Избушка
Шрифт:
— Ты его растопила так быстро, что он превратился в пар и получился взрыв. Так?
Тяжело вздыхаю. Почти так. Только вот совсем не так. Но как объяснить? Да ладно, не так уж и важно. Качаю головой. Да. Именно так всё и было.
— Знаешь, что тебе очень повезло?
Энергично соглашаюсь. Даже очень повезло. Потому, что тот лёд был явно магический.
— Да. Лёд был магический. — Подтверждает ведунья. — Почти пятьдесят лет назад один колдун проклял все колодцы в округе. Меня тогда здесь не было. Спустя пару лет он нарвался на воина. А проклятие снять так никто и не мог.
Говорил, что его проклятья пропадут не раньше, чем вода загорится, а лёд взорвётся.
Я смущённо пожимаю плечами. Ну и чё? Ну, бывает. И вообще, раньше надо было рассказывать!
— Значит, теперь все его проклятия исчезли. — Женщина вздыхает.
— Идём в дом, ты на ногах едва стоишь.
Ну да, а ещё спать хочу и, по–моему, опять простуда.
После позднего ужина хозяйка немедленно отправляет меня спать, предварительно опоив настойкой от простуды моего же изготовления.
Опять не дадут поболеть.
Теперь в колодце полно воды, и она не заканчивается к вечеру.
Ведунья стала учить меня по–настоящему. Однако мне всё равно приходится молчать — три года ещё не истекли. Жизнь продолжается.
Лето было очень весёлое. В том смысле, что учёба началась серьёзная, конечно, сбор трав, привычная домашняя работа никуда от меня не делись. Но, кроме этого, мне удалось сделать насос и теперь в бане всегда будет вода. Конечно, бак для воды пришлось переделать, да и печь заново переложить, и вообще всю баню обновить. Так, что жить стало намного легче. Мыться можно, когда вздумается — вода в баке всегда горячая. К слову, в печи горит вода, вернее не сама вода, а образующие её кислород и водород. Правда, соответствующее заклинание получилось с четвёртого раза. Ведунья не удивилась новшествам в бане, хотя одобрила. И, заодно, поощрила меня новые свершения, только в своей манере. Домашней работы стало поменьше, а учёбы больше. Оказывается, почти всю такую работу может выполнять домовой и овинник. Может оно и к лучшему.
С первым снегом для меня мало что изменилось, разве что больше времени стало для учёбы. Жители деревни теперь ко мне относились с заметным уважением, уже знали, я кое–что могу. Хозяйка регулярно куда–то уходила и, в такие дни, мне приходилось всё делать вместо неё. Так произошло и в тот раз.
Почти в полночь в дверь торопливо постучали и, не дождавшись ответа, поспешили войти. Я, конечно, их понимаю — зима, ночь, холодно. Но, элементарную вежливость могли бы проявить?
— Где Ведьма?! — воскликнул ввалившийся мужик.
Пожимаю печами. Нет её.
— Как же так! Она срочно нужна! — почти в истерике прокричала женщина.
Так, это интересно. Кто там ещё? Мужик — вероятно муж этой женщины. Женщина — вероятно жена этого мужика. Ага! И этот пацан наверно их сын. А чего он так трясётся? Не от холода же?
— Сынок во сне испугался…. — тихо проговорила женщина, заметив мой заинтересованный взгляд.
Угу. Качаю головой. Понятно. Здесь это считается страшной проблемой. Однако дверь на улицу всё равно нужно было закрыть. На что им и намекаю. Мужик тут же смутился и спешно закрыл дверь.
Подхожу к мальчишке. Ему лет восемь. Что
Воска много. Только нужно чем–то отвлечь мальчика, чем–нибудь эффектным. Именно для этого нужен вербальный компонент заговора. Ну не только для отвлечения, ещё и для упрощения собственных действий.
Ладно, попробую молча. Так, чтобы сделать такого? Угу? Горящая вода вполне подойдёт. Заодно на этом огне воск растоплю. Хотя в моём случае наверно можно и без воска.
Нежданные гости–клиенты порядком струхнули, когда на поверхности воды вспыхнул голубоватый огонёк. Ничего, сейчас ещё интересней будет.
Огонь на воде стал кругами скользить, устремляясь к центру посудины которую обычно использую в заговоре от испуга. Беру небольшой кусок свежего воска и ложу его прямо на воду, он не погружается, а так и остаётся на поверхности. От непрерывного огня воск стал быстро таить, но потёк не вниз, а вверх, собираясь в шар.
Наверно зря я так. Деревенские перепугались настолько, что не могли двинуться с места. Впрочем, пацан как раз успокоился и с большим интересом смотрел на увеличивающийся шар из расплавленного воска.
Воск весь растаял и теперь висел в воздухе полупрозрачным светящимся шаром. Подождав ещё минуты три, прекращаю его удерживать в воздухе и вода громко фыркнула облаком пара и тёплых брызг на падения большущей капли расплавленного воска. Взрослые громко и в разной тональности вскрикнули и чуть не выскочили на улицу. А вот их ребёнок восторженно воскликнул.
— Ух, ты!!! А ещё можно?!
Мотаю головой. Нет. Нельзя. Хотя, конечно, можно, но знать ему это необязательно. Интересно, что там образовалось в результате моих фокусов. Смотрим все вместе. Взрослые подошли поближе, чтобы увидеть результат моих усилий. Считается, что воск застынет в форме того, что напугало. Угу. Теперь попробую угадать.
— Это оно! Это дерево! Оно!! — Взволнованно, но не испуганно прокричал мальчишка.
— Сынок, тебе уже не страшно? — осторожно спросила его мама.
— Нет. Ты что? Оно же теперь там. Оно ушло из меня! — радостно сообщил мальчик.
Взрослые немного озадачено переглянулись и почему–то поспешили откланяться. Когда нежданные гости ушли, мне стало страшно. Причём не просто так, а страх шёл от той кляксы застывшего воска. Возникла твёрдая уверенность, что при таком тусклом освещёнии; пять простых свечек, у меня будут серьёзные проблемы. А темноте так вообще. В качестве эксперимента гашу четыре свечки, подхожу посмотреть. Да.
Хорошо, что моё воображение закалено на всяких разных киношных ужасах. Отворачиваюсь и торопливо, но спокойно иду в комнату к хозяйке, нахожу белую свечу и зажигаю её. Всё это время чувствую непрерывный злой взгляд в спину. В тот момент, когда свеча ярко осветила комнату, сзади, послышался явственный всплеск воды. Мне страшно. Очень. Но, всё–таки возвращаюсь к той восковой кляксе.