Изабель
Шрифт:
У нее приятный смех, подумал Нед. И улыбка тоже приятная. Но они все равно в состоянии войны. А милосердие — для слабаков.
Мелани нагнулась в сторону Неда и посмотрела в его окно.
— Стив, как ты думаешь?
— Снимок общим планом с верхней точки этой прямой дороги? Они замечательно получаются. Баррет не отметил эти точки, правда? Отвези нас немного выше, Грег.
Грег отвез, Стив достал фотоаппарат и быстро сделал пару цифровых снимков. Качество сейчас не имело значения, понимал Нед; их сделали только для того, чтобы его
Стив оглянулся на Мелани и сказал:
— Ты говоришь, есть еще и другие такие же? Может, после посмотрим некоторые? Может, в каких-то местах лучше снимать на закате или на восходе? Это может быть…
— Угу, — отозвался Грег. Он снова съехал с дороги в том месте, откуда он могли посмотреть вдоль двойной аллеи зелени. — Удачная мысль. Большинство аллей тянется с востока на запад. Большие ветра дуют с севера.
Нед поразился, но напомнил себе, что люди его отца всегда будут компетентными, хорошо знающими свое дело, пусть даже они носят смехотворные шорты или пишут зелеными чернилами и рисуют смайлики.
Ряд платанов тянулся вдаль, деревья стояли на одинаковом расстоянии друг от друга, обрамляя дорогу с обеих сторон. Весенние листья образовали полог над головой.
Он несколько секунд смотрел на них из открытого окна, потом покачал головой.
— Мне очень жаль, но здесь вы не увидите ни заката, ни восхода, — сказал он. — Уже слишком много листьев, ребята. Это кадр для зимы.
Грег и Стив одновременно медленно обернулись назад и посмотрели на него.
— Мудро, — заметил Грег. — Очень мудро! Что, если он окажется таким же, как его старик? Представь себе, что их будет двое! И он уже подцепил тут девчонку. Думаю, я сделаю Неда своим новым героем.
Стив рассмеялся.
— Это серьезное обязательство!
— Погодите, вы еще увидите его на роликах, — сказала Мелани.
Нед на это покачал головой. Что делать с такими, как Мелани?
— Правильно, — сказал он. — Я катаюсь на роликах, точно как папа.
Грег рассмеялся и опять завел машину, а Мелани отметила место, где они стояли. Потом сделала еще одну пометку.
Прямо впереди находилась Т-образная развилка. Справа от нее стоял довольно большой ресторан, а впереди — маленькое кафе, столики которого выстроились по обеим сторонам дороги. Кажется, больше в Ле Толоне ничего и не было. Они проехали через него. Немного дальше дорога пошла вверх, закрывающие ее леса расступились, и все впервые увидели гору целиком, не заслоненную деревьями.
Нед поразился. Трудно было не почувствовать изумление. Гора Сент-Виктуар полностью доминировала над ландшафтом.
Она не была громадной, по ней нельзя было бы кататься на сноуборде зимой, но вокруг не было других гор или холмов, а треугольная вершина четко и величаво вырисовывалась на фоне неба. На самой вершине Нед увидел белый крест.
— Ну, — сказала Мелани, сверившись со своими записями, — Баррет написал «денежный снимок» про место впереди, там, где съезд с дороги.
Грег
Треугольник нависал над длинным зеленым полем. Слева его окаймляли деревья, но ни одно из них не мешало. Место целиком открыто для съемки, легко построить кадр. Каменистые склоны залиты лучами солнца. Гора выглядела как в первобытные времена, она потрясала. Все четверо некоторое время молчали, рассматривая ее.
— Боссу это не понравится, — наконец произнес Стив. Он снова надел темные очки.
— Знаю, — мрачно согласилась Мелани. И вздохнула. — Здесь прямо специальное место «подъезжай и щелкай». С таким же успехом можно было бы повесить вывеску «Кодака» и расставить столы для пикника.
Собственно говоря, Нед не был так уж в этом уверен. Безрадостные скалы над зеленым лугом не казались ему красивыми. Он чувствовал в них нечто более мощное и тревожное. Он хотел что-нибудь сказать, но примерно через минуту после того, как они остановились и вышли из машины, он начал чувствовать себя странно. И он промолчал. Стив сделал еще несколько снимков цифровой камерой.
— Я отмечу это место, но давайте поедем дальше, — сказала Мелани. — Я беспокоюсь насчет Баррета Рейнхардта, если он так себе представляет денежный снимок.
— Этот человек хочет продавать книги, — сказал Грег. — Это похоже на фотокопию картины, которая всем известна. Эффект узнавания.
Они снова сели в микроавтобус. Нед сглотнул и почувствовал во рту металлический привкус. Он понятия не имел, что это такое. Ленч, который им приготовила Вера-кок? Вряд ли. Это было больше похоже на мигрень, чем на что-то другое, и началось внезапно. У него никогда не болела голова, если не считать тех двух раз, когда они с Барри Стейли напились дешевого вина на вечеринках одноклассников и его вывернуло по дороге домой.
«Этого мне вспоминать не следовало», — подумал Нед.
Его и правда затошнило. Дорога продолжала извиваться к югу от горы. От тряски в машине ему стало еще хуже. Слева от них были стоянки, где люди могли выйти из автомобилей и подняться на гору пешком. Нед увидел большой деревянный указатель с картой тропинок, ведущих к вершине.
Теперь у него в голове возникло что-то вроде иголки, будто кто-то взял маленькое, острое копье и раз за разом всаживает его ему в левый глаз. И еще он слышал жужжание, высокое, как жужжание бормашины дантиста.
Остальные были заняты разговорами, Грег останавливал микроавтобус, потом ехал дальше, все трое присматривали углы съемки вдоль этой стороны горы, подходы к снимку, передний план, средний план. Мелани продолжала рассказывать историю этого места.
Похоже, они решили, что ни одно из мест у дороги не годится. Все они слишком близко к горе, невозможно выстроить кадр. Нед их почти не слушал. Он был рад, что все трое заняты и не замечают, что он прислонился к двери и закрыл глаза за темными стеклами очков.