Изгои
Шрифт:
— Нет. Катя — клевая телочка. И мне нравится Блю, она моя подруга. Я способен просто дружить с цыпочкой, Гримми.
Я презрительно хмыкнул.
— С каких это пор? Ты держался подальше от Кали лишь потому, что знал о возможных последствиях. Ты не прикасался к малявке, поскольку, ну, в общем, понимаешь, что произойдет дальше, — решил отложить подробности до лучших времен. — Ты обязательно кого-нибудь найдешь, — счел нужным добавить, говоря серьезно.
Парень был самым добродушным из всех нас. Он искренне смеялся, у него было неиссякаемое
Каждый из нас хлебнул немало дерьма. Все мы томились у размытой грани безумия. Кобра — более еб*нутый на всю башку, чем я, а Ромеро — настолько у*бан, что до Кали вообще не проявлял даже видимости эмпатии.
Это не мир превратился в сплошное дерьмо, а сами люди. Признаться, мне повезло больше всех; если отбросить тот факт, что воспитывался своим, ныне отверженным отцом, исправившимся сектантом, нынешним лидером племени деревенщин-каннибалов, то я считался почти нормальным.
Смерть не в счет. Она — не что иное, как встреча, которую невозможно отменить. Закономерная часть жизни, которую слишком многие считали противоестественной.
В момент смерти, жизнь по-прежнему означала то же, что и всегда. Определение не менялось внезапно. Смерть — всего лишь неотвратимость судьбы. В конце концов, мы все превратимся в прах и кости, а мне просто довелось выдвигать ультиматумы.
Однажды, я стану таким же, как и остальные, не более чем гниющим трупом. Я — демон, воплощение ночного кошмара, который впоследствии обречен на трагический финал. Это неизбежно.
Но это, бл*ть, не сегодня.
До сих пор, не задумывался о предстоящих годах. Теперь же, мне было кому преподнести этот мир.
Она готова царствовать над мертвыми подле меня. К тому времени, как мы канем в лету, о нас будут слагать легенды.
****
Получив от Такера все необходимое, я направился к лестнице, сказав Кобре, что мы уходим, как только явятся аколиты, и чтобы он встретился со мной наверху через десять минут.
Не хотелось, чтобы малявка находилась в этом долбаном заведении, но оно лучше всего подходило для места встречи. Этот город был нашим, а конкретно — моим.
У Кобры имелся такой же, в нескольких милях к востоку. Ромеро сделал так, чтобы нам всегда было где сгруппироваться при необходимости. Обычно нас всегда было трое. Черт, конечно, многое теперь изменилось.
Воспользовавшись ключом, отпер дверь комнаты и шагнул внутрь.
Она лежала на постели, завернувшись в полотенце. Волосы разметались вокруг головы, длинные ресницы прикрывали глаза.
Как, черт возьми, кто-то вообще хотел изменить ее? Почему я сомневался в том, кем она стала? Любая версия — прекрасна. Девочка — богиня, настоящий шедевр. Нах*й любого, кто никогда этого не замечал.
Подойдя к кровати, протянул руку и провел пальцем по жилке на ее шее. Глаза
— Когда мы отправляемся? — спросила девушка, взлетая, как пробка.
— Угомонись, киллер, — усмехнулся ее энтузиазму.
Она ринулась ко мне, бессовестно позволяя полотенцу сползти, обвивая руками мою шею.
— Малявка, я отсутствовал меньше часа.
— Заткнись и дай мне прижаться.
Поцеловал ее в щечку, и она прильнула ближе, как и всегда, изголодавшись по ласке. Будучи ее мужчиной, должен был сделать все, чтобы она никогда ни в чем не нуждалась… начиная с того, что заставило вспомнить нечто, чего не следовало бы говорить.
— Почему именно феи? — спросил, разглядывая ту, что была на ее руке.
— Мне нравится воплощение образа существ, обладающих способностью свободно улететь.
— Поскольку ты не могла.
Девочка кивнула, прикоснувшись к той, что пониже.
— Это — крылатый суккуб; я выбрала ее, лишь потому, что она выглядит очень крутой.
Подняв плечо, показала на дракона, овившегося вокруг симметричного черно-белого круга, символизирующего Инь и Ян.
— Догадываюсь, что ты все об этом знаешь.
Затем, подняла запястье.
— Сова из хны, поскольку она величественная, мудрая и редкая.
— Как и ты, — сказал я, наклонившись, покрывая поцелуями линию шейки. Она благоухала чертовыми персиками.
— Я нихрена не мудрая, Гримм, — засмеялась девушка.
— Но величественная и редкая? — Переместился к ее груди.
— Ну, что-то вроде того, — она пожала плечами. — А теперь, расскажи мне что-нибудь о себе. И постарайся хорошенько, — уловив небольшое колебание в ее дыхании, почувствовал, как участился пульс. Ладошки опустились мне на плечи, а я спустился ниже, целуя и посасывая золотистую кожу.
— Я принадлежу тебе.
— Это я и так знаю.
— А известно ли, что принадлежал тебе с самого начала, еще до того, как сам осознал это?
— О, Гримм.
— И вот это, — усадив на край постели, опустил ее нежные бедра себе на плечи, положив ладонь на животик, убедившись, что она никуда не денется.
Прямо поверх самой большой чертовой татуировки феи, которая имелась.
— Мое любимое тату, ведь крылья направлены прямо к твоей киске.
Прежде чем девушка успела ответить, приник ртом к клитору, проводя языком вверх и вниз по щелке.
Ей не потребовалось много времени, чтобы запутаться своими изящными пальчиками в моих волосах. Подняв голову, окинул взглядом изящные очертания миниатюрного тела и усмехнулся.
— Покрути бедрами, трахай мой язык, не останавливайся, пока не кончишь мне в рот.
Это все, что ей было необходимо. Используя мои волосы как рычаг, притянула ближе и погрузила мой нос глубоко в себя.
С наслаждением, жадно посасывал и пожирал ее, словно на последнем приеме пищи, а она — главное блюдо.