Избавление

Хаммесфар Петра

Он зажмурил глаза, чтобы избавиться от этого наваждения. Он услышал странный, приглушенный звук, чем-то похожий на сдавленный плач маленького ребенка. Но

он не понял, что этот звук вырывался из его горла. Его руки автоматически подбирались к плечам, давили на упругую, теплую плоть, растирали и массировали, скользили выше, сомкнулись вокруг шеи.

И там все еще был этот необычный звук, отчаянное клокотание, в котором было что-то не от мира сего. Прямо перед собой Гарри увидел безупречное лицо Нины, увидел, как невозмутимость сменяется на нем ужасом. Он слышал ее хрип, и ее тонкие, пахнущие кремом руки судорожно вцепились в занавеску. Точно под кончиками своих пальцев он чувствовал какое-то легкое биение. Оно было не очень равномерным и вскоре совсем прекратилось.

И ему показалось, что он держит в своих руках целый центнер. Его предплечья неумолимо

тянуло вниз. Хрип Нины затих, теперь он был свободен, действительно свободен.

Только ладони, похоже, еще сводила какая-то судорога, и, тяжело дыша, он попытался разжать их. При этом что-то тяжело упало на пол, сильно ударилось о выступ раковины душа и осталось лежать у его ног без движения.

Гарри довольно засмеялся, ему сейчас не было дела до этих мелочей. Он стер липучую, жирную массу со своих ладоней, просто вытер их о брюки. Потом пошел обратно в комнату.

Со вздохом облегчения он снова опустился в удобное кресло, закрыл глаза, почувствовал, как по его телу разливается усталость. Веки сделались тяжелыми. Если Хелен не поторопится, то он еще заснет в этом кресле. Где она пропадает так долго? Что ни говори, все женщины были какими-то одинаковыми, всё равно, сколько им было, двадцать лет или сорок.