Из Осло с любовью

***

Субботний вечер Энзо, как подобало любящему сыну, проводил у родителей.

На самом деле, потом он собирался слинять на вечеринку. Его друзья давно уже забросали его сообщениями в общем чате. Но, положа руку на сердце, сейчас он неплохо проводил время.

Его отец, Этьен Лоран, был крутым дизайнером. И сегодня они отмечали открытие его очередной выставки.

Иногда Энзо не понимал своих стариков, но вот что всегда его восхищало,

это вкус отца в одежде. Она была в одно и то же время элегантной и удобной. Он не смотрелся каким-то щеголем или председателем совета директоров какого-нибудь холдинга. Но при этом смотрелся этим вечером отлично в коричневых, немного зауженных брюках, белой рубашке и джемпере песочного цвета, накинутом на плечи.

Энзо втихую порой даже пытался скопировать его стиль. Но ему казалось, что он выглядел глупо. Хотя мама, Люси, постоянно отвешивала ему комплименты, когда видела в подобной одежде.

Энзо мысленно закатил глаза. Ничего удивительного. Учитывая, как его родители до сих пор пускали слюни друг на друга. Пиздец.

Он, конечно, понимал, что его предки еще совсем не старые и наверняка у них все еще есть секс, но, блядь, он никогда не собирался получать каких-либо доказательств этого.

Но один раз получил.

Года четыре назад, когда еще жил в родительском доме. Он не вовремя вернулся с пробежки, раньше, чем обычно, так как у него сломались наушники, а кто в своем уме бегает без наушников. И застал довольно откровенную картину прямо, мать его, в кухне.

Прямо на их, мать его, обеденном столе.

Стоило отдать ему должное, несмотря на моральную травму, мешать родителям он не стал. Просто ушел к себе и стал подыскивать съемную квартиру.

К слову, через несколько месяцев после того инцидента у Энзо родилась сестра. Совпадение?

Эльзе было уже три года, и она походила на маленький рожок пломбира с шоколадным сиропом. Непоседливая, болтливая и вечно все желающая узнать. Энзо таким не был. Он не назвал бы себя замкнутым, напротив, был скорее душой любой компании. Но при этом всегда все держал в себе.

Его же сестра – точная копия матери. Наверняка вырастет такой же сучкой.

Нет-нет, маму Энзо любил. Это была цитата его отца, если что.

Посмеиваясь своим мыслям, Энзо отложил телефон в сторону и вернулся к разговору за столом.

– Люси, – отец откинулся на спинку своего стула и довольно погладил живот, все еще плоский, черт возьми, в чем его секрет? – Я слышал, Лив звонила? У них с Йоргом все в порядке?

– Ты бы также хорошо стриг газон, как подслушиваешь, – мама закатила глаза и подхватила на руки пробегающую мимо Эльзу. Та заливисто расхохоталась, ее вьющиеся каштановые волосы и подол платья взвились в воздух. – Сиди смирно, обезьянка, тебе надо поесть.

Эльза издала трагичный вздох, чем вызвала у Энзо улыбку. Но после послушно взяла в руки вилку и принялась ковырять в предложенной запеканке. К слову, та была божественной. Мама готовила просто восхитительно.

– Да подстригу я, подстригу, – отец улыбнулся в свой бокал с вином и сделал глоток. – Они собираются приехать?

Надеюсь, вместе с Оливером?

О, нет.

Блядь, нет. Только не это.

Только не мелкий паскудник Кристиансен.

Энзо поморщился. Он видел сына друзей своих родителей в последний раз лет пять назад. Тот был тощим, нескладным и совершенно невыносимым. Энзо тогда уже было четырнадцать и все, что его интересовало, сводилось к дрочке и травке. И, конечно, Оливер умудрился спалить его и за первым, и за вторым. И шантажом выудил у него пятьдесят евро за молчание.

Энзо, между прочим, копил их пару месяцев.

Лив и Йорг были классными. Йорг – крутой режиссер. Ростом под два метра и с голливудской улыбкой. А Лив – довольно известный врач-анестезиолог. Вот только плод их любви оказался с червоточинкой.

Внутренне содрогаясь от воспоминаний, Энзо с ужасом ждал ответа мамы.

Та подложила Эльзе салат, убедилась, что она его ест, и лишь потом заговорила:

– Не совсем. Оливер в следующем году заканчивает школу, но он решил пропустить последний год и провести его на подготовительном курсе в Сорбонне. Ты же знаешь, он, как и Энзо, бредит языками. А Лив и Йорг прожужжали ему все уши про то, какое здесь хорошее образование.

– И? – Отец вопросительно выгнул брови. Он достал сигареты, намереваясь закурить. Энзо тоже сейчас бы не отказался. Но он все же слишком уважал родителей.

– Я предложил, чтобы Оли пожил с Энзо в его квартире, – мама широко улыбнулась, а Энзо похолодел. – Все равно там есть пара пустых комнат. Да и Оливеру будет проще влиться в местную тусовку.

Энзо скривился так, будто у него заболел зуб.

На самом деле, у него заболело все.

Но отцу, похоже, идея показалась классной. Так как он радостно закивал.

– Если у меня все же есть право слова, – Энзо выдержал театральную паузу и оглядел обоих родителей саркастичным взглядом, – то смею заметить, что совершенно не горю желанием жить с этим…

– Сын, – отец перебил его с легкой укоризной в голосе.

– С этим молодым человеком, – скривившись, закончил Энзо. – Да вы, блин, серьезно? Он же исчадие ада!

– Энзо, – мама устало вздохнула, разговаривая с ним, как с Эльзой, когда та не хотела есть свою мега полезную кашу, такое дерьмо на вкус, если что, – возможно, двенадцатилетний Оливер произвел на тебя не самое приятное впечатление. Но уверяю, он изменился. Ему уже семнадцать. В двенадцать ты тоже не был подарком, если что.

– Подтверждаю, – отец с видимым удовольствием затянулся и ухмыльнулся. – В двенадцать ты впервые угнал мою машину и врезался на ней в первое же дерево.

Энзо поморщился.

Понятно, сейчас, чтобы обелить Оливера, начнут вспоминать все его прегрешения.

– В любом случае, – резюмировала мама, – даже если вы не поладите, квартира у тебя большая, вы сможете при желании даже не пересекаться. Но я тебя уверяю, мы с отцом видели его буквально прошлой зимой, когда ты отказался лететь с нами, и Оливер вырос совершенно очаровательным.