Из тьмы
Шрифт:
– Конечно, я пересмотрел его "подчинение" в свете открытий командира наземной базы Шейрез, и теперь кажется очевидным, что его кажущееся сотрудничество на самом деле было результатом притворного подчинения. Это, несомненно, дало ему доступ к большому количеству информации, которую не смог бы получить ни один другой человеческий шпион, не говоря уже о том, что дало ему еще другие преимущества. Действительно, некоторые вещи, которые ставили меня в тупик, становятся намного яснее, если смотреть на них с этой точки зрения. Например, я полагаю, что теперь понимаю, почему решения, которые работали на благо людей в сфере его полномочий, всегда выполнялись намного быстрее и эффективнее, чем решения, которые работали на нашу пользу в той же области.
– Тикейр изобразил ушами мрачную улыбку.
– Теперь,
Несколько офицеров за столом оскалили сверкающие клыки при мысли о таком бесчестном поведении, но Тикейр поднял руку, останавливая их.
– Я разделяю ваше отвращение к таким действиям, - заверил он их, - но имейте в виду, что, с его точки зрения, они не были бесчестными. Понимаю, что ни один шонгейри никогда по-настоящему не сможет понять такой искаженный взгляд на Вселенную, но это не делает его несуществующим. Несмотря на это, я, естественно, разделяю ваше желание наказать его настолько полно, насколько его действия заслуживают в соответствии с нашим кодексом чести. К сожалению, поскольку моя цель при выборе наземной базы два альфа в качестве места нашего "несчастного случая" состоит в том, чтобы позволить нам утверждать, что мы никогда бы намеренно не атаковали единственную область на всей планете, где наша программа умиротворения явно работала, я едва ли могу приказать казнить местного правителя за предательство и раздать его части тела в столовых наших офицеров, как бы сильно он этого ни заслуживал. Это слишком сильно подорвало бы правдоподобие нашей легенды.
Некоторые из его офицеров все еще казались недовольными, и он ни капельки их не винил. Он также не упрекал их. На самом деле, его уши приподнялись будто в медленной, злорадной улыбке.
– О, нет, - мягко сказал он им.
– Совсем не стоит казнить его за предательство. С другой стороны, командир наземной базы Шейрез говорит нам, что основная лояльность этих существ сосредоточена в их собственных семейных группах. Раз так, я не вижу причин, по которым наше биологическое оружие не могло быть "случайно выпущено" сначала у него дома.
XXVIII
– Двигайся! Двигайся! Черт возьми, Ваня, шевелись!
Петр Ушаков понятия не имел, как у него хватило духу накричать на Ивана Колесникова. Уголок его мозга отражал, что он не должен был этого делать - ни у кого, бегущего так быстро, как бежал он, не должно было хватать дыхания ни для чего, кроме как для того, чтобы задыхаться.
Конечно, за последние месяцы он обнаружил, что достаточное количество адреналина может преодолеть почти все.
Прогремел еще один взрыв, и тот уголок его мозга, который все еще думал, вместо того чтобы сосредоточиться на том, чтобы увернуться от следующего дерева и не споткнуться о собственные ноги, съежился. Взрывы приближались, и еще одна вещь, которую он обнаружил, заключалась в том, что, какими бы ни были их другие слабости, шонгейри не были слабаками, когда дело доходило до минометного огня. Их оружие было дальнобойным, мощным и точным. Казалось, что оно стреляет немного медленнее, чем их человеческие аналоги, но они компенсировали это завидным ассортиментом боеприпасов. До сих пор он сталкивался или наблюдал по крайней мере два различных варианта фугасных снарядов, зажигательные снаряды, дымовые, один из которых применял действительно опасные противопехотные суббоеприпасы, а другой, который выдавал то, что выглядело (судя по состоянию трупов) как быстродействующий и эффективный нейротоксин.
К счастью, последнего у них, похоже, было не так уж много. Либо это, либо они должны были получить разрешение от вышестоящего командования, прежде чем использовать его. С другой стороны, было очевидно, что недостатка в нем у них не было.
Раздался
Забавно, что этот наблюдатель отразился в уголке его сознания. Большая часть его просто хотела отступить и умереть, попытаться догнать Владиславу и детей, но другая упрямая часть настаивала на том, чтобы продолжать выживать.
Ты не сможешь убить хорьков, если будешь мертв, - сказал он себе.
– Что является довольно веской причиной для того, чтобы бежать быстрее, ты, идиот!
Ему отчаянно хотелось взглянуть на часы, проверить время, но он был слишком занят тем, что оставался на ногах и обходил препятствия, чтобы уделять этому какое-либо внимание. Кроме того, либо он подсчитал правильно, либо нет. А если он этого не сделал, это не имело бы большого значения.
Позади него густой черный дым и пламя вырывались из горящих машин конвоя шонгейри. Они взорвали мост после того, как его перешел плавающий танк, но когда три БТРа, ведущие грузовые машины, все еще находились на нем. Все три отправились прямиком на дно реки, и танк немедленно развернулся, повернувшись на полные сто восемьдесят градусов, чтобы помчаться обратно над мутно-коричневой водой, спасая своих подопечных.
К несчастью для танка, в течение трех дней Ушаков наблюдал за этой конкретной переправой через реку, прежде чем он и его рота атаковали. Он каждый раз отмечал, где танк съезжал с дороги и переходил реку, и закопал десять килограммов пластиковой взрывчатки, чтобы дождаться его. Он предпочел бы что-нибудь получше - месяц назад, когда он обследовал остатки склада боеприпасов российской армии, он наткнулся на небольшой запас российских противотанковых мин ТМ-72, и они оказались весьма эффективными. К сожалению, он израсходовал последние из них всего за неделю до этого.
С другой стороны, там же он обнаружил довольно большой запас взрывчатки - на самом деле, больше, чем его люди смогли унести. Они потратили пару дней на то, чтобы перевезти взрывчатку в более безопасное место, и он обнаружил, что примерно десять килограммов ПВВ-5А (российский эквивалент американской пластиковой взрывчатки С-4), сформованные в грубый кумулятивный заряд путем придания ему воронкообразной формы, произвели великолепную работу по потрошению одного из парящих танков "хорьков". Он скорее думал, что так и будет; потому что воспользовался возможностью лично осмотреть подбитый танк в первую неделю после высадки и обнаружил, что конструкторы шонгейри, похоже, никогда не слышали о концепции противотанковых мин или даже простых самодельных взрывных устройств. Во всяком случае, броня на брюхе их танков была смехотворной по сравнению с броней человеческих БМП, и единственный вопрос, возникший у него в голове после осмотра, заключался в том, парили ли они слишком высоко над землей, чтобы их эффективно атаковать заложенной взрывчаткой.
Они не парили слишком высоко. По крайней мере, если атака была должным образом спланирована и выполнена. Хитрость заключалась в том, чтобы взорвать заряд точно в нужный момент и в точно нужном месте. Предсказуемость шонгейри сделала относительно простой установку его самодельной мины в нужное место; после этого это был просто вопрос крепких нервов, надежности детонатора и глаза, который научился точно определять скорость танка.
Избавившись от танка и ведущих БТР, стрелки и два пулеметчика, размещенные вдоль северного края проезжей части, обстреляли небронированные грузовые автомобили смертоносно точным огнем. Половина "грузовых" машин на самом деле была загружена солдатами шонгейри, и Ушаков получал холодное, жгучее удовольствие от их криков.