Из глубин
Шрифт:
Он шел, следуя указаниям.
И он вышел.
В зарослях появился просвет. Странный лес закончился. И…
Стас проснулся.
– Все. Вроде, выбрались, – еще успел разобрать он где-то на грани сна и яви.
И очнулся окончательно.
Стас лежал под массивной корягой, где прошлым вечером оборудовал себе ночлег. «Химза»?! Противогаз?!
Все цело. И никакого леса, теряющегося в тучах, конечно же нет.
Сон. Это был всего лишь сон.
Но сон, заставляющий задуматься.
Тот, другой он, которого Стас поначалу считал призраком
Что ж, приятно осознавать, что в своем одиночестве он не один.
– Все. Вроде, выбрались. – Стас посмотрел на Гришко.
– Ну, слава богу! – с облегчением выдохнул полковник.
Лабиринт из древесных корней, населенный тварями-духами, остался позади. Теперь «Боевой крот» на минимальной скорости полз прямо, никуда не сворачивая. Грунт оказался рыхлым и податливым, так что лодка шла легко. Впереди, сквозь рассыпчатые земляные пласты, словно не замечая препятствий, по-прежнему двигалась фигура в шаманской накидке и с бубном в руках. Вот только Колдун как-то уж очень настороженно поглядывал по сторонам.
Да, из лабиринта-то они выбрались. Но миновала ли опасность?
– Внимание всем! – Гришко склонился к коммуникатору, намереваясь отдать какой-то приказ. Наверное, хотел прибавить скорости и убраться подальше от подземной ловушки.
– Нет, – протянув руку, Стас выключил тумблер внутренней связи: Колдун почему-то остановился. Поднял бубен над головой, словно предупреждая о чем-то.
– Ты что себе позволяешь?! – Гришко срубил руку Стаса с панели управления.
Стас постарался не отвлекаться на слова и гнев полковника. Он сосредоточился на звучавшем в голове голосе Колдуна:
«Назад! Стас, поворачивай назад, здесь опасно! Плохая земля!»
– Назад! – Стас посмотрел в сердитые глаза полковника. – Нам надо возвращаться.
– Сдурел?! – Страх перед подземной ловушкой уже переплавился в ярость. Гришко рассвирепел. – Сзади лабиринт! Мы еле выкарабкались оттуда. И ты хочешь опять?
«Обратно в корни! – торопил Колдун. – Еще можно успеть. Быстрее! Назад!»
– Быстрее! – повторил Стас вслух. – Назад!
В этот раз полковник его не послушал.
– Ну уж нет! – Наверное, Гришко слишком боялся лабиринта. – Это все равно, что вернуться в ад.
– Сейчас нам нужно вернуться! – попробовал убедить его Стас.
Наверное, иногда приходится возвращаться даже туда.
– Зачем? Что впереди?
– Не знаю. Пока ничего, но…
– Если ничего – значит, проскочим.
– Колдун сказал: «плохая земля»!
– Стас, а она где-нибудь сейчас бывает хорошей?
Он замолчал, прекратив спор. А может, и правда плохую землю можно по-быстренькому проскочить? На самом деле Стасу и самому очень не хотелось возвращаться в то жуткое переплетение корней.
– Нельзя, – огорченно проговорил в его голове Колдун. – Не проскочишь. Жаль, что ты не понял. Я подсказал, но ты не понял.
«Или все-таки можно?» Червячок сомнения грыз душу, как гнилое
Червь, червь, червь…
Стас больше не пытался остановить полковника.
Щелчок тумблера. Приказ Гришко:
– Полный вперед!
«Боевой крот» взревел двигателями. Взвыли раскрученные бур и шнек, лязгнули кормовые домкратные толкачи. Субтеррина рванулась вперед, сметя с дороги Колдуна, намотав его на шнек, смяв бесплотную фигуру в шаманской накидке и впечатав ее в грунт.
А потом…
«Крота» перехватили на разгоне.
Мощный удар из ниоткуда и отовсюду сразу потряс субтеррину.
Казалось, со всех сторон ударила земля. «Плохая земля».
Стас успел заметить разветвленные струи концентрированной тьмы, пронзившие подземлодку сразу в нескольких местах. Похоже на электрический разряд, только какого-то неестественного цвета. Словно кто-то разлил чернила. Или нет, тут больше подойдет другая аналогия. Словно черные корни нового, юного еще мирового древа-побега мгновенно проросли сквозь «крота». Проросли и исчезли, не оставив ни следа, ни пробоин в обшивке. Только треск аппаратуры, россыпи искр, запах озона, вонь сгоревшей проводки и невесть откуда взявшийся могильный смрад.
Свет погас. Замигала аварийка. Все как тогда, в «Аиде». Судя по звуку, начали глохнуть двигатели и бур.
– Твою ж мать! – послышался в динамике голос Михеича. – Питание сдохло!
И…
– Резервный контур! – крик Гришко в микрофон.
– Есть резервный контур!
Освещение заработало снова, правда, не такое яркое, как прежде. Половина огней на пульте управления не горели, но буровые фрезы и движок, вроде, снова заработали.
Полковник повернулся к Стасу:
– Какого чёр… – договорить Гришко не успел. Многотонную машину тряхнуло так, что Стас на миг очутился в воздухе. Упал. Больно ушибся.
– Стас?! – заорал Гришко, которого в кресле удержали страховочные ремни. – Что видишь?!
Да ничего он не видел! Вообще ничего. Стоя на четвереньках, Стас потерянно тряс головой, стараясь разобраться с расплывающимися перед глазами радужными кругами и разлетающимися искрами. Он сейчас находился в таком состоянии, в котором трудно видеть не то что особым– даже обычным зрением.
Еще одна встряска. Стаса снова бросило в сторону. Опять приложило об пол.
– Катя, ультразвуковой и акустический анализ! – не дождавшись от него ответа или уже не надеясь на ответ, воззвал Гришко по внутренней связи.
– Аппаратура полетела! – раздался в ответ испуганный крик акустика. – Вся накрылась! И сонар, и остальное!
– Стас! – снова позвал Гришко.
А Стаса швыряло по отсеку управления так, что он не мог ответить. Неведомая сила трепала многотонную махину «Боевого крота», как щепку в бурном потоке.
– Киря?! – крикнул полковник в микрофон – Что у тебя в боевом?
– Не вижу! – хрип начохра из динамика. – Ни хрена не вижу! Кругом порода! Прицелы и амбразуры не открываются. Стрельбу вести невозможно.