Из глубин

Мельников Руслан Викторович

Стас нахмурился:

– Вообще-то я вижу и слышу то, что происходит ВНЕ «крота», а не ВНУТРИ.

– Ты просто не пробовал смотреть и слушать внутри. Попробуй, если хочешь.

Стас задумался. Хочет ли он? Нет? Попробовать? Не стоит? Даже если на самом деле он этого не хочет, надо знать ВСЕ свои возможности. Значит, придется попробовать.

– Хорошо, Колдун, я…

Подняв глаза, Стас обнаружил, что Ильи рядом нет. Колдун умел уходить, когда переставал быть нужным. Или когда нужда в нем была особенно сильной.

– Я попытаюсь, –

сказал Стас самому себе.

* * *

– Согласен, происходят странные вещи, которые происходить не должны… – Пар был выпущен. Взмахом руки Гришко заставил взволнованных подчиненных замолчать и теперь говорил сам. – Но они все-таки происходят, и с ними приходится считаться.

– Да уж приходится, етить, – пробурчал Михеич. – Куда деваться-то?

– Только разговор сейчас не об этом, а о Стасе. – Гришко вернул беседу в нужное русло. – Я рассказал, на что способен «гэшник». Теперь нужно решить, что с ним делать.

– Я бы вышвырнул его на хрен через ДУК-камеру, – высказал свое видение Киря. – Без него спокойнее будет. А то неуютно как-то с таким типом в одной лодке.

Полковник кивнул:

– Стас ведет себя не… ну, скажем, не совсем обычно. Однако он помогает решать проблемы. Некоторые из них, во всяком случае.

– Помогает решать или усугубляет их? – уточнила Катя.

Голос акустика прозвучал негромко, но девушку услышали все.

– Вообще-то он вытащил нас из ада, – напомнил Гришко.

Это было правдой. Если бы Стас вовремя не поднял тревогу, неизвестно, что случилось бы с «Боевым кротом» и его экипажем.

– Вообще-то он чуть не затащил нас в ад, – парировала Катя.

И это тоже было правдой: именно благодаря Стасу «крот» вошел в проем, который оказался воротами в преисподнюю.

– Не думаю, что это было его целью, – пожал плечами Гришко. – Он просто видит и слышит то, чего не замечают другие.

– Просто видит и слышит? – Катя не сдавалась. – А может, он привлекает то, что видит и слышит? Может, он притягивает это?

– Кто-нибудь еще так думает? – Гришко обвел взглядом собравшихся.

– Мне этот Хвостопад не понравился с самого начала, – вставил Киря, – а сейчас нравится еще меньше.

– Я не спрашиваю, кому он нравится, а кому нет, – поморщился Гришко. – Я спрашиваю, что вы думаете о Стасе.

– Да ничего я о нем не думаю. – Киря отвернулся. – О таком думать – думалка отвалится.

– Ну, я не знаю, – прошамкал Додик. – Парень непростой, конечно. Сильно доверять я бы ему не стал, но его возможности нам еще пригодятся.

– Только с этим щенком надо держать ухо востро, – ворчливо добавил Михеич. – Всегда.

– Таня? – Гришко посмотрел на медика.

Татьяна бросила взгляд на Кирю. Взглянула на Катю. Ответила:

– Раньше он был мне безразличен, потом стал противен. Теперь мне страшно, когда Стас рядом. Я согласна с Катей: мне кажется, он навлечет на нас беду.

Гришко посмотрел на Веру.

Связистка

промолчала. Ее мнение редко отличалось от его мнения, а свою точку зрения полковник еще не высказывал. Однако от цепкого взгляда Гришко не укрылось, как Вера передернула плечами и покосилась на запертую дверь отсека. Значит, тоже боится.

– Еще кто-нибудь хочет высказаться?

Снова попытался Киря:

– Этот Хвостопад или просто псих или…

– «Или». – Гришко решил наконец поставить точку в затянувшейся беседе. – Я все-таки думаю – «или». Его привел Колдун. Колдун сказал, что он полезен. И, как говорит Стас, Илья общается с ним до сих пор. Этому можно верить или не верить, но если Колдун что-то разглядел в парне и если он выбрал именно его, значит, в Стасе действительно есть потенциал, от которого глупо было бы отказываться. Короче, так. Стас теперь – член команды, за которым, однако, нужен особый присмотр. И присматривать за ним будем мы все. Киря, позови его.

* * *

Запертая дверь открылась.

– Заходи, Хвостопад!

Стас усмехнулся: за нарочито-развязным тоном Кири безошибочно угадывался страх.

Начохр посторонился, пропуская его.

Стас вошел. На него по-прежнему смотрели с опаской. Сам он старался ни на кого не смотреть. Не потому что боялся. Просто не хотелось. Насмотрелся уже. И наслушался.

– Мы говорили о тебе, – обратился к нему Гришко.

– Я знаю. Видел. Слышал.

Полковник кивнул. Он не выглядел удивленным. Разве что немного огорченным. Остальные обменялись тревожными взглядами.

– Понятно, – задумчиво произнес Гришко.

Стасу тоже стало все понятно:

– Что, полковник, проверял, смогу ли я видеть и слышать внутри «крота»?

Вот для чего на самом деле все это было затеяно. И секретный совет, и запертая дверь, и отключенная внутренняя связь.

– Я должен знать, на что способен новый член экипажа, – ничуть не смутился Гришко.

Что ж, все правильно, все логично. Если его действительно принимают в экипаж.

– Погодите-погодите! – заволновалась Катя. – Так он что же, может за нами подсматривать и подслушивать?

Кажется, неприязнь и страх к нему навсегда поселились в глазах акустика. Стас вздохнул. А ведь ему дико нравились эти глаза. Да чего уж там – они нравятся ему до сих пор.

– Вот же гадство! – скривилась Таня.

– Не бойтесь, девушки, за вами подглядывать не буду, – зло съязвил Стас.

Обе вспыхнули, но промолчали, а сам он не почувствовал никакого удовлетворения от этой маленькой мести.

– Всем занять свои места, – хмуро приказал Гришко. – Стас, ты останься.

Экипаж покинул отсек управления. Стас встал возле кресла полковника. Похоже, теперь его рабочее место будет здесь. И, наверное, не только рабочее. О жилом отсеке с узкой койкой придется забыть. Во всяком случае, до тех пор, пока Гришко нуждается в живом радаре.