Из Бездны
Шрифт:
Далее Таргус поднялся на крышу донжона и наблюдал за деятельностью противника через бинокль с десятикратным увеличением. Наверх также поднялась Спарк, вооружённая снайперской винтовкой.
— Как только начнётся приступ, отстреливай их командный состав, но в первую очередь убей организатора, — дал указание Таргус. — Пусть они и не откажутся от штурма, но это внесёт суету и неразбериху.
— Я думаю, что они отступятся, когда поймут, что без герцогского сынка им тут ничего не светит, — произнесла Спарк, поставив винтовку между каменными
— Ульрика знает, что мы очень богатенькие, — не согласился Таргус. — Да и для остальных это не секрет. Алчность — это веский мотив. Нам нужно лишь нанести неприемлемые потери, только тогда они начнут думать головой и голос разума возобладает.
Лагерь противники ставили по уму и со знанием дела: все наёмники трудились не покладая рук, возводя частокол и насыпая землю в корзины, формируя противоартиллерийскую и противопульную защиту временных башенок, которые должны были использоваться в случае вылазок защитников. Таргус крупных вылазок совершать не собирался, но мог, это понимали обе стороны.
Артиллерию они поставили на ближайший холм, тот самый, где располагалась стена разрушенного здания, с которого стреляла когда-то Спарк. Оттуда открывался отличный вид на замок и укреплённый тренировочный лагерь.
Что задумал Анкилу, Таргус понимал не до конца, но догадывался. В тренировочный лагерь из замка вёл подземный ход, который прорыли вурдалаки и остальные, кроме Таргуса и Спарк, о нём не знали. Видимо, Анкилу собирался это как-то использовать.
Тренировочный лагерь они бросили, решив не оборонять его, дабы не распылять силы. К тому же, с технической стороны замок оборонять было легче, он был намного продуманнее в плане защиты, нежели на скорую руку возведённый лагерь.
Вторая партия новобранцев была размещена в основной казарме, старшие из первой партии поставлены старшими, поэтому порядок поддерживался железный. Поставленные старшими бывшие рабы прекрасно понимали, что их не пощадят в случае поражения и в лучшем случае продадут обратно в рабство, а там кормёжка существенно хуже, ещё и убить могут за любые проступки. Под командованием Таргуса им тоже несладко, но многие из переживших подготовку прекрасно осознали, что от них не требуется ничего, чего они не могли бы вынести.
Спустя три часа активной деятельности в замке стало мертвенно тихо. Таргус продолжал наблюдать за действиями осаждающих, которые активно строили ограду и ставили артиллерию.
Стемнело.
Ночью атаковать они не рискнут, нет пробоин и не готова осадная техника, а эффективность не пристрелянной к уязвимым местам артиллерии в тёмное время суток стремится к нулевым значениям, так как вовремя поставить пушки осаждающие не успели. Поэтому ночь ожидалась спокойной, можно выставить минимально необходимое количество часовых на стенах.
Так оно и произошло.
До самого утра вокруг замка царили тишина и покой, лишь из осадного лагеря доносились различные звуки жизнедеятельности.
—
Артиллеристы из баталии «Виверн» подготовились и начали обстрел чугунными ядрами.
Как разрушаются крепостные стены?
Ввиду того, что цемент местные, судя по всему, не знают или не знали, основная масса замков и иных укреплений строятся из природного камня, который скрепляют с помощью гипсового раствора. В отличие от цемента, гипсовый раствор камень скрепляет не особо хорошо, поэтому попадания по нему чугунными ядрами смещает камни кладки, нарушая геометрию и снижая устойчивость конструкции, в результате чего стена имеет свойство обрушаться.
Стены «Заката» имеют высоту в среднем семь метров, но они слишком тонкие для противостояния артиллерии, поэтому Таргус ожидал образования нескольких проломов.
У него было что ответить на это, но он не станет до образования как минимум нескольких проломов.
Зачем ему проломы?
А затем, что он не хочет осады. Осада — это долго и связывает руки. Лучше положить у стен некоторое количество осаждённых, чтобы они отказались от штурма и убрались восвояси, чем терпеть их долгие месяцы.
Артиллерия осаждающих стреляла слаженными залпами, концентрированно, со знанием дела. Секция А3, расположенная между северо-западными башнями начала трещать под ударами тяжёлых чугунных ядер.
Ворота атаковать они не стали, потому что каменный мост, ведущий к ним через ров, это зона смерти. Неизвестный конструктор явно знал, что ворота — это самая уязвимая часть крепости, поэтому «выдвинул» вперёд два бастиона, что абсолютно точно является доделкой в постартиллерийский период. Пока штурмующие будут бежать по мосту, они будут открыты ничем не ограниченному обстрелу обороняющихся, поэтому в плане штурма атаки ворот не было изначально.
Тем не менее, Таргус распорядился заблокировать ворота толстой каменной кладкой, которую будет очень сложно расковырять артиллерией, а когда осада закончится, они сами её не спеша разберут.
Пушки стреляли с интервалом раз в сорок минут, что считается неплохим результатом. Таргус слышал, что в древности дульнозарядные пушки имели крайне низкую скорость перезарядки и иногда стреляли раз в три-четыре часа. Но в данном случае они имели дело с элитными профессионалами, самыми лучшими, которых можно было купить за деньги.
Секция А3 была разрушена спустя двенадцать часов, образовался пролом в три метра шириной, а также кучи битого камня со свидетельством халтуры: посередине стены обнаружился слой обычной утрамбованной земли. Кто-то сэкономил на камне, из-за чего стена оказалась гораздо более хрупкой, чем планировалось.
Артиллеристы дали пушкам остыть, что отняло у них ещё четыре часа, а затем, словно подслушав предсказание Таргуса, начали обстрел секции А7, расположенной в пятидесяти метрах южнее свежеобразованного пролома.