затвердел.

Я наклоняю голову и страстно сосу его. Она стонет, ее бедра резко поднимаются, и живот тесно прижимается к моему твердому члену. Я почти готов кончить.

— Черт! — вырывается у меня стон. Я кладу руки на ее бедра и прижимаю их к кровати. Они останутся в таком положении настолько долго, насколько это возможно.

Вновь возвращаюсь к ее соску, делая его влажным, а затем сосу и лижу каждую частичку ее груди, пока рука пытается найти сзади застежки ее лифчика. Наконец он расстегивается, я снимаю его и роняю на пол. Мия лежит на спине, положив руки мне на плечи.

Я смотрю на ее обнаженную грудь и не в состоянии отвести взгляд.

— Черт, Мия… ты прекрасна.

Она прикрывает лицо руками. Я знаю, что она стесняется.

Я беру ее руки и открываю ее лицо.

— Ты прекрасна, — повторяю я, глядя ей в глаза и нежно целую ее в губы.

Спускаюсь вниз по ее телу, чтобы раздеть ее полностью. Захватываю ртом второй сосок, уделяя не меньшее внимание, чем первому, одновременно лаская другой подушечкой пальца.

Она кричит. Задыхается и тянет меня к себе.

— Джордан, пожалуйста. Ты нужен мне.

— Черт! Ты такая горячая, — опускаю голову на ее грудь. Я хотел бы, чтобы это длилось как можно дольше, но не знаю, сколько еще смогу продержаться.

Становлюсь на колени и просовываю палец под ее трусики. Останавливаюсь, чтобы она дала мне знать, что все в порядке.