Из тьмы
Шрифт:
– Я знаю, но...
– Подождите!
– Сирак прервал его.
– Что-то происходит!
* * *
– Мой сеньор!
Генрих поднял глаза на крик посыльного. Король стоял на коленях рядом с тюфяком, на котором лежал его младший брат Хамфри, герцог Глостерский. Хамфри едва исполнилось три недели после его двадцать пятого дня рождения, и Генри лично повел свою охрану ему на выручку, когда тот упал. Они вытащили его из
– Что там?
– теперь резко спросил король, усталость и беспокойство за своего брата омрачали даже его неукротимое выражение лица.
– Мой сеньор, я думаю, французы перегруппировываются!
Генрих резко поднялся, пройдя сквозь свой защитный кордон из рыцарей и латников, чтобы убедиться в этом самому. Французский арьергард никогда не продвигался вперед, но теперь третья линия зашевелилась, и его челюсти сжались. В этом строю было почти столько же людей, сколько во всей его армии, и стрелы его лучников были израсходованы. Потребовались бы часы, чтобы доставить запасные стрелы из обоза, а тем временем его люди устали и выбились из строя, а их пленники все еще оставались неразоруженными. Буквально тысячи французов в доспехах лежали в грязи - возможно, измученные и упавшие, но невредимые, - и их оружие лежало рядом с ними.
Генрих посмотрел через всю длину поля на оставшееся французское войско, и его ноздри раздулись.
– Приведите ко мне барона де Камойса!
– приказал он.
– Немедленно, ваше величество!
Посыльный поспешил прочь и через несколько минут вернулся с сэром Томасом де Камойсом, который командовал английским левым крылом на протяжении всего сражения. Со смертью Эдмунда Норвичского, герцога Йоркского, который командовал правым крылом (и который, как и сотни французов, задохнулся под грудой мертвых людей и лошадей), барон де Камойс стал старшим полевым командиром Генриха.
– Ваше величество, - сказал де Камойс, кланяясь, и Генрих ткнул пальцем в перчатке в волнующуюся французскую третью линию.
– Эти ублюдки намерены напасть на нас, барон, - категорично сказал король, его покрытое шрамами лицо было мрачным, - и мы не можем рисковать тем, что произойдет здесь, - та же рука указала на французов, увязших в грязи, скопившихся перед английской линией, - когда они это сделают.
* * *
На этот раз Гарсула действительно стошнило.
Возможно, это было просто накопившееся отвращение. Возможно, дело было не только в этом. Как бы то ни было, когда англичане начали методично убивать беспомощных французских латников и рыцарей, протыкая кинжалами забрала или используя топоры, молотки и мотыги, чтобы буквально вскрыть их бронированные панцири и добраться до людей внутри, это было уже слишком.
Наконец он отвернулся от дисплея.
– Выключите звук!
– резко сказал он.
– Нам не нужно это слышать!
Звуки криков, невнятных просьб о пощаде и молитв резко оборвались, и Гарсул встряхнулся.
Клодру, - болезненно подумал он.
–
– Мы покончили с этим миром, - сказал он ровным голосом.
– У нас есть все физические данные, которые нам нужны, и Клодру знает, что у нас больше "социальных" данных, чем когда-либо захочет просмотреть любое здравомыслящее существо. Командир корабля, - он посмотрел на Сирака, - я хочу, чтобы мы сошли с орбиты и направились домой в течение двух дневных отрезков.
Планета КУ-197-20. Год Гегемонии 74 065
I
– Итак, бесстрашный охотник, ты готов к своему путешествию в самую глубокую, темную пустыню? И достаточно ли ты взял с собой пеммикана и вяленого мяса?
– спросила Шэрон Дворак с милой улыбкой.
– Этот последний вопрос был удачным?
– подозрительно переспросил ее муж. Он повернулся к ней и приподнял бровь.
– Так ли это? Это же был выпад! Нет, настоящая клевета - вот что это было!
– Грустно видеть взрослого мужчину - по крайней мере, теоретически, - который так чувствителен к подобным вещам.
– Шэрон вздохнула, качая головой с бесконечной печалью.
– Да, конечно!
– фыркнул Дейв Дворак.
– Это от женщины, которая изобрела слово 'зингер'! Я знаю. Ты просто ведешь себя отвратительно из-за той маленькой оплошности, когда мы в последний раз брали тебя на охоту.
– О?
– Шэрон невинно округлила глаза, глядя на него.
– Ты же не имеешь в виду то, что не смог взять с собой достаточное количество продуктов питания, не так ли? Провал в памяти - со стороны моего брата, полагаю, ты сказал - когда дело касалось еды?
– Это не был провал в памяти, - ответил Дворак с огромным достоинством.
– Мы просто рассматривали это как возможность для вас научиться питаться дарами природы так же, как мы, закаленные охотники-собиратели. Орехи и ягоды, грибы, но не поганки - что-то в этом роде.
– Я могла бы поклясться, что слышала, как мой любимый супруг скулил и стонал по поводу "орехов и ягод" на протяжении всей поездки.
– Уверен, что твоя память просто обманывает тебя.
– Ой? Тогда кто же говорил: "Я подставлю ему подножку и сяду на него, пока ты будешь рыться в его карманах в поисках вяленого мяса Слим Джим"?
– О, я полагаю, слова могли как-то сорваться с языка, поскольку этот жадный ублюдок не захотел делиться с нами. Имею в виду, конечно, из-за низкого уровня сахара в крови, связанного с голоданием, - поспешно поправился Дворак.
– Предполагая, что какой-либо подобный эпизод когда-либо имел место, в чем я очень сомневаюсь.
– О, конечно, нет.
Шэрон покачала головой и шлепнула его - мягко, для себя - по макушке. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы справиться с этим, так как он был на целый фут выше ее собственных пяти футов двух дюймов, но за эти годы у нее было много практики.