Избушка
Шрифт:
Причина такого внезапного уважения вполне понятна. Все–таки уничтожить демона может не каждый. Однако, непонятна неприязнь и опасение. Ведунья наверняка знала, но почему–то молчала. На все мои варианты вопросов на эту тему она отмалчивалась или предлагала пойти спросить магов. Обязательно спрошу, вот всё брошу и пойду спрашивать. И, кстати, о магах, на основе того древнего фолианта мне получилось разработать и применить в действии очень простой способ использования магии. Мысленно составляешь последовательность «команд», так же мысленно проверяешь на результат и, если получается нужный результат без лишних последствий, то активируешь получившееся заклятие. Теперь у меня имеется даже подборка собственных заклятий, которые активируются мысленно. При чём интересный эффект,
С приходом осени работы убавилось, а из учёбы осталась только практика. Было очень забавно и в тоже время скучно, легко проделывать то, что не так давно казалось сложным и не понятным.
Благодаря побочному эффекту, отсюда и далеко за горизонт не осталось опасной и вредной нечисти, поэтому теперь не требовался частый обход леса. Так что и ведунья тоже малость скучала. За прошедшие года она привыкла к постоянной опасности нападения нечисти, а теперь вроде и делать особо нечего.
И вот, однажды наступил давно ожидаемый день. В том, что это именно тот самый, можно не сомневаться. У меня есть электронные часы, самые обычные, ничем непримечательные. Они были почти не нужны и поэтому все три года пролежали вместе с остальными моими вещами.
Да и вещей у меня немного: джинсовый костюм, шёлковая рубашка, хорошие кожаные кроссовки, эти часы и старенький сотовый телефон.
Остальное у меня новое, потому, что старое давно сносилось. Но возвращаясь к часам. Дело в том, что в этом мире существуют четыре сезона — зима, весна, лето, осень. Год начинается с зимы и заканчивается осенью. Каждый сезон делится на три равные части:
начало, середина и конец. Например: третий день середины осени.
Сутки тоже делятся на четыре равные части — ночь, утро, день, вечер.
И каждая часть делится ещё на четыре, и ещё на четыре, в общем, время меряется четвертинками. Идея неплохая, но для меня не привычная, поэтому я до сих пор считаю время привычным мне способом — 24 часа в сутках, 60 минут в часе, 60 секунд в минуте. К слову, в условном году 365 суток. Однако в астрономическом году 366 двадцати четырёх часовых суток, три часа, двадцать одна минута и тринадцать секунд. Наверняка есть ещё и миллисекунды, но измерить их я не могу.
Откуда такая точность? Очень просто, это давно было высчитано астрономами этого мира. Тогда почему в году 365 ней и куда девается остаток? Тут ещё интересней, остаток считается временем «без времени» и прикрепляется к концу осени, перед зимой. То есть, осень закончилась, а зима ещё не началась! Забавно, целый день без времени. Раз в восемь лет два дня, а раз в шестьдесят семь лет три дня. Правда к тому моменту накапливается ещё 1437 лишних секунд. В эти дня ничего не заканчивают и, тем более, не начинают никаких дел.
Так сказать всемирный обязательный выходной. Вот такая ситуация, впрочем, это я время считаю в часах минутах и секундах, а местный в четвертинках. Первая четверть утра. Вторая четверть первой четверти утра, ну и так далее. Тем не менее, в первый год моего пребывания здесь ведунья зачем–то тщательно выспросила систему измерения распространённую в моём мире. К слову, она с большим интересом отнеслась к нашему варианту отсчёта времени. Вот на измерение расстояния ведунья отреагировала слабо, внимательно выслушала, записала и всё. Хотя принцип ей понравился. Деления на равные части, кратные десяти или умножение. Поэтому, мне пришлось привыкать к местным вариантам мер длины. Палец, локоть, шаг, выдох, размах, горизонт. К тому же эти определение в разных странах зачастую имеют свою длину, которая напрямую зависит от соответствующих размеров
В ознаменование завершения моего трёхлетнего молчания надеваю свою прежнюю одежду, часы, сотовый занимает своё обычное место во внутреннем кармане и, конечно, кроссовки вместо этих надоевших башмаков. Ведунья с утра ушла по делам, вечером приходили из деревни, кто–то там у них сильно простыл, но лечение не должно занять много времени. Часа три, причём два часа на дорогу. Пока хозяйка где–то занимается делом, я готовлю торжественный обед, да и вообще, занимаюсь уже привычными домашними делами.
Ведунья пришла как раз к обеду и, пожалуй, мне не следовало делать всё настолько неожиданно.
— Здравствуйте. Обед готов, мойте руки и за стол! — Какой же всё–таки у меня красивый голос!
Женщина на долгую секунду замерла на пороге, затем молча кивнула и вышла мыть руки. Мне стало неловко за свой сюрприз, всё–таки она не молодая, хоть и ведунья.
— Ты точно выдержала время. — Одобрительно сказала она, когда вернулась обратно в дом. — Три года и три дня.
Вот тут пришёл мой черёд удивляться. Никто именно о таком сроке не говорил, только три года.
— Такова традиция. И хватит молча удивлять, тебе уже можно говорить.
— А… да, можно. — А ведь точно! Я теперь могу говорить. Только вот нет смысла говорить просто так, поэтому молча вздыхаю и накрываю на стол.
Во время обеда ведунья рассказала, что было в деревне, поинтересовалась моим мнением, получился небольшой, почти профессиональный разговор. Да, трехлетнее молчание сказывалось.
— Всё было очень вкусно. — Одобрила хозяйка. — Давай, прибери со стола и нам надо серьёзно поговорить.
На уборку ушло десять минут, потом ведунья принесла свой ларец.
Что в нём хранится, до сих пор оставалось для меня загадкой. Женщина достала из него три разных медальона, на разных нитках (или верёвочках, не знаю как правильно).
— Вот, это твоё. — Она пододвинула ко мне медальоны.
Похоже, хозяйка не могла объяснить, что они значат.
— Я знаю. Я проснулась, когда вы разговаривали с магом. — Да уж, именно «проснулась» и никак иначе. Хотя скорее это было похоже на полусон. — Мне даже сначала было непонятно то ли это сон, то ли бред.
— Не мудрено. — Легко усмехнувшись, согласилась ведунья. — У тебя была очень большая потеря сил. Значит, ты знаешь, что это за медальоны, это хорошо. И каков твой выбор?
— Хм? Все три, точнее четыре.
— Да, но можно использовать только один, остальные становятся недействительными. — Слегка удивилась ведунья.
— Нет проблем! Я не буду их использовать для поступления. Оставлю на память.
Ведунья весело и довольно рассмеялась. Моё решение ей очень понравилось.
— Такого на моей памяти ещё не было! Но ты это сделаешь! — Она опять рассмеялась.