Избранницы короля
Шрифт:
Екатерина, удалившаяся от дворцовых сплетен и суеты в свои покои, ожидала рождения наследника. Ей верилось, что, когда младенец появится на свет, они с Карлом обратят наконец счастливые взоры друг на друга. Конечно, Карл не на шутку увлекся прекрасной госпожой Стюарт но, с другой стороны, юная Фрэнсис вела себя достойно и с полной определенностью заявила королю, чтобы он оставил все надежды на ее совращение.
Когда родится малыш, убеждала себя Екатерина, король забудет Фрэнсис и целиком посвятит себя радостям семейной жизни. Он
Да, думала она, теперь, когда он освободился от этой порочной женщины, все должно перемениться. Конечно, она еще долго будет вздрагивать при упоминании леди Кастлмейн: ей снова и снова будет мерещиться та страшная минута, когда она увидела ее имя первым в списке фрейлин, или та, когда она подала руку для поцелуя незнакомой даме, не расслышав, кто она такая, или последовавшая за этим позорная сцена.
Но пройдут годы, и имя леди Кастлмейн сделается для нее лишь воспоминанием; пусть даже вызывающим дрожь, но воспоминанием — не более.
Сейчас она старалась думать только о малыше, о своем будущем сыне; а если родится девочка — что ж, они с Карлом еще молоды и, как всем уже теперь ясно, способны иметь детей.
«Я знала, что в конце концов мы будем счастливы, — говорила она себе. — Нужно было только, чтобы он вырвался из-под власти этой развратной женщины».
Под окном захихикали служанки. Прислушавшись, Екатерина разобрала, что говорят о каком-то куске телятины. «Господи, — подумала она, — о каких только глупостях не сплетничают во дворце!»
Она отвернулась от окна и стала ждать Карла.
Ей часто хотелось излить перед ним душу, рассказать о самых заветных своих желаниях, но она не решалась. Как ни заботился он о ней и о ее здоровье — все же она боялась, что ее наивные мечты вызовут у него лишь насмешливую улыбку.
Нет, она не станет ему ни о чем рассказывать, решила она, пусть сперва мечты ее станут явью.
Вошла заплаканная донна Мария. Здесь, вдали от милой родины, под низким ненавистным небом, она быстро состарилась и одряхлела; но ни за что на свете не согласилась бы она уехать, оставив инфанту совсем одну среди этих чужих людей, ведущих себя так скверно и непонятно.
«Бедная донна Мария! — думала Екатерина. — Всегда и во всем видит одни только темные стороны; можно подумать, что светлые ей неприятны».
— Вы уже слыхали про кусок телятины? — спросила донна Мария.
— Я слышала, женщины смеялись сейчас под окном и говорили о какой-то телятине... Что за история?
— Телятина нужна была для королевского ужина, но кухню затопило, и, чтобы зажарить мясо, пришлось нести его аж на кухню милорда Сандвича.
— И все? Отчего же это так всех занимает?
— Так ведь мадам Кастлмейн кричала во
— Мадам... Кастлмейн?
— Ну да. Король вернулся к ней — вы разве не слышали? Опять ужинает у нее каждый вечер, души в ней не чает...
Екатерина поднялась, не в силах совладать со своими чувствами — точно так же, как тогда, когда король, без ее ведома и согласия, подвел к ней леди Кастлмейн...
Значит, все ее мечтания были напрасны!.. Он не расстался со своей любовницей, и всю жизнь, стучало в мозгу Екатерины, всю жизнь эта женщина, как злой рок, будет преследовать ее... и короля!— Ай-ай! — вскрикнула вдруг донна Мария. — Деточка, что такое, болит что-нибудь?
Кровь хлынула из носа Екатерины, как в тот раз; она качнулась вперед, и в последнюю секунду донна Мария успела ее подхватить...
...Стоявший у постели Карл смотрел на Екатерину — хрупкую, маленькую и беззащитную.
Она металась в бреду, не осознавая еще, что потеряла своего ребенка.
Донна Мария рассказала королю все и полностью повторила свой последний разговор с Екатериной.
«Это я довел ее до выкидыша, — думал король. — Я причинил ей боль, какую она не смогла вынести. Смерть нашего с нею ребенка — моя вина».
Опустившись на колени около кровати, он закрыл лицо руками.
— Карл, — позвала Екатерина. — Где вы, Карл?
— Я здесь, — ответил он. — Я с вами.
— Вы плачете, Карл. Это слезы!.. Так странно видеть слезы в ваших глазах...
— Я плачу потому, что хочу видеть вас здоровой. Вы должны выздороветь, Екатерина.
По ее лицу он видел, что она не догадывается о природе своей болезни. Вероятно, она забыла, что должна была скоро рожать. «Что ж, — подумал он, — так даже лучше; пусть она будет избавлена хотя бы от этих мук».
— Карл, — опять позвала она. — Карл, возьмите меня за руку!
Он с готовностью взял ее руку и поднес к своим губам.
— Я рада, что вы здесь и не уходите от меня, — сказала она.
— Я не уйду. Я буду с вами... сколько вы захотите.
— Я так мечтала услышать от вас эти слова. — Легкая тень набежала на ее чело. — Но ведь вы говорите так, потому что я больна, — продолжала она. — Я знаю, я очень больна. Я умру, Карл?
— Нет! — поспешно крикнул он. — Нет, вы не умрете!
— Мне не больно будет уходить, — сказала она. — Я с легкостью оставляю все, что было в этой жизни, кроме... кроме вас, Карл. Мне жаль расставаться только с вами.
— Мы не расстанемся! — воскликнул он.
— Но не горюйте обо мне; ведь, когда я умру, вы сможете жениться на той, которая будет достойнее меня.
— Прошу вас, не говорите таких слов!
— Я была недостойна вас... Заурядная принцесса маленькой страны... вечно просившей вас о помощи... И вы. помогли ее стране и подарили принцессе великое счастье, о каком она не могла даже мечтать...