Изгнание
Шрифт:
– Я должен буду попросить, чтобы гномы повторно вшили то следящее устройство в твою накидку, прежде чем ты пойдешь завтра в школу.
– Ох. Ты понял это, да?
– Почему он должен был быть так неприятно хорош в своей работе?
– Что действительно было в коробке?
Она уставилась на ноги.
– Другой амулет. И записка.
– Я думал, что ты не собиралась скрываться от меня.
– В этот раз мне пришлось... ты не собираешься меня отпустить, но это нужно. Они говорят, что могут исправить
– Я думал, что ты не доверяешь им?
– Я не знаю, что и думать о них. Я просто знаю, что должна попробовать. Это может быть единственный путь.
Его хмурый взгляд настолько усилился, что было похоже, будто его лицо раскололось.
– Я иду с тобой.
– Ты не можешь...
– Мы заключили сделку. Я иду с тобой или к твоим родителям.
– Ты не можешь идти со мной, Сандор. Нет, если я правильно расшифровала подсказку.
– Она подошла к своему столу, раскладывая другие части, которые они ей дали.
Один значок, два амулета и две записки. Не много для того, чтобы понять, что происходит, но если соединить все это вместе...
– Видишь это, - сказала она, держа новую записку.
– Это то же самое, что сказал мне Прентис. «Следуй за красивой птицей по небу». Думаю, это оно и значит.
Она подняла амулет в виде черного лебедя.
Если гном-карлик доставил амулет, тогда, может быть, он был сделан из магсидиана... и может быть, грубые, резкие зазубрены на камне были точно такими же, как на фляге, которая тянула воду, и на кулоне, который тянул свет.
Она задержала дыхание, когда взяла браслет с амулетами и пристроила крошечного лебедя рядом с компасом. Потом она открыла медальон и разместила компас на ладони, наблюдая, как стрелка вращается и останавливается...
Где-то между севером и западом.
– Я знала это! Магсидиан меняет направление компаса. Таким образом, если я последую за указателем, он должен привести меня прямо туда, куда нужно Черному Лебедю.
– Это не может быть правдой. Это может быть невозможно долгое путешествие.
– Пешком, возможно. Но в записке говорится: «По небу». И они дали мне значок в виде аликорна.
Сандор широко распахнул глаза.
– Абсолютно нет. Ты знаешь, что нестабильное существо не позволит мне близко подойти, и я не могу позволить тебе улететь одной... особенно, если я не знаю, куда ты идешь.
– Но я должна. Если они смогут исправить меня, то возможно, я смогу исправить Олдена и... и может быть даже Прентиса.
– Ради этого не стоит рисковать твоей жизнью. Ты можешь угодить в ловушку.
– Я рискую своей жизнью в любом случае. Ты видел, что свет продолжает делать со мной. Если я не рискну, кто знает...
– Я не могу Софи. Возможно, если твои родители согласятся...
– Я не могу рассказать им об этом.
–
– спросил Грэйди, толкая дверь и входя в комнату с Эделайн, следующей за ним по пятам. Он посмотрел на записки, и его лицо стало таким красным, что было почти пурпурным.
– Тебе придется многое объяснить, Софи. Начинай прямо сейчас.
У Софи не было выбора, кроме как признаться во всем: о подсказках, о плане вылечить Олдена, о журнале, о том, как на нее влияет свет, о теории Уайли. О том, что Элвин не знал, как ей помочь...
– Как ты не рассказала нам об этом?
– спросила ее Эделайн, когда перечитала записки Черного Лебедя.
– Я не знаю, - пробормотала Софи.
Грэйди провел руками по волосам, заставляя их торчать во все стороны.
– Софи, если твое здоровье было в опасности, ты должна была сказать нам. Мы могли помочь тебе, вылечить и...
– Элвин уже все перепробовал. Если проблема в моих генах, тогда единственными, кто меня может исправить - это те, кто меня создал.
Эделайн вздохнула.
– Я не могу поверить, что ты рассказала Элвину до нас.
– Я не рассказывала. Я потеряла сознание в школе. И Элвин согласился, что мы должны подождать, чтобы рассказать вам, ребята, пока мы не узнаем больше. У вас и так было достаточно причин для волнений.
– У нас действительно было достаточно причин для волнений, - сказал Грэйди, пристально глядя в окно, когда закат окрашивал небо красным.
– Но мы все еще всегда хотим знать, что с тобой происходит. Честно, Софи, я знаю, что в твоей жизни много тайн, но ты должна прекратить скрывать вещи. Мы здесь, чтобы помочь.
– Я знаю.
– Софи села на край кровати и скрутила разорванный конец ее накидки.
– Думаю, я просто... смутилась.
Эделайн села рядом с ней, беря ее за руку.
– Тебе нечего смущаться.
– Конечно есть... я - Местный Фрик. Ты заметила, как люди реагируют, когда они видят меня? И как бы ты чувствовала себя, если бы тебе говорили, что ты работала со сбоями... особенно, если это была правда?
Грэйди взял записки у Эделайн, прищурено поглядел на них, когда сел по другую сторону от Софи. Через несколько секунд он спросил:
– Значит, вот почему ты продолжаешь исчезать?
– Именно по этому. Как еще я могу исчезать с двумя нексусами?
Она вытянула обе руки, и ее сердце пропустило удар, когда она поняла, что оба нексуса были подарками Васкеров.
Грэйди сжал значок-герб Руен на своей накидке.
– И ты действительно думаешь, что они могут исправить тебя?
– Я верю, что они лучший шанс. Мой единственный шанс.
Грэйди встал, чтобы начать шагать. Он протоптал маленькую колею в ковре, покрытом лепестками, прежде чем Эделайн встала и заявила: