Из зеркала
Шрифт:
– А вы довольно хорошо знаете историю этой усадьбы.
– Здесь нет никакого секрета, – улыбнулся Степан. – Мне рассказала об этом заведующая деревенской библиотекой Кира Дмитриевна Латынина.
В это время к пруду спустилась Таня. По её разочарованному лицу было видно, что её поиски вновь не увенчались успехом.
– Чем это вы так, Танюша, расстроены? – весело спросил Степан.
– Пока я в этой усадьбе ничего не нашла, но посмотрим, что покажет вечер, – ответила Таня. – Кстати, Степан, в вашей копилке найдётся ещё какая-нибудь легенда?
– Найдётся, – рассмеялся Степан.
– Отличненько, – сказала Таня и взяла Степана под руку.
Степан предложил вторую руку
– Эта история связана с семейством Долгоруковых, которые, как вы уже знаете, входили в число владельцев здешней усадьбы. Некий монах напророчил, что женщины из этого рода будут приносить несчастье, – принялся рассказывать Степан, – а потому отпрыскам из царских семейств не следует на них жениться. Ну, о несостоявшейся свадьбе Петра II с Екатериной Долгоруковой, ты, наверное, уже слышала – о ней написано довольно много. В подтверждение этому факту в семейной истории имеются ещё две свадьбы: свадьба царя Михаила Федоровича с Марией Долгоруковой – правда, тогда несчастье коснулось не царя, а самой Марии: она умерла через год после венчания. Поговаривали, что это было наказание за то, как царская семья некрасиво обошлась с предыдущей царской невестой – Марией Хлоповой, а вот женитьба Александра II на Екатерине Михайловне Долгоруковой действительно закончилась для царя весьма печально. Кстати, в искусствоведческих кругах бытует мнение, что дама на картине Крамского «Неизвестная» – это Екатерина Михайловна собственной персоной.
«Всё ясно: он историк, – подумала Эля, – доктор исторических наук».
– Ну я же говорила, что скелеты бывают у всех! – горячо воскликнула Таня.
– Тише-тише, – осадила Эля. – Эти скелеты покоятся не здесь, а в других местах.
– И всё же, – продолжала настаивать Таня. – Пророчество, получается, сбылось.
– Это всего лишь совпадение, – не согласилась Эля, бросив на Степана сердитый взгляд, которым она хотела сказать ему, что нечего морочить голову подобными рассказами таким девицам, как Таня. – К тому же некоторым Долгоруковым очень даже повезло с жёнами. Почитай о Наташе Шереметевой, а ещё лучше – прочти её «Записки» [1] . Преданнее жены не было на свете, хоть муж и не стоил её.
1
«Своеручные записки княгини Натальи Борисовны Долгоруковой, дочери г. – фельдмаршала графа Бориса Петровича Шереметева».
– Так уж и не стоил? – улыбнулся Степан, но Эля промолчала.
Они дошли до магазина, а затем неожиданно Степан произнёс:
– Ну вот что, дамы, не хотите ли покататься на лошадях? Я могу показать вам самые красивые уголки в округе.
– Здесь есть лошади? – удивилась Таня.
– Здесь есть превосходная конюшня, – ответил Степан.
– К сожалению, я не могу, – сказала Эля.
Не успела она договорить, как Таня дёрнула её за руку и умоляюще посмотрела в глаза:
– Я ещё ни разу в жизни не ездила на коне.
«О господи! – вздохнула Эля. – Я согласилась присмотреть за Лилей, но не обязывалась быть нянькой Тане. Ладно, пусть лучше ездит на лошадях, чем болтается по кладбищам», – после непродолжительного раздумья решила она и строгим голосом произнесла:
– Ну хорошо, только убери, пожалуйста, с лица этот жуткий макияж, а то ещё лошадей напугаешь.
Лошадей в конюшне было немного, и все они показались Эле на первый взгляд тихими и спокойными. С Таней поехал инструктор, Степан вызвался сопровождать Элю. Для неё, как и для Тани, конная
– Как её зовут? – спросила Эля.
– Груня.
«Что ж, – подумала Эля, – надеюсь, Аграфена окажется уравновешенной и покладистой особой».
– Я вижу, вы здесь свой, – сказала она, заметив, как Степан весело переговаривается с работниками конюшни.
– Обожаю лошадей, – признался он. – К тому же я отдыхаю здесь не первый год.
Места, по которым они поехали, действительно оказались чудесными. Эля с удовольствием разглядывала окружавшие их со всех сторон деревья и кустарники. Свежий ветерок доносил до них запах цветущих трав, смешивая его с запахом речной воды. Ей хотелось вдыхать и вдыхать этот аромат. Проезжая вдоль берега реки, они неожиданно увидели небольшую туристическую стоянку. Темноволосый мужчина, сидевший возле низенького столика и читавший газету, бросил на них со Степаном внимательный взгляд, когда они медленно проехали мимо него, а затем сдержанно кивнул.
– Вы знакомы? – удивилась Эля.
– Да, – ответил Степан, – Илларион Вольский, журналист. Полгода назад брал у меня интервью. Не знал, что он тоже здесь отдыхает.
Когда они миновали небольшой пригорок и должны были проследовать по дороге, которая вела через небольшую березовую рощу, их обогнали Таня с инструктором.
– Правда, здорово?! – обернувшись, крикнула Таня.
Эля с опасением заметила, что ход Таниной лошади значительно ускорился.
«Как бы беды не случилось», – не без страха подумала она и крикнула Тане вслед:
– Только, пожалуйста, осторожнее!
– Не бойся! – тут же ответила Таня.
Эля обеспокоенно посмотрела на Степана.
– За ней глаз да глаз нужен! Я всё время жду, что с ней что-нибудь произойдёт, – не выдержав, призналась она.
– Всё будет в порядке, – успокаивающе произнёс он, – ничего с ней страшного не случится. Просто у неё возраст такой.
Эля с сомнением покачала головой:
– Если бы только возраст.
– А что, разве мы в её возрасте были другими? – засмеялся Степан, и тут они услышали слабый крик, который, несомненно, издала Таня.
– Ну, что я говорила? – укоризненно взглянув на Степана, сказала Эля.
Когда они въехали в рощу, то, к своему облегчению, увидели Таню, которая по-прежнему сидела на лошади, но прижимала руку ко лбу.
– Она ветки нависшей не заметила, – объяснил им инструктор, – вот и ударилась головой, хорошо ещё, что в седле удержалась. Просто поразительно, как ей повезло.
«Действительно», – подумала Эля.
Весь вечер она провела возле Тани, лежавшей на диване в гостиной и прижимавшей ко лбу пакетики со льдом, которые Эля то и дело приносила из холодильника.
– У меня всё равно шишка будет, – пожаловалась ей Таня.
– У тебя шишка, у меня синяк – можно конкурс красоты устраивать, – сказала Эля.
Глава 6
Ещё вечером, созвонившись с Машей Кутузовой, она решила пропустить первый рейс и отправиться в Неренск вторым. Когда Эля в бело-синей матроске с отложным воротничком и плиссированной юбке подошла к пристани, которую ещё вчера во время конной прогулки ей показал Степан, то увидела, что на берегу, возле небольшой ржавой остановки, уже собралось несколько человек. Вскоре к берегу причалил старенький теплоходик «Зуша». «Какое милое, трогательное название», – подумала Эля и, взойдя по короткому деревянному трапу, присела на одну из скамеек, стоявших вдоль борта. «Зуша» плыла не спеша вдоль заросшего деревьями берега и минут через сорок, сделав три остановки, оказалась в небольшом порту.